Ревизор: возвращение в СССР 29 (СИ)
В воскресенье немного помогал жене с детьми, но, в основном, работал. Написал лекцию для КГБ про меры стимулирования сельского хозяйства. Основной упор сделал на сохранении урожая, а не только на его выращивании. Не секрет, что у нас вырастили, отчитались, премии получили, а треть урожая так и осталась гнить под открытым небом. Написал, что за всё, что сгнило, никто ничего получать не должен. Это в расчёт браться не должно. Хорошо бы ещё и зарплаты и премии руководителей в райкомах и райисполкомах поставить в зависимость от сохранности урожая, собранного совхозами. Чтобы у них стимул был меры принимать по сохранению того, что хозяйства сумели вырастить и собрать. Элеваторы строить, овощехранилища.
И хочется вернуться к ситуации, когда народ сам себя кормил. Шесть соток это, конечно, лучше, чем ничего, но слишком мало. Почему бы не выдавать лучшим рабочим к пенсии полгектара хорошей земли? Пусть выращивают всё, что хотят, и торгуют на рынках в городе. Кому они помешают?
И в таком же духе накидал еще с пяток предложений…
* * *Москва. Сквер на Песчаной улице.
Захаров ждал Мещерякова, прогуливаясь взад и вперёд по дорожкам сквера при номенклатурных домах. Наконец тот показался в конце дорожки, и ещё издали заприметив Захарова, помахал ему рукой.
— Приветствую, Виктор Павлович, — пожал Мещеряков его протянутую руку.
— Ну что скажешь? — с нетерпением спросил Захаров. — Нашёл что-нибудь на Крестникова и его родственничка?
— Нет пока.
— Плохо! — воскликнул раздраженно Захаров.
— Работаем неустанно, Виктор Павлович. Но пока ничего…
— Плохо работаете! Не может быть, чтобы такой пройдоха, как Крестников, нигде не наследил с такими-то повадками. Не может такого быть, чтобы вообще никакого компромата на него не нашлось! И чтоб родственник этот его избалованный ни в чём не засветился, не поверю!
— Согласен, — спокойно ответил Мещеряков. — Но пока — ничего. Ищем.
* * *Святославль
Руслан собирался с духом. Отец, когда приезжал, напомнил, что развод он давно уже получил, пора решать вопрос с квартирой. Но он все никак не мог собраться и заняться этим вопросом. Мама бывает такой непростой в общении. А в последнее время, вообще, скандал на скандале.
Но все, он решился. Завтра, как штык — пойдет и затеет этот непростой разговор…
* * *Утром в понедельник собрался отвезти Румянцеву лекцию по сельскому хозяйству на согласование. Но перед этим надо было позвонить на ЗИЛ, поэтому пришлось дождаться начала рабочего дня.
Варданян удивил меня, так удивил.
— Срочно нужен сценарий монтажа ко дню рождения Ленина, — заявил он тоном, не терпящим возражений. — Участники — наша агитбригада, спортсмены наших спортивных секций и ещё найдём тебе талантов для разнообразия. Твоя задача придать им какую-то связность с идеологической подоплёкой, соответствующей праздничной дате.
Что? Какой ещё монтаж? — обалдело подумал я, но возражать не стал. Я же до сих пор у них числюсь в заводском комитете комсомола, правда, зарплату получаю раз в три месяца, но это уже другой вопрос. Так что, отказываться не вариант вообще. Берешь деньги — надо работать.
— Хорошо, Михаил Аронович. Немедленно займусь. А к кому мне обратиться, чтобы узнать, кто будет участвовать и с какими номерами?
— Руководителя нашей агитбригады Сергея Белого знаешь?
— Знаю, конечно, — хмыкнул я про себя. Знаю даже лучше, чем вы думаете.
— Вот, с ним и держи связь по участникам. А по сценарию все вопросы ко мне.
— Хорошо, Михаил Аронович, — ответил я и мы попрощались.
Вот только монтажа ко дню рождения Ленина мне и не хватало для полного счастья. И название-то какое диковинное! Надо еще уточнить, точно ли это то, что я думаю? Постановка самодеятельности ко дню рождения Ильича? Или в это понятие они что-то другое вкладывают?
* * *Москва. Горный институт.
— Девчонки, что с Малюгиной? — услышала Диана голос старосты в перерыве между парами. — Свет, ты с ней в одной комнате?
— Заболела она, — ответила ему Виноградова. — Ноги вчера промочила и проходила так целый день. С утра уже сегодня температура была, врача будет вызывать.
— Понятно, — ответил староста, а Диана встрепенулась.
Как же удачно всё сложилось! — подумала она, тут же сорвавшись к телефону-автомату.
— Алло, Катя? Это Оля с киностудии. Уговорила режиссера посмотреть на вас. Можете завтра приехать в Горный институт? Он будет тут выбирать натуру для съёмок, заодно и вас с Зоей посмотрит в деле. Сам режиссер будет со стороны наблюдать за вашей игрой и за реакцией студентов, чтобы не мешать вам, и чтобы вы на него не отвлекались. Вы, главное, не волнуйтесь, я вам сразу как освобожусь, перезвоню… Да-да, прямо по сценарию, как мы с вами обсуждали. Всё помните?
Екатерина, стараясь показать себя крепким профессионалом с хорошей памятью, пересказала Диане, что ей предстоит проделать и Диана осталась очень довольна и ею, и собой.
Ну что же, — злорадно подумала Диана, повесив трубку, — игра начинается! Ох и пожалеет эта зараза, что к мужу моему клеится!
* * *Москва. Квартира Захаровых.
Вечерний звонок телефона насторожил Захарова, а когда жена сказала, что это Стельмухов, он сильно разволновался, предчувствуя неприятности.
— Приветствую, Андрей Романович, — взял он трубку.
— Плохие новости, Виктор Павлович, — без предисловий перешёл к делу тот. — Крестников нашёл серьёзную поддержку в Управлении делами Совета Министров. Там у человечка такие связи, что закачаешься… Но ты не отчаивайся, еще попробуем побороться.
* * *Глава 10
* * *Святославль.
Оксана очень удивилась, когда увидела сына у себя в кабинете в детском саду. И по его лицу она поняла, что случилось что-то нехорошее.
— Мам, меня в жилкомиссию вызывали в исполком, — устало плюхнулся Руслан на стул рядом с её рабочим столом.
— Что им опять надо? — всплеснула она руками.
— Там у них председатель жилкомиссии Щербаков, знаешь? — Оксана кивнула. — У нас в новом доме никто не прописан. Он говорит, одной семье нельзя иметь и дом, и квартиру. Дал нам время решить этот вопрос. Говорит, или дом надо продавать, или нам из квартиры всем выписываться…
— Господи! Да что же это такое⁈ — воскликнула Оксана, искренне не понимая, за что ей такое наказание. — Опять у меня излишки будут?
— Мам, надо разменивать квартиру, — уверенно сказал Руслан. — Другого выхода нет.
— Что? — удивлённо посмотрела на него Оксана.
— Да… Если дом продать, мы все к тебе жить придём. Или дом, или квартира. И то, и другое иметь нельзя.
— Но вы же так жили раньше, Настя с Мариной у неё в доме были прописаны, а ты в квартире, — напомнила она сыну.
— Да, но об этом никто в исполкоме не знал, а сейчас у нас дом на учёте стоит, где никто не прописан. На него сразу обратили внимание.
— Да что ты будешь делать? — шлёпнула Оксана ладонью по столу с досадой. — Всё не слава богу!
— Мам, надо разменивать квартиру. Тогда и мы спокойно выпишемся от тебя и пропишемся к себе в дом. И у тебя излишков не будет.
— Сынок… А может, ты разведёшься с Настей? — посмотрела она на него с надеждой.
— Ты чего, мам? — удивился он. — Зачем?
— Она пропишется в дом, а вы с Маришкой в квартире останетесь. И ничего делать не надо будет.
— Ну, ты придумала! Мы второго ребёнка, вообще-то, хотим, а ты про развод. Я даже обсуждать это не буду.
— Настя что, беременна? — ошарашенно посмотрела она на Руслана.
— Нет ещё… Я за дом ещё должен кучу денег. Надо отдать долг сперва. А если мы квартиру разменяем, то я сразу и долг отдам, и с двумя детьми полегче будет первый год, пока Настя в декрете. А то такие хоромы и с одним ребенком — несерьезно. Место и для трех найдется, не то что для двух!