Щипач (СИ)

  
Глава 11, в которой врут барсуки
 
— Я сейчас подойду к Сороке и проверю у неё пульс, — как можно спокойнее сказал Барсук Старший. Он стоял, подняв лапы вверх и стараясь не делать резких движений. — Просто проверю пульс. Не стреляй, Барбара.
— Да на здоровье. — Барбара опустила ружьё. — Я и не собиралась стрелять. Это у меня для самообороны.
Барсук Старший склонился над Сорокой.
— Жива, но пульс слабый … — Он повернулся к Барбаре. — Зачем ты это сделала?
— Зачем я взяла в Охотках ружьё? Я же сказала: для самообороны. Я подумала, мне нужно будет как-то защищаться, если я встречу в лесу маньяка и он …
— Зачем ты сделала это с Сорокой? — мрачно перебил Барсук Старший. — И с воробушком Робертом?
— Я? Что я сделала?
Барсук Старший молча кивнул на Сороку и сделал щипательное движение лапой.
— Да вы что? Вы думаете, это я? Я их ощипала?! Тогда вам и правда пора на пенсию!
— Осторожнее с ружьём, Барбара. Не стоит им так трясти. Оно может выстрелить. Давай-ка ты лучше отдашь его мне.
— С какой стати?
— А с такой, что я уже вызвал подкрепление. Сейчас сюда прибудут сотрудники Полиции Дальнего Леса и охотничьи псы. А ты тут сидишь с украденным ружьём над телом Сороки. Как думаешь, собакам это очень понравится?
— Наверное, не очень, — насторожилась Барбара.
— Совсем не понравится, — кивнул Барсук Старший. — Они тебя даже могут за это загрызть.
— Но вы же их остановите?
— Только если у тебя не будет ружья. Вооружённых преступников они имеют полное право грызть на поражение.
— Но я не преступник! Ладно, берите ружьё!
— Вот так, вот так, теперь отпускай … хорошо … — Барсук Старший осторожно забрал у Барбары ружьё, потом с кряхтением наклонился и подобрал с чёрного пола измазанную в золе лягушку.
— Квак? Как?..
— Всем постам! — произнёс Барсук. — Передаю по ква-каунту всем постам. Срочно пришлите мне подкрепление в Чёрный дом. Всех свободных сотрудников полиции, охотничьих псов и врача. У меня тут ощипанная Сорока и подозреваемый.
— Вы же сказали, что уже вызвали подкрепление! Значит, вы мне соврали! — возмутилась Барбара.
— Почему вас это так удивляет? — Теперь, когда у Барбары не было ружья, Барсук Старший снова галантно перешёл на «вы». — Вы же сами всё время врёте.
— Я не вру!
— Неужели? Тогда расскажите, что вы делали здесь, в Чёрном доме, с ружьём, над телом ощипанной жертвы?
— Я … проходила мимо и зашла сюда из любопытства. Я никогда раньше не видела пустых сгоревших домов. А тут смотрю, стоит именно такой дом. Ого, как романтично, подумала я. Захожу — а тут лежит она. Дохлая сорока.
— Она не дохлая.
— Ну не важно. Неподвижная, посиневшая, как бы дохлая. Ну, я и растерялась. Сижу и думаю: что же мне теперь делать? Трогать дохлых птиц я боюсь. Но и оставить её в таком виде тоже нельзя. А тут — вы. В темноте. Я подумала, что это маньяк, — и наставила на вас ружьё.
— Враньё, — устало сказал Барсук Старший. — Вы слишком много врёте, Барбара. Сначала вы соврали, что ваш отец — первый барсук на Луне. После нашего разговора я проверил в Зверской Энциклопедии Мира. Барсуки никогда не были в космосе. Во время допроса я специально спровоцировал Супермышь,
заговорив о вашем отце. Я хотел убедиться, что прав и что у спецслужб нет никаких тайных данных о полётах барсуков на Луну.
— И убедились, — с горечью сказала Барбара.
— И убедился, — кивнул Барсук Старший. — Дальше. На допросе вы сказали, что заснули под действием крысиного яда и поэтому не видели, кто и как ощипал воробушка Роберта. Я хотел, чтобы Грач Врач взял у вас кровь и проверил на наличие следов яда, но вы отказались.
— Я боюсь иголок, которыми берут кровь! — пискнула Барбара.
— Ну конечно. Вы боитесь иголок. Так вы сказали. Чтобы взять вашу кровь на анализ, мне пришлось опрокинуть чемоданчик Грифа Стервятника и разбить его колбу с лабораторными комарами.
— Так вы сделали это нарочно? — Барбара побледнела. — И взяли у меня кровь?
— Ну, технически кровь у вас взял не я, а один из комаров Грифа Стервятника. А потом я отнёс его Грифу на экспертизу. А ещё я отнёс ему вашу одноразовую кружку из бересты. Я специально попросил Супермышь оставить меня убираться, чтобы подобрать вашу кружку. Кто-то другой мог её выбросить. Но я хотел её изучить.
  
— Зачем вам изучать мою кружку?
— Зверская логика. На ручке кружки я обнаружил два таких вот ма-а-аленьких тёмно-сереньких пятнышка, а незадолго до этого кто-то сжёг перья воробушка …
— Ну и что? — прошептала Барбара.
— А то, что Гриф подтвердил, что это пятна пепла. Вы сказали, что не трогали ни воробушка, ни его сожжённые перья. Но на кружке — отпечатки ваших испачканных пеплом лап! А ещё интереснее отпечатков — ваш анализ крови! У вас в крови не обнаружилось никаких следов яда.
— Это потому, что я откусила совсем маленький кусочек мороженого.
— Нет. Это потому, что вы соврали. Вы вообще не ели мороженое. И вы не спали. В момент преступления вы не спали.
Из леса послышался отдалённый лай охотничьих псов.
— Хорошо. Я во всём признаюсь, я скажу правду, — заканючила Барбара. — Когда я была маленькой, мама часто рассказывала мне про отца. Про то, что он был первым барсуком на Луне. И что он там погиб …
— Сожалею, Барбара, но правда о вашем детстве для меня сейчас не самая важная. Я хотел бы услышать другую правду: зачем вы приехали в Дальний Лес и что вы делали сегодня в момент ощипа воробья и Сороки?
— Подождите, это всё связано!
— Ваш отец на Луне и воробушек Роберт?
— Ну … да. Дело в том, что с недавних пор я стала подозревать, что мама меня обманывает. Тогда я решила заработать побольше шишей и нанять сыщика для поиска папы. Если честно, я думала нанять вас …
— Меня?!
— Ну да. Вас с Барсукотом. Мне сказали, что вы лучшие сыщики в окрестных лесах. Но, когда я приехала в Дальний Лес, Барсукот уже был в бегах. Тогда я решила нанять только вас. Вы мне понравились. Я подумала, что вы скоро выйдете на пенсию, вам нечего будет делать и вы с удовольствием займётесь частным сыском. Я устроилась в бар «Сучок» и стала откладывать шиши для оплаты вашей работы. В баре платят не очень много. Мне приходилось абсолютно на всём экономить. Я не могла себе позволить даже купить билет на вечернюю дискотеку диджея Бобра, а ведь я так люблю музыку в стиле плеск-треск …
— Весьма прискорбно, но я всё же хотел бы услышать …
— Тогда я решила найти Барсукота, то есть Щипача. Ведь за него по корневизору предлагают большое вознаграждение, целую кучу шишей. Хватило бы и на жизнь, и на поиск отца, и на дискотеки, и на подарок маме. Поэтому я одолжила в Охотках охотничье ружьё для самообороны …
— Одолжила?
— Хорошо. Взяла без спросу. Но с возвратом. И вот сегодня мне неожиданно представился шанс. Я принесла Песцу к скотобойне морошковое мороженое, он откусил его и заснул.
И тут же появился Барсукот и запихнул спящего Песца в мешок. Я незаметно пошла за Барсукотом. Мы шли по подземным крысиным тропам. Эти тропы ведут от скотобойни прямо сюда, в Чёрный дом.
— Барсукот шёл крысиными тропами? — недоверчиво уточнил Барсук Старший. — Мне трудно в это поверить.
— Тем не менее я говорю правду. Барсукот притащил Песца в Чёрный дом и начал допрашивать. Я сидела вот здесь, в подвале, и слушала. Один раз я чуть не попалась: от волнения стала грызть обгоревшую стену, и кусок отвалился. К счастью, они меня не услышали. Вот тогда я, наверное, и измазала лапы в пепле.
— О чём они говорили? — взволнованно спросил Барсук Старший.
— Барсукот обвинял Песца в том, что Песец — Щипач. А Песец обвинял в том же самом Барсукота. Я … болела за Барсукота. Песец очень наглый и лицемерный. А Барсукот … Он мне показался таким отчаянным, таким умным и таким страстным. Я почти поверила в то, что он не Щипач. Что его обвиняют несправедливо. Я даже подумала, что, когда его оправдают, я могла бы нанять сыщиком не вас, а его. Поэтому на допросе я не сказала, что он скрывается в Чёрном доме. — Барбара мечтательно уставилась на дрожащий огонёк свечи. — Мы с ним даже могли бы работать в паре …