Розалия (СИ)

Уткнувшись в колени, завыла от бессилия, еще не до конца понимая, что же делать дальше. У меня не было денег, да и в клан я вернуться не могла. До приезда Арио и мамы точно не успею, а за нарушение наших законов меня ждало ужасное наказание. Но даже не это было страшно, а то… что я не хотела больше возвращаться, и уж тем более выходить замуж за Ларенца, когда поняла, как бывает прекрасна любовь.
— Девочка, — мне на плечо легла ладонь. Испуганно подняв зареванное лицо, увидела перед собой какую-то женщину. — Что случилось? Ты потерялась?
— Нет, — покачала головой, вытирая слезы.
Незнакомка прищурилась, чуть наклонилась и шепотом уточнила:
— Не тебя ли здесь дожидался этот красавчик? Блондин?
— Меня, — заревела я. — Но не дождался…
— Понятно, — женщина вздохнула и представилась. — Можешь звать меня тетушкой Дорой. А как твое имя?
— Розалия.
— Красивое имя, да ты и сама красивая. Не плачь. Слезами горю не поможешь. Идем, попьем чаю, расскажешь, что произошло, а там решим, как тебе быть дальше.
Я с недоумением посмотрела на нее. Как-то не верилось, что посторонний человек просто так хочет помочь.
— Идем, идем, — тетушка Дори, потянула меня за руку. — Ступеньки холодные, простудишься.
Я послушно поднялась и направилась вслед за своей новой знакомой. Как оказалось, тетушка Дора торговала глиняной посудой в палатке рядом с ратушей. Вернее, торговали ее сын и муж, а она присматривала за ними, ну и давала советы.
— Проходи, — женщина завела меня в небольшой шатер. — Присаживайся, и не стесняйся. Сейчас заварю тебе травок. Отвар и согреет, и успокоит тебя.
Я присела на узкий топчанчик, и почти сразу в моих руках оказалась большая кружка с ароматным травяным настоем.
— Спасибо, — поблагодарила я и сделала первый глоток. Мята, ромашка, шалфей… травы действительно мне помогли. С каждым глотком во мне прибавлялось сил, а чувство опустошения совсем сошло на нет.
— Тебе получше? — уточнила женщина, и только сейчас я разглядела, какая же она красавица — высокая, статная, с огромными голубыми глазами в обрамлении черных ресниц, с очаровательными ямочками на щеках и толстой косой русого цвета.
— Да, — ответила я и улыбнулась, хотя улыбка вышла грустной.
— Тогда рассказывай, что произошло и чем можно тебе помочь? — тетушка Дора уселась на стул напротив меня, приготовившись внимательно слушать.
Сначала я хотела рассказать все, а потом немного подумав, решила утаить свое происхождение. Почему? Сама не знаю, но так мне подсказывала интуиция, и не прислушаться к ней, я не могла. Мой рассказ был краток. Я вкратце поведала свою историю, упомянув нелюбимого жениха, роковую встречу, ну и как умудрилась опоздать.
— Да уж…, - покачала головой Дора. — Беда так беда. А где живет этот парень? Он тебя ждал, и не хотел уезжать, но пожилой седовласый мужчина его поторапливал, все время напоминая, что они куда-то не успеют.
— Андрэ из Вилтона. Никогда там не была, и не знаю, где находится этот городок, — честно призналась я.
— Это не городок, — Дора улыбнулась. — Большой город, почти на границе нашего государства, а за ним начинаются земли гномов с одной стороны, и драконов с другой.
— Понятно, — вздохнула я.
— Розалия, если хочешь, поехали к нам домой. Мы живем здесь недалеко, в поселке. Будешь нам как дочь. Не обидим. Или ты все-таки хочешь поехать за своим возлюбленным?
Ответ сорвался с губ сам по себе:
— Второе…
— Ох, и рискуешь ты девочка. Но, — женщина задумалась, — когда совершать опрометчивые поступки, если не в молодости, иначе… потом пожалеешь, что не сделала, того что хотела. Ехать до Вилтона не один день, но… знаешь, на ярмарке собрались торговцы отовсюду, и думаю, мы сможем тебе помочь. Ты посиди, передохни, а я скоро вернусь.
Накинув на голову платок, Дора вышла из шатра, оставив меня в одиночестве. От нечего делать, я поднялась, чуть прошлась, а потом подошла к входу и через щелку стала разглядывать, что происходит. Мужчины, сын и отец, похожие как две капли воды — оба статные, черноволосые, очень улыбчивые, бойко торговали кувшинами, глиняными мисками и другой хозяйственной утварью. Рядом на нескольких лотках лежали рулоны с тканью. Дамы крутились вокруг них, щупали материал руками, о чем-то спорили.
 
— Каролина, вот этот шелк нам подойдет, — внезапно я услышала голос Грины и от неожиданности шарахнулась в сторону. Уж чего, чего, а столкнуться с ней и мамой, я никак не предполагала. Сердце билось в груди так сильно, что его грохот буквально оглушал.
Осторожно я вновь заглянула в щелочку, и почти сразу увидела маму. Она рассматривала черный шелк, тщательно щупая его. Прижав руки к груди, я смотрела на единственного родного и близкого человека. Казалось, нас разделяло всего несколько шагов, а на самом деле теперь между нами была пропасть.
— Мамочка, — прошептала я, и она, будто услышав, стала оглядываться. Отошла вглубь шатра и сев на топчан, обняла себя за плечи. Если бы я только могла довериться матери…Но она сама отдала меня Ларенцу, сама нарушила все клятвы и обещания, а значит доверять ей я больше не могла.
Внезапно в шатер ворвалась тетушка Дора, сияя как новенькая монета:
— Ох, девочка. Тебе повезло. Я нашла торговца пушниной, который едет до Громово. А там рукой подать до Вилтона. Сказала ему, что ты моя племянница. Он уже расторговался и скоро отъезжает. За небольшую плату согласился взять тебя.
Если я сначала улыбалась, поверив в свою удачу, то, услышав про деньги, приуныла. У меня остались какие-то медяшки, которых едва хватит на обед, а уж о том, чтобы оплатить дорогу и речи не шло. Стало так неудобно. Женщина старалась, договаривалась, а все получается напрасно.
Но сказать я ничего не успела, потому что тетушка Дора сообщила:
— За дорогу я заплатила, сейчас соберу тебе поесть.
— Спасибо вам… Но у меня нет денег, чтобы…
— Прекрати, — оборвала меня женщина, засовывая в холщовый мешок батон, кусок мяса, кружок сыра, небольшой ножечек. — Мы не бедствуем, а помогать ближнему это доброе дело.
Если честно, я была очень изумлена. Ведьмы никогда не отличались добротой и душевностью, а уж бескорыстно помочь…, да никогда в жизни.
— Как я могу вас отблагодарить?
— Если когда-нибудь, кому-то будет нужна помощь, вспомни, что и тебе помогли, и протяни руку, — тетушка Дора написала что-то на листочке и засунула его в боковой кармашек мешка пояснив. — Я написала свой адрес. Если что не сложится у тебя с твоим Андрэ, приезжай! Не прогоним! Крыша над головой будет, да и работенку подберем. Поняла?
Я кивнула.
— Ну раз все понятно, идем.
Тетушка Дора вышла из шатра, а я, чуть задержавшись, надела плащ, накинув капюшон. Первым делом огляделось. Ни мамы, ни Грины видно не было, но рисковать я не собиралась. Низко опустив голову, безумно опасаясь быть обнаруженной, последовала за женщиной. Дора привела меня к торговцу пушниной — смуглому охотнику, чье лицо было расчерчено кривым уродливым шрамом.
— Ну, наконец-то, — проскрипел он, и окинув меня с головы до ног внимательным взглядом, приказал. — Полезай в телегу. Я постелил там соломы да шкуры. До вечера никаких остановок делать не будем. Все понятно?
— Да, — ответила я, и повернувшись к Доре, напоследок крепко обняла ее. — Спасибо за помощь. Мне никогда не забыть того, что вы для меня сделали.
— Будь счастлива девочка, — ответила она и закинула сумку с провизией в телегу, а затем всунула мне в руку небольшой мешочек с монетами. — Держи, пригодится. Удачи тебе!
— Спасибо, — и как только залезла в телегу, мы медленно тронулись. Я сидела как мышка, низко опустив голову, опасаясь встретиться с мамой или с кем-то из семьи Арио. Но мой спутник понял все по-своему, потому что внезапно я услышала:
— Видимо, всю ночь не спала, еле сидишь. Ложись подремли.
Я послушна улеглась на солому и укрылась шкурой, и сразу почувствовав себя в безопасности. Мерное движение укачивало, и мне кажется я уснула, еще до того момента, как мы покинули город.