Искуси меня (СИ)

Мне было хорошо. Нет, нам было хорошо. Очень жарко. Сладко. Однако после этого пришло полное умиротворение в его объятьях. Оно наступило так же быстро, как и воспоминания, которые я пыталась забыть. Они вновь вышли на первый план, представляя мне не самые приятные картинки. Я опять почувствовала себя расстроенной, одинокой, несмотря на близкое нахождение Ника. И я знала, что, стоит нам попрощаться, это чувство усилится в разы.
– Я не хочу, чтобы ты уходил, Ник, – внезапно выпалила я, когда он натягивал брюки и пытался одернуть мою юбку. Я не видела выражение его лица, стоя так же лицом к стене, не в силах развернуться и сделать шаг в его сторону, не видела реакции на свои слова, но ощутила временную растерянность, перерастающую в недолгое молчание.
– Не уйду, – в мгновение ока он преодолел расстояние между нами, легко прикоснувшись к моей спине кончиками пальцев.
Не скажу, что я тут же успокоилась. Этого не произошло. Однако я слегка расслабилась. С каждым его касанием к моей коже, с каждым вдохом, когда любимый аромат «Дольче» проникал в ноздри. Знаю, он уйдет. Рано или поздно ему придется покинуть меня. Но не сейчас. Не в тот момент, когда яркая вспышка радости и блаженства померкла под вновь нахлынувшими воспоминаниями разговора с отцом. Да, это трудно признать, но мне нужен кто-то рядом. Тот, кто отвлечет хоть на пару часиков, тот, кто не будет напоминать мне о тупой боли в груди.
Да, Ник уйдет, но это произойдет нескоро…
  
Глава 15: прогулка для двоих
 
– Давай я поведу, – настоял Ник, когда я собралась сесть за руль своей машины.
Заботливо с его стороны, учитывая мою неспособность стоять на ногах после нашего соития в уборной. У меня была мысль переодеть обувь на более удобную, когда я зашла на пару минут в квартиру, чтобы надеть новый комплект нижнего белья взамен порванного в порыве страсти (лифчик тоже пострадал, как оказалось), но затем отложила эту затею в долгий ящик. Всегда без труда ходила на каблуках, и этот день не исключение.
Я не знала, куда поведет меня Ник. Не догадывалась. И не хотела гадать. Я всецело доверяла ему и приняла бы любое его решение. Пошла бы за ним туда, куда бы привел. Даже если это и была ловушка. Хотя нет. Он и так заманил меня в собственные сети страсти, откуда мне не выбраться. По крайней мере сейчас, когда я окружена его чарами.
Ник вел машину покойно, не превышая скорость. Расслабленно. Одной рукой держался за руль, а другой нащупал мою руку, слегка сжимая ее в своей широкой ладони. Так приятно. Этот жест приятен. Нов. Вроде бы невинно, но в то же время интимно. Странно, что я вообще обращаю на это внимание. Беру в расчет. Желаю ощущать тепло его кожи. Слегка шершавой, грубоватой. Эти руки творили со мной что-то невообразимое, что во время страстного секса, что сейчас, простыми движениями большого пальца поглаживая мою ладонь. И мне это очень нравилось.
– Приехали.
Я не сразу заметила, как мы остановились возле дальних ворот парка, окруженных лишь сотнями деревьев и парочкой припаркованных машин. Местонахождение показалось мне смутно знакомым, однако напрягаться и вспоминать данную локацию я не стала. Это все стало неважным, второстепенным, когда Ник взял меня за руку, заставляя вновь почувствовать его тепло и крепкость ладони.
– Надеюсь, ты не против обычной прогулки, – он притянул меня за руку ближе к себе, а затем опустил ее на талию. Вновь на меня нахлынули странные ощущения, будто я пришла на первое в жизни свидание с популярным мальчиком из параллельного класса и, будучи еще наивной маленькой девочкой, старалась запомнить каждое мгновение этого дня. Каждый его взгляд в мою сторону, каждое невесомое прикосновение к моей ладони. К моей талии. К моему телу. Сейчас возникло то же чувство. Новизна. Однако вида немого восторга не подала, не выпуская чувства на свободу и никак не проявляя их.
– Не боишься, что нас могут увидеть?
– Все на работе. Вряд ли кто-то в такое время выйдет на улицу, тем более в парк, – точно так же я думала, сидя в кафе, однако нашелся один человек, сломавший стереотипы.
 
– Почему ты не на работе?
– Ты тоже там не появилась.
– Я не так часто захожу в офис, – об этом знали практически все мои знакомые, зная, что я уделяю время не только своей компании, но и себе любимой, позволяя пройтись по магазинам или же посетить спа-процедуры.
– Просто не хочу, – только и всего. Просто не хочу. По той же причине я не появляюсь на своем рабочем месте, однако слышать эти слова от генерального директора крупной судоходной компании, поднявшего данную сферу деятельности практически с нуля, немного странно и необычно. В обществе много говорили о трудоспособности Никиты Александровича Красницкого. Слишком много. Но затем вспомнила тот потухший взгляд, который завидела в кафе, когда мужчина подсел ко мне за столик. У него тоже нашлись причины сломать стереотипы.
На секунду я вновь посмотрела на него, пытаясь рассмотреть внимательнее его лицо. Взгляд зелено-карих глаз обрел неизведанную ранее глубину, чуть пухлые губы, которые не так давно ласкали мое тело, стали тоньше от сжатия, а складка на лбу подтвердила мои догадки. Он о чем-то думал. Размышлял. Умозаключал. Можно подобрать множество синонимов, но факт остается фактом. А главное – посвящать меня в свои мысли он не станет, да я и не особо этого хотела.
В какой-то момент на меня навалилось странное ощущение. Непонятное чувство, когда ты видишь чужого мужчину рядом с собой. Такого размеренного и спокойного. Ощущаешь его цепкий взгляд на себе, его прикосновения, можешь вот так запросто потянуться и оставить легкий след на его щеке. На губах. Это ощущение вседосягаемости радовало меня куда больше, чем мысли о последующем уходе. Знаю, наша прогулка продлится недолго, все пару часов, но я так хотела побыть с ним еще. Желала находиться не одна, а в компании прекрасного мужчины, который не будет задавать лишних вопросов. Хоть и женатого. Плевать. Этот факт, казалось, меня волновал сейчас меньше всего.
– Будешь мороженое? – он задал столь простой вопрос, но мне показалось, что я не слышала его уже много лет.
Богатые мужчины имели привычку разбрасываться подарками, которые я ценила, водить в дорогие места, преподносить горы к моим ногам, не забывая прикоснуться губами к стопам, однако забывали о простом. О людском. И я об этом забыла, пока Ник, не дождавшись моего ответа, не протянул мне обычный рожок мороженного, политого шоколадной глазурью. Мое любимое. Наверное, если бы этот жест был от кого-то другого, то я бы вряд ли покорно приняла его. Но не от Ника. Его легкая улыбка, внезапно появившаяся на задумчивом лице, чуть посветлевший взгляд, схожий с зелеными листьями на деревьях, не оставляя за собой и намека на тьму, и неповторимый аромат «Дольче» вряд ли бы склонили меня к отрицательному ответу.
В какой-то момент я почувствовала себя маленькой девочкой. Совсем юной и беззаботной. Мысленно вернулась в те времена, когда отец единственный раз в жизни устроил нам с мамой семейный поход в парк. Под охраной. В будний день. Когда все в это время работали, чтобы никто не увидел, что у знаменитого Юрия Державина есть еще одна семья. Как сейчас с Ником, только без посторонних глаз. Но меня, пятилетнюю девочку, ни капли это не волновало. Мы катались на аттракционах, ели мороженное и так же беззаботно разговаривали, создав иллюзию семейного счастья. Для меня. И она вышла весьма правдоподобной. Я громко смеялась, когда отец подкинул меня в воздух, словно пушинку. Единственный и последний раз он проявил радостную эмоцию по отношению ко мне. Больше их не было. Зато внимание мамы оказалось чрезмерно огромным в течение всей моей сознательной жизни. Это оказалась не одна-единственная эмоция, после которой наступил холод. Тысячи. Миллионы чувств. Их нельзя описать словами, нельзя подобрать синонимы любви к единственной дочери.
Их нужно прочувствовать самому…
И вновь воспоминания накатили на меня волной боли, сжимающей внутренности и перекрывающей доступ к кислороду. Кое-как удерживаю эмоции в узде, дабы не привлечь внимание Ника, но, видимо, получилось у меня очень плохо.