Ошибка Заклинателя (СИ)

— В ту зиму, — хрипло сказал он. — Меня проклял второй отец. Мой младший брат был больше всего похож на него, так же легко смеялся и гневался. Он нашел в горах падшего козленка, и из-за голода тут же вгрызся в мясо, обглодав все косточки. В тот же вечер у него случился жар и скрутило живот. Он сгорел за три дня. В день его похорон, меня заперли в кузнице, не дали проводить последний путь. В ушах до сих пор звучат слова второго отца о том, что я должен был сдохнуть вместо него. Это было бы справедливо, Эмма, ведь это я поручился за шпиона из Ра, который спалил наши запасы. Я жив, хотя мои друзья детства больше никогда не увидят рассвета. Если второму отцу будет легче знать, что я страдаю, то я готов перенести любые лишения, понимаешь? Как я могу наслаждаться в твоих объятиях?
 21.4 
Эмма видела в глазах Эрика, как тому важно услышать ее суждение. Сейчас решалась судьба их отношений. Как сильно бы ей не хотелось уверить его, что свадьба — лучшее решение, интересы Эрика были важнее. Она понимала, что пока он не искупит вину, то не сможет с чистой совестью вступить в отношения.
Она собралась с мыслями для ответа, но тут Эрик вдруг резко качнул головой и решительно поцеловал Эмму, словно скрепляя печатью свое решение.
— Этот брат виновен и недостоин, но потоки Ши связали нас. У нас в горах судьбу доверяют высшим силам. Я буду делать все от меня зависящее, чтобы заботиться о тебе. Этот горец боится, что приносит несчастье близким…
— Тогда мы два сапога пара, — закрыла его рот ладонью Эмма. — Из-за меня арестовали заклинателя, помнишь? Я тоже боюсь, очень боюсь, причинить тебе вред. Но я постараюсь быть смелой.
Они еще долго лежали в обнимку, наслаждаясь близостью. Эмма положила голову на грудь Эрика и слушала биение его сердца, пока тот пропускал ее волосы сквозь пальцы.
Именно в это мгновение тишины, Эмма осознала, что бесповоротно стала частью нового мира. Теперь у нее есть ниточка, за которую сердце привязали к новой земле. Она больше не гостья, наблюдающая со стороны за странными порядками хозяев.
Снаружи караван остановился на вечерний постой. Слышалось ржание лошадей, стук молотков о колышки при установке палаток, переругивание охранников.
— Этот брат принесет ужин, — вздохнул Эрик, нехотя разрывая переплетенные пальцы.
— Мы прошли через столько испытаний ради нового тела, — возразила Эмма. — Почему бы не испытать его в деле? Пойдем вместе.
Только сейчас Эмма заметила, что фургон был плотно забит многочисленными сундуками и тюками. Заметив ее взгляд, Эрик широко развел руки и улыбнулся.
— С Деви на границе не берут пошлин, этот брат узнавал. Как не воспользоваться?
В одном из сундуков хранились алые наряды, столь любимые Деви. Как объяснил Эрик, часть он выкупил у прислужниц, а остальные заказал, пока ждал Эмму на границе.
Эрик помог Эмме одеться, так как она все еще покачивалась от слабости и не могла самостоятельно стоять. Он тактично закрыл глаза и отвернулся, пока она надела сначала облегающую белую рубашку, затем красное платье из плотной ткани. Сверху две летящие прозрачные накидки и широкое колье из золотых бусин и кристаллов. Деви не носила сережек, вместо этого в волосах закреплялись многочисленные цепочки и колокольчики, которые звенели при повороте головы.
Эмме нерешительно посмотрела в сторону Эрика и подняла руку потрогать уложенные волосы. Ее очень тронуло, что он продумал все детали нового облика, в то время, как она совершенно забыла об этом.
— Эмма, — гулко сказал горец. — Тебе на людях надо держаться уверенней и быть строже со мной.
Она понятливо кивнула и постаралась держать прямо спину. Ее тут же накрыла волна дурноты.
— Если что, прикроемся моей болезнью.
Эрик приоткрыл дверцу фургона. К удивлению Эммы, караван остановились вовсе не на пустыре, а на окраине оживленного городка. Местные жители в выставили лотки со снедью и различными поделками, всюду были развешаны бумажные фонарики, в воздухе плыли ароматы жареного мяса. Булыжники вымощенной центральной улицы города празднично поблескивали. Разодетые мужчины и женщины гуляли, закусывая сладостями на палочках. Подле фургонов развели высокие костры, охранники и купцы удобно развалились на подушках, ужинали и болтали.
 
Эмма спустилась по ступенькам и к ней тут же бросился бедно одетый мальчишка.
— Госпоже Лунне нужен провожатый?
Эрик вежливо отказался вместо нее, пока Эмма жадно вбирала каждую деталь оживленной улицы.
С ней здоровались, уважительно кланяясь, в то время, как горца совершенно игнорировали.
У первого лотка Эмма купила свежую паровую булочку с начинкой из грибов и зелени. Продавец вручил ей в подарок бумажную хризантему с нежно-розовыми лепестками.
Эмма опешила от подобной учтивости, но это было только началом. Каждый хозяин подманивал ее к себе, а потом начинал кричать, что его товар любим Луннами.
— Как они знают, что я — Лунна? — спросила Эмма.
— Луннам позволено собирать волосы заколками, но дело не только в этом. Понимаешь, для людей ранга До, не одаренных магией, потоки Ши выглядят как тусклое свечение, исходящее от заклинателей и Лунн. При свете дня не разглядишь, но сейчас — ночь.
Эмма вгляделась в Эрика, но ничего особенного не заметила.
— Во-первых на мне амулет, который скрывает внешность и магию, не забывай. Во-вторых, мы чувствуем потоки Ши сердцем, а не глазами.
Эмма разорвала булочку на две части и поделилась с горцем. Они ели улыбаясь, глядя друг другу в глаза. Тесто таяло во рту, а грибы были идеально поджаренными и сочными.
На одном из лотков продавали запеченные кроличьи головы в острых специях. Эмма не решилась попробовать, а продавец очень обиделся.
— Тут в Туджоу очень любят кроликов. Есть даже поговорка, что ни одному кролику из Туджоу живьем не скрыться. Попробуйте мягкое мясо, красавица-лунна, не пожалеете!
— Лучше посмотрите сюда, несравненная Лунна! Засахаренные ягоды на палочках. Свежие и ароматные.
Они гуляли по освещенной улице, то и дело пробуя новые яства — сладкие, соленые, острые, и горькие.
Для последнего вкуса им пришлось зайти в аптеку, где бородатый лекарь согласился сварить для Эммы одну порцию тонизирующего напитка.
— Возвращайтесь через час! — прогудел он, поглаживая длинные седые усы. — Для порядка, лекарству требуется кипеть четыре часа, но уважаемая Лунна спешит.
Ноги Эммы гудели от усталости, но она вправду чувствовала себя намного лучше, словно невидимая пленка между ней и новым телом немного истончилась.
Она как раз вспоминала проведенный Адамом ритуал и подыскивала место, где можно было провести следующую по порядку часть ритуала. Им посчастливилось наткнуться на ярко освещенную лодку, готовую отчалить по неширокой реке, текущей посреди города.
Нарядно одетый в голубой халат чисто выбритый мужчина, с длинными черными волосами и веером в руках заметил Эмму и подозвал ее:
— О, небожительница, не снизойдете ли вы до недостойных, подсластить вечер вашим присутствием?
Эрик наклонился и шепнул на ухо:
— Это увеселительная лодка. На ней проводят время богатые бездельники.
Эмма услышала звуки музыки и решительно потянула Эрика за собой.
Смазливый зазывала тут же заулыбался и приказал служанке поднести Эмме чашечку с вином.
— Что будет угодно хозяйке моего сердца? — заискивающе спросил он, пряча лицо за веером и тут же стреляя в Эмму ослепительной улыбкой.
— Есть ли у вас отдельная комната и лучший музыкант? — попросила Эмма.
— Столь скромная просьба? — довольный зазывала показал путь по ступенькам к закрытому павильону. — Несравненная Лунна не будет разочарована. Может ли недостойный узнать имя госпожи?
— Деви, — ответила Эмма и поднесла ладонь к виску.
Вино у этого заведения было довольно крепким, следовало проявить осторожность.
— Именно сегодня на суньми играет талантливый музыкант, жемчужина Туджоу, — продолжал нахваливать зазывала. — Увидев госпожу, он тут же потеряет разум и сердце от любви!