Бескрылая. Иная (СИ)

Полог откинули резко, выбивая её из полумедитативного состояния. Она даже не заметила, как к ней подошли! Непорядок.
Два крылатых стража с оружием почтительно удерживали ткань, чтобы шаман шагнул внутрь с комфортом. Птицелюд оглядел Айрин с нескрываемым презрением, собирался было подцепить её под руку посохом, чтобы поднять на ноги, но заметил, что она не связана, и попятился.
«М-да, не такой уж он и храбрый, оказывается!» — не без издёвки отметила девушка. Шаман уловил отголосок иронии в её взгляде, и ему это не понравилось. Увесистая палка метнулась к самому её лицу, затормозив лишь в последний момент и вильнув, поддевая Айрин под подбородок так, что она неудобно запрокинула голову.
— Вставай, — приказал шаман, прекрасно зная, что его не понимают, и дёрнул посохом вверх, больно царапая тонкую кожу.
Девушка поднялась на ноги и вопросительно уставилась на новоявленного командира. Руки она расслабленно держала вдоль тела и надеялась, что её не станут снова связывать. Верёвки для неё не проблема, но упорство местных может выйти им боком. В обездвиженном состоянии она нервничает, а когда она нервничает, на поверхность выходят наноботы.
— Пойдём, — приказал шаман и первым вышел из шатра. Двое стражей двинулись было к Айрин, собираясь жестами и недвусмысленными подпихиваниями в спину заставить её двигаться в нужном направлении, но она сама зашагала вслед за шаманом, оставив их в недоумении.
Народу на площадке сегодня собралось даже больше, чем вчера. Видны были то тут, то там восседавшие на плечах взрослых детишки с недоразвитыми пушистыми крылышками, на которых только начинали расти настоящие перья. Забавно было видеть признаки птиц на существах, издали напоминавших людей, и девушка замедлила шаг, разглядывая малышню. Ей тут же намекнули об ошибке резким тычком холодного металла под лопатку. Если бы не костюм, пустили бы кровь наверняка, а так просто синяк останется. Ненадолго.
Айрин обернулась и внимательно смерила взглядом слишком ретивого стража. Запоминая и отмечая про себя его стремление выслужиться перед явно негативно к ней настроенным шаманом. Чем она успела заработать такую неприязнь, Айрин не знала, но подхалимов терпеть не могла в любом случае. В данный момент она пленница, безоружная и теоретически слабая, если брать за образец среднестатистическую представительницу её вида. Обычная женщина, пусть даже тренированная и в костюме, мало что могла бы противопоставить целой толпе этих существ, вооружённых допотопным оружием. Да тут и мужчина вряд ли бы справился. Слишком их много, задавят массой и затопчут.
Измываться над заведомо более уязвимым противником — так себе доблесть.
Её привели почти к тому же краю плато, на который вчера Айрин доставили дозорные. С него открывался потрясающий вид на рассветные скалы. Где-то далеко внизу, кажется, текла река, разбиваясь на множество порогов и сверкая на зеленоватом солнце. Оно ещё не полностью взошло, окрашивая горы во все оттенки золота и бирюзы.
Собравшиеся птицелюды, следуя не утихавшему ритму колокола, затянули мелодию без слов, одними голосами. Песня удивительным образом вливалась в пейзаж, создавая поистине сказочную картину. Айрин поняла, что ей начинает нравиться этот странный ритуал. Может, ещё и станцевать придётся? Она не против!
Резкие звуки над головой привлекли её внимание. Знакомая тень быстро снижалась, хлопая рыжеватыми крыльями. Тот самый вчерашний страж, с кубиками!
Шаман перехватил её взгляд, ехидно ухмыльнулся и резко ткнул Айрин посохом под дых. От неожиданности она сделала шаг назад…
И полетела в пропасть.
Глава 6 
Аир-Корр спешил. Он летел, до предела напрягая крылья, выжимая из мощного тренированного тела всё. И всё равно ощущение, что он безвозвратно, безнадёжно опаздывает, не покидало его.
Разговор с Матерью кланов занял куда больше времени, чем он думал. Первое Крыло форпоста, он редко покидал область, за которую отвечал, но вчерашняя находка озадачила его настолько, что он решился отойти от заведённого порядка.
 
И, кажется, фатально ошибся.
Убогий, которого они нашли в пещере, действовал адекватно и выглядел абсолютно вменяемым. Что странно. Ни один из тех, кого они нашли на Запретной скале, не способен был ясно мыслить. Ритуал служил скорее спасением для таких душ, способом облегчить их страдания и прервать порочный круг. Давняя традиция, лет которой куда больше, чем самому форпосту. Дед Аир-Корра, и тот не помнил, откуда она взялась. Все в племени знали точно одно: слабые, беззащитные убогие подвластны влиянию недр Запретной горы и способны разнести заразу по всем наземным поселениям. А потому их следует отлавливать и проводить очищающий ритуал.
Убивать народ Аир-Корра не любил. Потому даже обречённым на медленное гниение изнутри убогим предоставлялся шанс. Выживешь после падения со скалы — иди на все четыре стороны.
Собственно, ритуал существовал задолго до того, как появилась та самая Запретная гора. Тогда он всего лишь обозначал ступень взросления птенцов, переход к свободному самостоятельному полёту. Подростков сталкивали со скалы, чтобы научить владеть крыльями. Иногда, разумеется, случались трагедии, но народ аль воспринимал их философски. Значит, такова воля Неба. Птенец не приспособлен к жизни в воздухе, и духи забрали его к себе.
Поведя уставшими плечами, Аир-Корр вдохнул поглубже и ещё чуть прибавил скорости, не в силах отогнать ощущение, что драгоценные мгновения, отделяющие его от катастрофы, утекают сквозь пальцы.
Что же могло пойти не так? Он ясно дал понять Главе, что сомневается в необходимости ритуала и собирается посоветоваться с мудрейшей, так что вряд ли Гирр-Тер проведёт его, не дожидаясь особого повеления Матери кланов.
Или всё же осмелится?
Гирр-Тер Оцу в последнее время вёл себя всё более самоуверенно и независимо и всё реже советовался со старейшинами и лучшими из воинов форпоста. Аир-Корр подумывал сместить его, но необходимость принять после вождя всё имущество пугала его не на шутку.
К имуществу прилагалась Раэ.
Дева отталкивала закалённого воина своей целеустремлённостью. Можно даже сказать, зацикленностью. Способность фокусироваться на одной задаче — завидное качество, но не тогда, когда это касается личной жизни и свободы самого Аир-Корра. Раэ Оцу отчего-то решила, что они идеально друг другу подходят, и всячески преследовала своего кумира. Даже в воины за ним пошла. Женщины нередко служили наравне с мужчинами, так что особого изумления её выбор пути не вызвал, однако у стража от её влажного, пристального взгляда по спине бегали мурашки. И вовсе не от предвкушения удовольствия.
Остальные воины подтрунивали над ним и искренне не понимали, чего Аир-Корр упирается. Раэ была прекрасна ликом и крепка телом, а сильные серо-стальные крылья без малейших усилий поднимали её вертикально вверх — редкое умение, доступное немногим родовитым линиям. Сам Аир так не умел. Отличное качество, чтобы передать его будущим птенцам…
Но отчего-то при мысли о совместном с Раэ гнезде его пробирала нервная дрожь отвращения.
Среди разномастных пиков и расщелин на горизонте наконец-то замаячило тёмное пятно плато. Чем ближе подлетал Аир-Корр, тем сильнее он хмурился. Аль собрались на выступающем краю, том самом, который использовался чаще всего для приземлений и взлётов — и том самом, где проводили на памяти стража все три ритуала очищения.
Одинокая фигурка на самой грани приковала его взгляд намертво.
Убогий, найденный вчера на Запретной горе, вскинул голову, словно почувствовл его внимание, но произнести ничего не успел.
Гирр-Тер заметил приближение Первого Крыла и сделал то единственное, что ему оставалось, чтобы не потерять уважение населения форпоста окончательно.
Быстрым ударом посоха отправил убогого в небытие.
Ветер свистел в ушах Айрин всё громче и громче, заглушая бьющуюся в них кровь. Беглым взглядом девушка оценила расстояние до ближайшего нацеленного ей в голову утёса, проверила нет ли где на скале уступов, за которые она может успеть зацепиться или что хуже, удариться, и таковых не нашла. Край обрывался не просто вертикально — под ним плато сужалось как перевёрнутая трапеция. Хорошо, что не насажает синяков. Плохо, что придётся применять экстренные меры.