Дамиан (ЛП)

— Ох, папа, как мне жаль… — вздыхаю на случай, если кто-то рядом, но мои мысли не могут отличаться ещё больше.
«Старый грёбаный ублюдок, единственное, о чём я жалею, что тебя убила не я». Дамиан наконец-то оказал мне услугу, даже не осознавая этого. Хотела бы иметь возможность спросить его, что он чувствует, хоть раз побывав на месте того, кого на*бали. А если парень надеется получить моё наследство, то он глубоко ошибается. Наконец-то эта империя стала моей. Члены клана доверяют мне, никто не знает, что отец назначил Джулиана своим преемником, и если бы я не сунула нос в его бумаги, тоже бы не знала. «Ох, папочка, так не поступают!» Меня не удивит, если окажется, что Джулиан ещё один результат незапланированного выброса великого Цезаря Кортеса, случайно оказавшегося в пиз*е какой-то шлюхи. Я ласкаю обеими руками стол, который принадлежал моему дорогому папе, и сажусь в его кресло. Глубоко дышу. Теперь трон мой.
Кто-то стучит. Порог переступает внушительная фигура, устремив на меня свой взгляд. Коротко подстриженные чёрные волосы кажутся тенью на угловатом черепе Джулиана. Он высокий, хорошо сложенный мужчина, который после долгих лет службы в армии решил служить деньгам, а не своей стране, но сохранил некоторые военные привычки. Если кто и способен следовать приказам и всегда успешно завершать задание, так это он. «О да, он действительно плохой парень и чёртов психопат».
— Мы поймали её. Я отвёл её в спальню и связал, чтобы она не могла убежать. Она сейчас спит, возможно, я переборщил с хлороформом, — удовлетворённо говорит он.
Я счастливо улыбаюсь при мысли о том, что правая рука отца теперь стал моим преданным псом. Я никогда не понимала, почему Джулиан зациклился на сестре, у этой глупышки никогда не было ничего особенного.
— Видишь? Отец не успел…как бы он это назвал? Ну, да: «выполнить своё обещание», но я здесь, чтобы сделать за него. Теперь тебе нужно позвонить Карлосу Гардоса, а потом можешь идти и развлекаться с Бланкой.
Джулиан достаёт телефон из кармана, продолжая смотреть на меня.
— Трафик камней Карлоса сделает тебя очень влиятельной Тейлор, не забывай, кто присягал тебе на верность, — напоминает он, переводя взгляд на экран телефона. Холодный свет от прибора освещает его лицо, подчёркивая удовлетворение, которое сочится из каждой поры.
— Идея иметь рядом Бланку меня не очень радует, но что касается тебя — дорогой Джулиан — ты получишь хороший кусок всего. Да, милый, я дам тебе половину доходов от наших клубов и небольшой процент от торговли камнями.
«Лучше иметь этот кусок дерьма в качестве союзника, чем врагом». Мне бы очень хотелось, чтобы отец видел меня сейчас. Я научилась думать так, как он меня учил. С Джулианом лучше не шутить, когда он работал на Цезаря, я несколько раз слышала их споры и поняла, как сильно он раздражается, если кто-то встаёт между ним и его целью. Джулиан не только убивает так же легко, как и дышит, ему на самом деле нравится это делать. Моя сестра его единственная слабость; не могу понять, почему он так одержим ею. Поначалу меня это раздражало. Давайте признаем, — я гораздо красивее, у меня есть мужество и я была воспитана для этой жизни, но Джулиан смотрел только на неё. Со временем я поняла, как мне повезло, что не вызвала его интереса. Я слышала, что Джулиан сделал с Бланкой, он был животным. Слава Богу, я не похожа на свою близняшку или даже на мать. Когда я заняла кабинет отца, мама не хотела в это верить, видимо, думала, — главой станет она. Какое заблуждение! Кроме того, я училась у человека, который украл у неё всё. Чего она ожидала от меня? Она никогда не восставала против него и, конечно, не посмеет сделать это со мной. Палома и Бланка Кортес — позор нашей семьи, они предали нашу кровь. Мы пришли в Южную Америку как завоеватели, и наш долг — управлять этой землёй.
— Buenos dias, Гардоса. Я звоню, чтобы возобновить переговоры Цезаря Кортеса. — Голос Джулиана возвращает меня к насущным вопросам. Я внимательно слушаю, но не могу понять, что отвечает собеседник. — У нас есть драгоценность, которая, я уверен, заинтересует вас, — решительно продолжает Джулиан. Мышцы его лица напрягаются, пальцы белеют, сжимая телефон так, словно хотят раздробить его. — Я понимаю, но если вы не передадите контакты ваших партнёров и не сообщите нам точное местонахождение базы, Бланка умрёт. У вас есть 24 часа, — угрожает он, прежде чем закончить разговор.
 
Я глубоко вздыхаю. Эти переговоры будут муторными, но уверена, Дамиан Монтеро готов уступить, чтобы спасти её. Я действительно не понимаю, что Джулиан и Дамиан нашли в ней. Бланка — мученица, Бланка — жертва! Бланка всегда неряшлива и неопрятна, Боже! Я ненавижу её. Она не стоит и ломаного гроша по сравнению со мной. Держу пари, она даже не знает, как обхватить ладонью член.
— Теперь, когда мы закончили, я хочу получить то, что принадлежит мне, — нетерпеливо заявляет Джулиан.
— Прежде чем ты посвятишь себя Бланке, мне нужны твои услуги, дорогой. Тебе пора пройтись по округе и собрать нашу плату. Джулиан кивает, сохраняя серьёзное выражение лица, которое редко покидает его, и выходит, закрывая за собой дверь. «Молодец, мне нравится, когда люди подчиняются без слов».
Я не могу дождаться, когда получу в свои руки бизнес Карлоса Гардоса и расширю наш. Деньги посыплются дождём, а фамилия Кортес под моим управлением наконец-то совершит тот качественный скачок, которого заслуживает. Я буду непобедима, меня будут уважать и бояться.
Я прислоняюсь спиной к креслу и закрываю глаза, предвкушая свой триумф.