Ким Джинсу. Путь к вершине

Со Миён, обычно спокойная и дружелюбная, смотрела на меня с удивлением, но без негатива. Она не завидовала, но явно не ожидала такого поворота событий. Я знал, что она не будет мне мешать, но и не поможет, если я не попрошу её о поддержке напрямую.
Чо Сунгхо — единственный, кто смотрел на меня с уважением. Его глаза выражали признание и лёгкую гордость. Он понимал, что я не просто случайно оказался на этой позиции. Он видел мои действия, мою работу, и это заслужило его уважение. Его поддержка была не громкой, но твёрдой. Я знал, что могу на него положиться.
Всё это накрыло меня волной. Зависть, злость, недоумение, уважение — эмоции смешались в единый вихрь, и в какой-то момент меня даже слегка пошатнуло. Но я не мог позволить себе слабости. Я выпрямился и продолжил:
— Файтинг, — тихо произнёс я про себя, как мантру, словно призывая силы, которые помогут мне пройти через это испытание.
Теперь я знал, что многие из них будут следить за каждым моим шагом.
  
Глава 5
 
После обеда я вернулся к своему рабочему месту, чувствуя лёгкую усталость, но в то же время осознавая важность каждого шага, который делал. Весь день, каждую минуту, я был погружён в работу над отчётом. Время шло, а вопросы становились всё сложнее. Чтобы собрать все данные воедино, мне приходилось постоянно обращаться к коллегам — то одному, то другому. Моя задача требовала не просто подготовки отчёта, а полноценного анализа, который должен был впечатлить руководство.
Первым, к кому я обратился, был Ли Хёнджин. Он работал над сводками продаж, и я знал, что его данные будут ключевыми для того, чтобы понять текущую динамику рынка. Я подошёл к нему и, стараясь не привлекать лишнего внимания, спросил:
— Хёнджин, у тебя есть последние данные по продажам за второй квартал? Мне нужно свести их с анализом рынка.
Он посмотрел на меня с раздражением. Я почувствовал это сразу, словно холодный поток воздуха пронёсся между нами. Его недовольство было практически осязаемым — он явно не хотел помогать мне. Но я знал, что у меня есть официальное поручение, и ему придётся поделиться данными.
— Да, конечно, сейчас отправлю, — ответил он с неохотой, даже не посмотрев мне в глаза.
Я уже знал, что он скажет это, потому что почувствовал его сопротивление ещё до того, как он открыл рот. Это было странное, но мощное ощущение. Словно на каком-то уровне я читал его эмоции до того, как он произнёс слова. Мне было понятно, что внутри него кипит негодование, что он видит во мне соперника. Но это был лишь первый эпизод.
Далее я подошёл к Со Миён. Её помощь мне требовалась для анализа клиентской базы. Она всегда была внимательной и вежливой, и я надеялся, что её поддержка станет для меня опорой в работе над отчётом. Когда я спросил её о данных, она взглянула на меня с лёгкой улыбкой.
— Конечно, Джинсу, у меня есть всё, что нужно. Я перекину тебе эти файлы.
И снова я почувствовал её эмоции. Но на этот раз это было что-то другое — доброжелательность и лёгкое удивление. Она не понимала, почему я оказался в такой позиции, но явно не чувствовала ко мне зависти. В её глазах я увидел даже некоторую заинтересованность, как если бы она пыталась понять, каким образом я сумел так быстро стать центром внимания.
Я внимательно смотрел на неё, и вдруг в голове пронеслась мысль: она сейчас скажет, что если мне что-то ещё понадобится, я могу всегда обратиться. И через мгновение она произнесла:
— Если тебе что-то ещё понадобится, обращайся, я всегда помогу.
Я внутренне замер. Как? Как я мог знать это заранее? Всё больше в моей голове начало складываться ощущение, что я каким-то образом чувствовал людей на ином уровне. Это было не просто интуиция. Это было как чтение эмоций — не слов, а их оттенков, их подтекста.
Я вернулся к своему столу и на мгновение остановился. Это чувство не отпускало меня. Сначала я думал, что это простое везение, что я просто угадываю, что люди скажут. Но чем больше таких моментов происходило, тем явственнее я осознавал, что это не случайность. Я начал видеть эмоции, словно они были частью языка, который я раньше не понимал. Я чувствовал гнев, раздражение, удивление, сомнение, прежде чем слова успевали сорваться с губ моих коллег.
  
Чуть позже, когда я снова обратился к Пак Джихёну, чтобы уточнить данные по новым контрактам, я испытал это снова. Его злость и зависть буквально пронизывали воздух, как густая волна напряжения, прежде чем он открыл рот.
— Да, Джинсу, вот файлы, — с видимой неохотой произнёс он. И я снова заранее знал, что он будет говорить коротко и сухо, как будто сквозь зубы.
Я медленно начал осознавать, что не просто общаюсь с коллегами. Я начинаю чувствовать их эмоции на каком-то глубинном уровне. Эти ощущения были настолько сильными, что мне казалось, будто я вижу мир их глазами, ощущаю их переживания. Когда они смотрели на меня, я чувствовал не только их взгляды, но и всё, что скрывалось за ними — зависть, раздражение, недоумение, уважение.
Мои мысли кружились, я не мог понять, откуда это всё пришло. Я никогда раньше не испытывал ничего подобного. Может быть, это было связано с тем, что я теперь в теле Джинсу? Или это результат того, как я стал ощущать своё место в коллективе? Я глубоко задумался над этим феноменом.
Что это значит? Как я могу использовать это? И самое главное — почему это происходит? Я ощущал, что всё это не случайность, что это часть чего-то большего. Возможно, это был способ адаптироваться к новому миру, к новому телу. Может, это был дар, который позволял мне понимать людей на ином уровне, видеть их истинные намерения.
Чем больше я погружался в эти мысли, тем яснее становилось одно — это не просто игра ума. Я действительно чувствовал людей, их внутренние миры, их страхи, мечты, их скрытые эмоции. Но почему я начал это ощущать только сейчас?
Я продолжал свою работу над отчётом, постоянно отвлекаясь на то одного, то другого сотрудника. Каждый раз, когда я общался с кем-то, эти эмоции накрывали меня с новой силой. Зависть Хёнджина, раздражение Джихёна, уважение Сунгхо — все эти чувства я ощущал как физическое присутствие.
Со временем я начал понимать, что это было и проклятие, и дар одновременно. С одной стороны, я мог лучше понимать своих коллег, знать, что они на самом деле чувствуют, даже если их слова говорили иное. Это давало мне возможность быть на шаг впереди. Я знал, как они отнесутся к моей работе, как они будут реагировать на мои просьбы, и это помогало мне избегать ошибок.
Но с другой стороны, это было мучительно. Чувствовать зависть, злость и недовольство других людей — это нелегко. Эти эмоции обрушивались на меня, как цунами, и иногда я чувствовал, что не справляюсь. В такие моменты я ловил себя на мысли, что начинаю угадывать не только их ответы, но и те слова, которые они никогда не произнесут.
Это погружение в эмоции вызывало у меня беспокойство, но я понимал, что это могло стать моим преимуществом. Если я смогу контролировать это чувство, если я научусь им управлять, то смогу добиться большего. Я мог предугадать, кто поддержит меня, а кто будет строить преграды. Я мог строить свои действия, опираясь не только на логику и факты, но и на эмоции, которые скрывались за каждым словом моих коллег.
Когда до вечера оставалось чуть меньше двух часов, я остановился, чтобы глубоко вдохнуть и перевести дух. Это был необычный день. Каждый раз, когда я общался с кем-то, я чувствовал эмоции так явно, что это становилось почти пугающим. Это было как шаг в неизвестность, каждый взгляд, каждое слово коллег раскрывали передо мной что-то новое, то, что я раньше не замечал. Как будто я прошёл через какой-то невидимый барьер и оказался в мире, где слова были не важны — важны были эмоции, которые они несли.
Я сел за стол и на мгновение закрыл глаза. Нужно было собраться. «Файтинг,» — снова сказал я себе, тихо, как мантру, и вернулся к отчёту. Оставалось ещё много работы, но я уже был близок к завершению. Данные постепенно складывались в единую картину, аналитика выходила точной, а предложения — обоснованными. Я проверил цифры несколько раз, свёл последние данные по рынку и добавил необходимые диаграммы. Ещё пару правок, и отчёт был почти завершён.