Любить буду жестко (СИ)

Сначала Инга то бросала неуверенные взгляды на меня, покусывая губы и постанывая, потом как завороженная смотрела только на наши отражения в зеркале.
Да, амазонка, тебе нравится. Я припал жадным посасывающим поцелуем к ее шее над горевшим разноцветными всполохами колье, оставляя свою метку. И начал долбиться с такой скоростью, что Инга не успевала кричать, лишь сильнее впилась ногтями в мою спину. Ее лоно яростно сжималось вокруг члена. Моя малышка была готова кончить и в этот раз я не хотел ее мучить, просто дал ей все, чего требовало ее тело, чего она желала.
- А-а-а-а! Данте! Данте! – Инга закричала, выгибаясь подо мной, содрогаясь в сильнейшем оргазме.
Я обещал, что сделаю, как для нее будет лучше, даже если она сама того не хочет. И сдержал обещание. И только убедившись, что Инга получила все, отпустил себя. Все предыдущие толчки были для моей девочки, но последние для меня.
Двигался, ловя вспышки ее оргазма, жадно вбивался в нее, таранил, пока не скрутило от агонизирующего удовольствия, пока не сдох на ней от радости, пока не вернулся к жизни снова.
- О, Данте, - прошептала Инга и сама потянулась к моим губам. Поцелуй был тягучим и нежным, мы пили друг друга, пьянея от обладания, я ею, она мной.
Как бы я не притворялся и не стремился доказать обратное. Эта хрупкая девочка владела мной безраздельно, только я бы ни за что в этом ей не признался и не показал, как сильно она мне нужна.
 глава 26 
глава 26
Данте не спешил из меня выходить, несколько минут мы просто лежали и целовались. Медленно, то одними губами, то сплетаясь языками. Я скользила ладонями по его спине и плечам, изучая заново переплетения мышц под гладкой кожей. Теснее сама прижималась к его плоскому и твердому, как доска, животу, жадно впитывая жар его тела, жадно впитывая каждую минуту без унижения и боли.
Мне просто было хорошо сейчас, чтобы терзаться сомнениями и чувством вины у меня вся жизнь впереди. Сейчас просто хотела быть с ним, чувствовать его член в себе, соприкасаться разгоряченными телами. Но счастливый момент длился недолго, стоило Данте разорвать поцелуй, чтобы провести языком от моего подбородка до шеи и слегка прикусив мочку уха, впиться поцелуем в шею, я не выдержала.
Прошептала опаленными поцелуями губами:
- Теперь я понимаю почему ты изменил мне. Я не знала, что такое секс, как он… влияет на тебя, как хочется продолжения снова, едва закончился акт. Теперь я понимаю… я не должна была удерживать тебя рядом с собой… не имела права.
Из уголка глаза скатилась единственная слезинка.
Все встало на свои места. Я была глупой девчонкой, цеплявшейся за обещание, прятавшейся за ним, как за стеной от взрослого мира, где обещания – пустой звук и значение имеют лишь желания и древние, как сама жизнь, инстинкты.
Данте перестал меня целовать, выпрямился на локтях и посмотрел мне прямо в глаза.
- Инга, повтори то, что ты сейчас сказала, - произнес он таким тоном, что мне моментально захотелось съежиться и сбежать от взгляда его темных демонических глаз, пронизывавшего насквозь, неумолимого, как сама судьба.
- Сказала, что не имела права удерживать тебя, ничего не давая взамен.
Взгляд Данте стал злее.
- Не про это, про измену. Какого хуя ты несешь, Инга? Пока мы были вместе, я кожу на правой ладони до мозолей стер, мне на хуй никто не был нужен, каждый раз после того, как ласкал тебя, я шел в душ и дрочил до посинения, пока желание трахнуть тебя, не проходило. Так, о какой измене ты лепечешь?
Растерянно моргнула, не понимая, зачем он отрицает все, если я видела своими глазами, если у него были другие. Сейчас это уже неважно, все в прошлом. Он получил, что хотел и судя по тому, как лоно начал растягивать его вновь затвердевающий член, получит снова и я больше не откажу. Теперь я утратила право на отказ, перестала контролировать свое тело и постепенно теряю над сердцем.
Облизнула губы, стараясь оставаться спокойной. Бежать мне некуда, Данте надежно удерживал меня и не только физически. Но и обещанием, старыми чувствами. Вновь дававшими о себе знать.
  
- Я видела тебя с другой, - в пропасть между нами упала новая глыба льда, но я продолжила, - вернулась с раскопок пораньше, испекла твой любимый пирог, приехала к тебе, и… - запнулась, вспоминать, а тем более говорить об этом было так больно, что слова умирали на губах, ядовитые и жгучие, - ты был в квартире не один, с красивой женщиной, она сняла платье, положила руку на твое плечо и ты ее поцеловал… я убежала, бросила ключи на тумбочку и убежала. Мне было так больно, что… мне было очень больно.
Закончила и зажмурилась быстрее, не могла смотреть на Данте. Не сейчас, когда только что принадлежала ему, а в его сердце возможно все еще была жива память о той другой. А может быть, и не память вовсе, а она ждала его в Москве. Жила с ним, спала в одной постели каждую ночь. Данте же предложил мне роль содержанки, возможно, потому что роль возлюбленной давно исполняла другая.
- Бля-я-я-ядь, - протянул Данте глухо, - Инга, какого хера ты молчала все это время? Дурочка ты моя милая… как же я дурак обо всем не догадался, когда увидел ключи?
Данте склонился ко мне и дотронулся до моего лба своим. Несколько минут ничего не говорил, я боялась пошевелиться, чтобы не потревожить. Его губы находились слишком близко. И мне одновременно хотелось поцеловать его и вырваться, убежать как можно дальше.
- Я ее не трахал. Она хотела и, блядь, не только она. Но для меня существовала только ты, я на других баб вообще смотреть не мог, только подмечал недостатки. Думал, что у этой жопа слишком большая, у той титьки не такие. Ты для меня была идеалом, на хер мне другие не уперлись. Женщина, которую ты видела была моей любовницей до того, как я встретил тебя. Мы расстались задолго до того, как ты появилась в моей жизни, но она хотела все вернуть. Я не хотел. Но и просто послать на хуй не мог, она была дорога мне когда-то. Я поцеловал ее руку, помог одеться и сказал, что хочу жениться на другой.
Данте посмотрел мне прямо в глаза, а у меня по коже побежали мурашки.
Жениться на другой? Ничего не было? Но тогда…
- Данте… - прошептала растерянно, его взгляд стал жестким и злым.
- Зато теперь я понимаю, почему ты побежала к Макару. Я думал из-за бабла, но теперь ясно, что это была месть. Так, Инга, ты решила, что если я трахаюсь с другой, то будет здорово отомстить, выйдя замуж за мудака, который о тебя будет ноги вытирать? – Процедил Данте, внезапно чуть отстранил бедра, и толкнулся во мне.
Он снова был твердым и большим, заполнял меня целиком.
 глава 27 
глава 27
.- Не отомстить… - но договорить Данте мне не позволил, снова начал трахать, яростно врываться в меня, заставляя кричать и стонать от обжигающего удовольствия, не позволяя ничего объяснить.
В какой-то момент, когда я уже готова была достигнуть оргазма, Данте вышел из меня, встал на колени, закинул мои ноги себе на плечи, подложил под поясницу подушку.
Головка члена уперлась в розочку между ягодиц. Я вся сжалась в ожидании проникновения, не осмеливаясь протестовать. Зная, что тогда будет только хуже. В темных глазах Данте пылала ярость, а не только страсть.
- Расслабься, дура, или будет больно.
Я крепко зажмурилась, вцепилась пальцами в подушки, готовясь к боли, готовясь к унижению. Так он меня накажет за предательство, и я готова была принять эту кару, потому что если Данте мне не изменял, то это я была предательницей, разрушившей все, что между нами было.
Расслабиться не получалось, наоборот, все тело напряглось так, что свело мышцы.
- Просто делай то, что хочешь, - прошептала, чувствуя, как из груди рвутся рыдания.
- И сделаю, твои слезы меня не остановят. Я заберу у тебя все, Инга. Ты сама пришла ко мне, помни об этом, когда решишь состроить из себя обиженную невесту.