Гибель титанов. Часть 2 (СИ)

Непобедимая армия, превосходная монетная чеканка, поголовное крещение воинов, пусть лукавое поначалу, и Судебник, создание которого затеяла Леутхайд.
— Не породить бы нам беду хуже той, что хочет избежать отец, — бурчал себе под нос Берислав. — А кстати, какую такую беду он хочет предотвратить? Что может быть безопасней, чем Британия, разодранная на десятки крошечных королевств? Да мне даже в голову ничего не приходит. Опять загадка!
Напротив, боярин Збыслав, почуявший запах больших денег, был от перспектив Британии без ума. Единая страна с едиными законами и твердой монетой, с которой он заключит ряд выгоднейших контрактов — просто мечта любого купца. Отсюда шла шерсть, отличные ткани, ювелирные изделия и роскошное оружие, которое вмиг раскупали нобили империи. А сюда везли вино и серебро из Аквитании, зерно из Нейстрии, масло из Африки и специи из Триеста. Корабли шли один за другим, оживляя не только порты Лунденбурга и Кантваребурга, но даже гавани захолустного Чичестера и Портсмута. Даже там начиналась торговля.
— Это плохо закончится, — хмурился Берислав, поглядывая на оживленную суету Лунденбурга.
В порту стояли драккары данов и норвежцев, которые собирались отсюда в поход на Остров Эйри или, как учил Берислав на уроке географии, на Ирландию. По слухам, Болли Горелая борода хочет забрать его себе. А если так, то не получит ли империя еще одно бандитское гнездо? На Балтике лютуют руяне и эсты, а скандинавы все больше смотрят на запад. Если викинги окопаются тут…
Берислав, которому уже не нужно было скрываться, присутствовал на заседаниях Витенагемота, совета знати, и все больше и больше убеждался в своей правоте. Сигурд и Леутхайд всколыхнули вязкое болото здешней жизни. Непобедимый воин и королева, получившая, по местным меркам, первоклассное образование. Тут ведь вообще никакого образования не было, а добрую половину острова заселяли язычники.
— Боярин Збыслав, — княжич взял под локоток главу миссии. — Прогуляйтесь со мной, прошу вас.
— Хорошо, — непонимающе посмотрел на него боярин, который исправно потел в высокой собольей шапке и парчовом кафтане, вызывая завистливые взгляды местных ярлов. Да и многочисленные перстни на пальцах тоже добавляли ему изрядного уважения.
— С нами люди из разведки едут? — прямо спросил Берислав, а когда боярин отвел глаза, добавил. — Это проповедники? Я угадал?
— Возможно, — смутился Збыслав. — Не могу утверждать точно.
— Пусть идут на запад и север, боярин, — твердо сказал Берислав. — Нам нужно договориться. Необходимо найти вменяемого короля из бриттов и усилить его. Поуис, Регед, Гвинед или Стратклайд… Любого из них. И не дать окончательно подмять Нортумбрию. Иначе Британия лет через двадцать раздавит Нейстрию и Аквитанию как орех. И все, что выстраивает сейчас его царственность, пойдет прахом.
— Быть того не может, — недоверчиво посмотрел на него Збыслав. — Это же Британия! Дыра дырой! Захолустье дремучее похлеще Дакии. Прости, но не буду я этого делать, княжич! У меня другой приказ.
— Будешь, боярин, — Берислав вытащил из-за пазухи золотую пластину с двуглавым орлом и надписью: «имеющего это слушать так, как если бы я сам приказывал».
— Слушаюсь, ваша светлость, — склонил голову Збыслав, а когда Берислав молча развернулся и ушел, добавил, глядя ему вслед.
— Подрос, значит, волчонок. В большие дела лезет. А я вот гадаю, с чего бы это волхвы в лесных весях пропадать начали. А Тайный Приказ и не знает, кто это у нас такой резвый завелся. Вот оно, значит, чего… Ну, раз не знает Горан, то и не узнает! Мне не с руки им в этом деле помогать. Но каков парнишка, а?
Збых передразнил княжича.
— Будешь, боярин! — Збых постоял немного, утер проступивший пот со лба, подумал и сказал. — И буду! Еще как буду. Козликом поскачу, если понадобится. Знаем мы, зачем он в пыточную ходит. Точно не анатомию свою изучать. С ним шагнешь неровно, и сам на дыбе повиснешь. Слава святому Мартину, не ему империей править! Святослав куда как проще будет. С ним мы уж договоримся как-нибудь.
  
1 В англосаксонский период Лондон назывался Лунденбург. Позже он поглотил Лунденвик, столицу королевства Эссекс, который германцы построили в миле от него, в районе современного Ковент-Гарден. Они вообще не любили селиться в римских городах, и основывали свои поселения рядом.
2 Собор святого Павла в Лондонском Сити стоит и сейчас, но это пятое или шестое строение на этом месте.
3 Золотые шиллинги (scillingas), или тримсы, чеканили в Кенте с 625 года. Серебряная чеканка появилась только к концу 7 века, и она постепенно вытеснила золотую.
  
Глава 33
 
Август 643 года. Рим. Равеннский экзархат.
А ведь тут осталось еще немало всего. Старый Рим ушел, а на его месте появился совершенно новый город, который можно было скорее назвать россыпью деревушек внутри древних стен. Гигантские пространства были заселены очень редко, а потому жители бывшей столицы мира образовали несколько поселений, отделенных друг от друга разрушенными кварталами.
В благословенные времена августа Антонина по прозвищу Каракалла, здесь стояло почти две тысячи домусов, городских вилл, и сорок три тысячи инсул — многоэтажных домов, прижавшихся друг к другу плотно, словно сельди в бочке. Инсулы могли быть роскошны на первых двух этажах. Там жили состоятельные люди или работали лавки. А вот чем выше, тем больше такое жилье превращалось в трущобы. Верхний, какой-нибудь шестой этаж, становился обычно адской дырой, где селилось всякое отребье, разделенное занавеской. Канализации и воды в этих домах отродясь не бывало, зато в избытке имелось масляных ламп и жаровен, служивших источником бесконечных пожаров. В этом случае инсула становилась братской могилой, потому что покинуть ее по деревянным лестницам решительно невозможно. Они тоже неплохо горели. Но, тем не менее, несколько десятков таких домов уцелело и требовало лишь небольшого ремонта. Но это было чудом, так как обычно доходные дома строили как попало, отчего они порой разрушались даже без всякого пожара или землетрясения.
А еще в городе стояло множество старинных храмов и общественных зданий. Они остались в целости и сохранности, в основном из-за того, что до их крыш еще не добрались жадные руки грабителей (1). Именно это в данный момент и пытались сделать. Городская стража сцепилась с обозом экзарха Исаака, который решил в очередной раз поживиться в угасшем городе.
— Сиятельный! — гонец едва дышал. — Хартуларий Симеон пришел из Равенны! Велит своим людям кровли с храма нечестивой демоницы снять. Ну, с того, который вы трогать не велели…
— Стража где? — заревел Валерий.
— На месте уже, сиятельный, — ответил гонец. — Не дают им бронзу с крыши снять. Вас ждут. Чуть до крови не дошло.
Валерий надел доспех, красный плащ, и подпоясался мечом. От его дома до бывшего храма Юноны от силы четверть часа быстрым шагом.
— За мной! — махнул он охране, и пятерка крепких германцев без разговоров пошла за ним.
А у храма было жарко. Хартуларий Симеон орал и брызгал слюной. С ним пришло всего человек двадцать солдат, да обозных мужиков с десяток. А вот городской стражи тут собралось куда больше, и воины угрюмо молчали, взяв посланцев экзарха в кольцо из копейных жал. Их тут ненавидели до дрожи, до скрежета зубовного! Потомки римлян любили свой город, а теперь, когда сюда пошла вода, а за грабежи стали вешать после быстрого суда, полюбили его еще больше. А еще они почитали своих епископов. Тем самых святых отцов, которые много раз спасали их от голодной смерти, раздавая собственное зерно. И этого крепкого горластого парня они зауважали тоже. Мыслимо ли дело! Герцога Сполето своей рукой сразил! Проклятого арианина, грабителя и душегуба!
— Кто таков? — сурово воззрился на чиновника из Равенны Валерий.
— Я хартуларий самого экзарха! — заорал чиновник. — Как вы смеете противиться его воле?