Стартовая площадка – Земля (СИ)

— Мы хотим больший процент, — говорит мистер «Самсунг», — вы слишком мало предлагаете.
— А я хочу меньший, — срезает его Виктор. — Если наш процент вам кажется маленьким, найдите, где дают больше. Какие-то трудности с этим?
Мужчины переглядываются, а Виктор добивает:
— В мире нет мест, куда можно инвестировать заметные деньги. Мирным путём. Уже начинается драка между крупными корпорациями. Ресурсов на всех не хватает, рынки перенасыщены, маячит реальная угроза перепроизводства в планетарном масштабе. Всё это я прекрасно понимаю, поэтому не надо делать вид, что у вас есть широкий выбор. Вы стоите на пороге кризиса, и я об этом прекрасно знаю.
Повисает тяжёлая пауза, важные дяденьки делают вид, что Виктор не представляет, о чём говорит. Мне почему-то кажется — он попал в десятку. Паузу рвёт мистер «Самсунг». Видимо, сообщество его выбрало спикером.
— Согласитесь, Виктор-сан, риски высоки, а чем выше риск, тем большим должен быть процент прибыли…
— Не соглашусь. Риски минимизированы до предела. Проект носит стратегический характер, поэтому наше государство его поддержит. Уже поддерживает, — Виктор дисциплинированно делает паузу, как и обещал Юне.
И тут важные дяденьки делают неожиданный ход:
— Мы хотим немного изменить базу для индексации вложений. Кроме золота, платины и палладия введите гелий-3. Мы хотим десять процентов гелия-3, по двадцать платины и палладия, золото на прежнем уровне в пятьдесят процентов.
Виктор удивляется, смотрит в мою сторону. Пожимаю плечами и киваю на выход. Мы выходим, наша очередь брать тайм-аут.
— Что думаешь?
— Даже не знаю, что сказать, — аж трясу головой от неожиданности. — Спрос на гелий-3 сильно зависит от того, сможет ли кто-то приручить термояд.
— Подвижки в этом деле есть…
— Есть, но надо считать… знаешь, думаю, гелий-3 в цене существенно не вырастет. Давай сеть посмотрим?
Ныряем в смартфоны. Ничего толкового не находим, даже цена сильно плавает.
— Ладно. Если что, отложим разговор до завтра, время есть. Пошли, — решает Виктор.
— Уважаемые господа! — разговор возобновляется. — Ваше предложение затруднительно обсчитать. Оно, на наш взгляд, тоже увеличивает риски. Это непредсказуемый фактор. Залежей гелия-3 нигде по определению быть не может, в отличие от металлов. Труднодобываемый ресурс. Цена за десять лет может как сильно подскочить, что поставит нас в сложное положение, так и сильно упасть, что будет невыгодно вам. Предлагаю снять это предложение.
Господа почему-то упираются. Им известен какой-то инсайд? Виктор тоже что-то чувствует и тоже держит оборону. В какой-то момент ему надоедает:
— Давайте так, господа. Возьму на себя смелость ввести в базу один процент гелия-3 за счёт платины и палладия, у которых, соответственно, останется по двадцать четыре с половиной процента. Процент начисления сделаю в форме диапазона от пятнадцати до семнадцати с половиной. Индивидуально для каждого из вас. Решать, кому и сколько, будет глава фонда, госпожа Ким. Да, у меня тоже есть условия, и если кто-то не согласен, мы никого не держим. Можете покинуть фонд.
После паузы, оглянувшись на нас, продолжает:
— Да, я знаю, что процент для участников фонда должен быть одинаковым, но наверняка предусматриваются какие-то штрафные санкции. Об этом сами думайте. На этом всё, господа. Никаких уступок больше не будет.
Мы вежливо раскланиваемся и уходим в свой номер. Люксовый, кстати, хоть и на двоих. Одно из преимуществ — подача обедов и прочих ужинов прямо в номер. Виктор — устал офигевать от него — непринуждённо суёт купюру в карман официанту. Кажется, пятисотку.
— Ты не боишься отпугнуть их?
Я, как заправский денди, заправляю салфетку за воротник и берусь за столовые приборы.
Нам предлагали морепродукты, но мы решили не ставить эксперименты на собственных желудках. Поэтому булгур с телятиной. И капустный салатик с томатным соком. Затем поболтать, погулять и спать. Московское время — восьмой час вечера.
— Да пошли они нахер со своими хотелками! — произносит Виктор с огромным чувством.
  
— Но для госпожи Ким тебе ничего не жалко, — замечаю несколько бесцеремонно.
— У нас с ней особые отношения, — и разъясняет моему вопросительному лицу: — Например, она вложит миллиард, а я ей отдам десять, если всё получится. После этого попрошу на какое-то дело миллиарда три-четыре, она мне их даст без вопросов. И без всяких гарантий.
— Прямо вот так и подарит?
— Да. А что она сейчас делает? Реальные и очень большие деньги даёт. Всего лишь под обещания.
— Реальные договора мы подпишем…
— Подпишем. Только там очень хитрый пункт есть о возможности банкротства, после которого мы умываем руки.
Это правда. Наш Марк всё предусмотрел.
15 мая, понедельник, время 15:00 (08:00 мск)
AZIMUT Сити Отель Владивосток 4*
Андрей Песков.
К нам стучат после обильного обеда, который для нас завтрак. Мы недавно на ногах, подъём был только в два часа пополудни по Владивостокскому времени. Хорошо, что здесь кухня работает круглосуточно. Ночью, конечно, не так, но на кофе с бутербродами их хватает, а то бы без ужина вчера остались.
Пытался тянуться за Виктором во время зарядки, но это бесполезно. Я не смогу пару сотен раз отжаться с подпрыгиванием. Или присесть на одной ноге сорок раз.
После отзыва Виктора в открытую дверь входит госпожа Ким. С мужем и с какой-то папочкой в руках. На этот раз заговаривает по-английски. Сегодня она в светлом, почти белом брючном костюме.
— Сегодняшняя встреча отменяется, — говорит девушка.
Слегка пугаюсь. Сбежали? Вышли из фонда? Почему тогда у неё тон такой весёлый. Смотрю на Виктора, тот усмехается.
— Они согласились на все твои последние предложения. Ты что, не рад, Витя-сан?
— Ты — молодец, — вдруг открывает рот её муж, — поставил их на место. Наши важные персоны впечатлены.
Перевариваю очередное потрясение, говорящий шкаф не удивил бы сильнее. Юна хихикает. Заметил, что она любит посмеяться. Очень позитивная дамочка. И судя по всему, сегодня она отдаёт право главного голоса мужу. Кладёт папочку на столик, раскрывает, достаёт документы, от которых прямо веет значительностью.
— Если бы вы стали поддаваться и соглашаться на всё, они бы насторожились, — говорит мистер Ким. — Но вы вели себя жёстко и тем самым успокоили их. Они решили, что имеют дело, хоть и с очень юными, но серьёзными людьми.
— Ваши билеты я уже зафиксировала на сегодня, — оповещает нас Юна.
Они у нас с открытой датой были.
— До рейса ещё несколько часов. Погуляем, поговорим. Видимся ведь редко и то по сети. Только сначала, Вить, соглашение с фондом подпиши. И другие бумаги. Печать агентства у тебя с собой?
Ещё бы печать он не взял…
— Мои особые условия инвестирования… — говорит Юна, усаживаясь за столик.
— И мои, — вставляет её муж.
— Да, — улыбается в его сторону Юна. — Наши условия инвестирования будут находиться вне рамок фонда. Там не предусматриваются отдельные индивидуальные условия. Поэтому для всех средний процент шестнадцать и три. Извини, меньше не удалось опустить.
— Я вижу, не страшно, — Виктор отмахивается.
— Наше индивидуальное соглашение вот, — Юна вытаскивает один лист. — Носит необязательный характер, и даже печать ставить не надо. Только подпись. Это твои личные обещания.
После процедуры подписания важных бумаг Виктором нас приглашают на прогулку по Владику. Вторые экземпляры всех документов складываю в отдельную папку.
Какое-то время занимают сборы, но недолгое. Уходим, отмечаемся у администратора, как покидающие отель, и выходим на солнечную улицу, где нас ждут два пафосных, блестяще чёрных авто. В одно садимся мы, другое едет за нами. Охрана, наверное.
По набережной гуляем не очень долго. Виктор отходит с корейской парочкой чуть в сторону. Извинившись за то, что им надо посекретничать.