Ревизор: возвращение в СССР 29 (СИ)

— А что, хорошая идея, — одобрил Захаров, — я думал про узбеков или молдаван, но так намного лучше. Точно ничего не всплывет… И вьетнамцев сейчас как грязи в СССР, легко найдем бригаду строителей. А СМУ потом уже подключим, когда они все сделают в подземной части.
И махнул мне рукой — мол, продолжай.
— Нам надо делать всё быстро. А для этого надо обеспечить стройку арматурой, бетоном… С несколькими местными бетонными заводами надо связь на всякий случай наладить. Если на одном что-то случится, чтобы сразу на другой можно было переключиться. А арматуру лучше всю заранее завести. В полном объёме. Охрана стройки, всё равно, должна быть круглосуточная из-за нашего подземного этажа, лишних глаз нам не нужно… Нельзя жалеть средства на ограждение стройплощадки и её охрану. Так что можно стройматериалы заранее завозить. А! И двери в хранилища нужно заказать заранее и так, чтоб изготовитель не знал, где они будут установлены…
Бортко делал себе пометки в блокноте под присмотром Захарова.
— Давайте-ка, съездите на место с Андреем Юрьевичем, — распорядился Бортко, взглянув на меня и Мещерякова. — Прикиньте еще раз там, что к чему с точки зрения безопасности.
— Только через несколько дней, мне пока что Андрей Юрьевич тут нужен, — сказал Захаров.
Бортко тут же кивнул.
— Нам, наверное, нужен будет представитель СМУ, знакомый с нашим проектом, — предположил я, — чтобы он нам прикинул площадь, которую надо будет огородить. И нам же очистные и котельную надо сразу начинать строить и прокладывать к ним коммуникации. И тот же коллектор из музея в ресторан чтобы построить, надо проект ресторана сразу иметь.
Захаров многозначительно посмотрел на Бортко.
— Что, закончил проектирование и согласование? — укоризненно качая головой, проговорил он. — Ну, отдохни сегодня и начинай сначала. Котельная, очистные, ресторан.
— Ресторан на сколько этажей? — уточнил Бортко.
— Не меньше двух, а лучше три, — предложил я. — На первом этаже столовая, на втором ресторан, на третьем банкетный зал. Отдельные входы для посетителей можно сделать, для персонала служебная лестница сквозная с первого по третий этаж. А вообще, хорошо бы проконсультироваться с кем-то, кто работает в таком многоэтажном заведении, наверняка сможет дать практические советы по планировке. Кухня у них одна общая или на каждом этаже своя? Подъёмник грузовой нужен будет или нет… Лифт тот же… Я бы, правда, все это сразу в проект заложил.
— Надо подумать, кто может такие вещи знать? — тяжело вздохнул Бортко.
— Так. Давайте, все подумаем, кто нам может в этом помочь, и обсудим позже. — сказал Захаров. — Что у тебя по остальным объектам? — спросил он у меня.
— По остальным… Ну, про таксопарк все слышали, да? Завтра телевидение будет снимать для киножурнала «Фитиль» наших передовиков и победителей соцсоревнования. На обувной фабрике открыли ясли-сад. Насчёт детской мебели для них я договорился на мебельной фабрике, но пришлось пообещать им продать несколько коробок модельных туфель.
— Ну, продать же, а не подарить? — уточнил Бортко.
— Продать, продать, — подтвердил я. — Дальше… По кожгалантерейке. Есть у нас безопасный рынок сбыта дополнительной продукции? Они уже шпарят там вовсю, надо скоро вывозить.
— Одну партию возьмут у нас вместе с обувью, — ответил Бортко. — А дальше видно будет, может, и постоянно будут брать.
— Ну, держи этот вопрос на контроле, — велел ему Захаров. — А что, кстати, твои с обувной фабрики ездили в Серпухов? Смотрели кожу?
— Да, технолог их посмотрел, категорически одобрил, — кивнул я. — Только я его на кожгалантерейку возил, а не в Серпухов… А вообще, в Серпухов кому-то надо ехать на разведку, что-то там неладно в Датском королевстве, такое у меня впечатление…
— Так… Тогда езжайте туда вместе, — посмотрел на нас с Бортко Захаров. — Договаривайтесь насчёт кожи на долю обувной фабрики и посмотрите, что там творится?
Мы одновременно кивнули.
— А можно сделать рокировку заказчиков у Богородского завода и Серпуховского? — спросил я. — Богородская оранжевая и зелёная кожа пусть идёт на плановые ремни. Тогда Серпухов сможет поставлять нам свою хорошую кожу на плановую обувь.
  
— Вносить изменения в план двух фабрик? — с сомнением посмотрел на меня Бортко. — А будет стоить овчинка выделки?
— Нет, план трогать не надо, — ответил я. — Рано или поздно в Богородске модернизация закончится и можно будет вернуться на круги своя…
— Вот именно, — поддержал меня Осипов.
— Проще кожевенной и обувной фабрике партиями поменяться и все дела, — предложил Сатчан.
— Тогда все эти люди поймут, что они в одной обойме, — задумчиво проговорил я. — Может, лучше с поставщиками поработать?
— Да какая разница поставщикам, кому отгружать и от кого деньги получать? — спросил Ригалёв. — План по отгрузкам выполнен? Выполнен. Деньги в банк поступили? Поступили. Какие к кому вопросы? Я понимаю ещё, если бы кто-то жаловаться начал, что им чего-то недопоставили. Но в нашем же случае никто никуда жаловаться не будет.
— Не будет, естественно, — согласился Захаров. — Давайте потом ещё подумаем над этим вопросом. Сначала съездите в Серпухов и узнайте, какие у них, вообще, возможности. А то вы тут рассчитываете, что они вам плановую партию сделают такого же качества как дополнительная, а у них, может, и возможностей таких нет. Так же, как в Богородске.
— И то верно, — согласился я.
— Так. Двигаемся дальше, — продолжил наше совещание Захаров. — По твоему предложению насчёт розничных магазинов при предприятиях. Мне эта идея очень понравилась. Вот, честно. Сразу отпадает необходимость искать рынок сбыта, как ты говоришь, договариваться и делиться с торговыми точками. Я только «за»!
— Правильно. Меньше народу посвящено, больше кислороду, — поддержал его Мещеряков.
— Я уже переговорил с некоторыми товарищами, — продолжил Захаров, — обсудил эту идею. На самом деле, при многих предприятиях уже есть такие магазины. Правда, они торгуют только некондицией…
— Это всё ерунда! Наделаем некондиции! — тут же сориентировался я. — Наволочки будут чуть-чуть не того размера, ремешки без пряжек, а пряжки всех видов тут же отдельно будут продаваться, вроде, такой набор можно собрать, по типу «Сделай сам». Можно и мастера тут же в магазине посадить с заклёпочником. И, кстати, за всё деньги брать. А по отдельности это всё продавать, работу мастера оплатить, ещё и дороже получится, чем готовый ремешок. О, кстати! Мы же можем джинсы как некондицию продавать! Там же всё дело в красителе? По ГОСТу, он должен быть стойкий, а мы специально будем делать нестойкий, чтобы краска вытиралась. А ведь это самая модная тема у любителей джинсы… Некондиция? Да. Ну да, мы так и продали… Можно еще в виде выкроенных деталей продавать, чтобы тётки сами шили. Тогда, вообще, никто не придерётся. Во! И кожаные этикетки к джинсам тут же продавать! Пусть сами себе пришивают, хоть Монтана, хоть Левис, хоть Вранглер.
— Понеслась косая в щавель! — обалдело глядя на меня, произнёс Сатчан и мужики дружно рассмеялись.
— Записывайте, товарищи, идеи Ивлева, записывайте, — многозначительно посмотрел на Бортко и Ригалева Захаров. — И в следующем месяце доля Ивлева увеличивается. Это без обсуждений. Польза налицо.
Я поморщился. Моя доля может увеличиться только за счет долей остальных. Еще с ними портить отношения из-за денег мне не хватало… Но как-то к словам Захарова все отнеслись спокойно. По крайней мере, внешне.
— Да, и идею с розничными магазинами, уверен, надо развивать, — подвёл итог Захаров. — Прошу всех донести это до руководителей подопечных предприятий.
— Я извиняюсь, пока не забыл, — встрял я. — А можно меняться товарами между такими магазинами? Или только своей некондицией можно торговать?
Захаров сделал круглые глаза в ответ.
— Я узнаю, — пообещал он. — Тоже очень интересно самому… Потенциал идеи я понимаю.
Ну и хорошо.
— Дальше… По поводу твоего предложения взять под своё крыло ЖБИ… Мы подумали и решили, почему бы и нет? — переглянулся он с Бортко и тот охотно кивнул. — Тротуарная плитка вещь хорошая, и вообще, из бетона можно много чего сделать, что в хозяйстве пригодится. Так что, тебя там уже знают, вот и принимай. Предварительные переговоры, конечно, мы сами проведем. Дадим знать, когда туда ехать.