Ким. Волк в тени (СИ)

— Ой, прямо таки не сможет? — хмыкнула я весело, решив поддеть парочку, но такого последующего ответа не ожидала.
— Не ерничай, ты, вообще-то, тоже! — вдруг насмешливо взглянула на меня рыжая, а после задорно и нетерпеливо махнула Сильвестру: — Всё, мы ушли веселиться! Чао!..
Я же только недоуменно моргнула, но мне не дали толком задуматься над её словами — меня потащили смотреть мужской стриптиз.
Глава 20. Сорок две минуты
— О-ох-х…
Было плохо. Очень плохо. Да кому я вру — откровенно хреново! Хотелось не шевелиться, не открывать глаз, даже не дышать, а упасть обратно в беспамятство, вот только этого не позволили сделать странные хлюпающие звуки неподалеку и то, что я вдруг ощутила, что моя рука мокрая. Вернее, находится в воде.
Удивленно распахнув глаза, приподнялась, хватаясь сухой рукой за голову, и изумленно огляделась. Оказалось, что я сладко спала на бортике фонтана, свесив одну ладонь в воду. И хорошо ещё, что фонтан на ночь отключали, а то не только бы рука намочилась…
— Как нас занесло в парк?.. — простонала я, ища глазами других.
Мы действительно находились в центральном городском парке, где сейчас не виднелось ни души. Был ещё только предрассветный час, и здесь, под деревьями, было серо и темно. Одиноко каркала ворона, и где-то далеко слышался шум машин.
Теа со съехавшей с макушки на ухо фатой сладко спала в обнимку с Пейдж на одной из лавочек возле фонтана, а вот Памела неожиданно бодрствовала, и она-то меня и разбудила: девушка с изрядно поплывшим макияжем задумчиво ходила босыми ногами внутри фонтана, хлюпая водой. Её туфли стояли на бортике недалеко от меня.
Прикрыв глаза, я осторожно прилегла обратно, пытаясь вспомнить хоть что-то из сегодняшней ночи. В голове и так кружилось, а смазанные картинки-воспоминания только прибавили тошноты.
…Вот мы, вроде, сидим за столиком, поздравляем невесту и выпиваем… Громко смеёмся с чего-то… Точно: это Теа раскрывает подарки и смущается того, что ей подарила Памела — белые чулки с подтяжками, того же цвета белье в виде кексиков, что скорее открывали, нежели скрывали, и милый поварский колпак для полноты картины…
…Вот в комнату заходят стриптизеры, и дальше дело идёт куда интереснее и веселее, а для меня почему-то и смешнее — вот так вот подействовали алкогольные коктейли…
…Вот Теа смущенно прикрывается от танцующего перед ней парня, тем временем как Памела уже самозабвенно целуется с одним в уголке…
…Вот мы с Пейдж в обминку горько рассуждаем на какую-то очень важную тему и пьём всё по новой…
…Вот, кажется, я иду на улицу покурить… Хм, это почему-то очень важно… Я точно кого-то увидела или даже встретила! Но кого?
Неожиданно в памяти всплывает деталь. Распахнув глаза и тихо ругаясь себе под нос, я нащупала под бортиком свою сумочку. В боковом карманчике лежала чужая ярко-розовая помада, на которую я недоуменно уставилась. Вот хоть убей не помню, чья она! А это кажется очень существенным…
Впрочем, чужая косметика перестала меня волновать в следующий же миг, когда перед глазами встала картинка того, как я пьяно разговариваю с кем-то по телефону. Холодея от догадки, судорожно достала смартфон и зашла в историю звонков.
— Не-ет… Нет-нет-нет! — застонала, когда увидела с КЕМ я говорила, да и ещё и целых сорок две минуты!
— Что такое? — прохрипела с лавки Пейдж. Они с Теа уже тоже проснулись, и теперь мулатка сонно косилась на меня, пытаясь пошутить: — Ты продала почку?
Отмахнувшись от неё, я легла обратно на холодный камень, прикрыв глаза.
— Хуже! Я позвонила по пьяне Элмеру!.. И вообще… Вообще не помню, о чем с ним говорила! Ещё и целых сорок две минуты!.. — трагично воскликнула и с надеждой спросила: — Кто-нибудь слышал, о чём мы разговаривали?
— Неа, ты ушла в уборную одна, а после вернулась така-ая довольная, — хихикнула Памела сбоку, хлюпая ногами по воде.
Я только снова застонала, прикрыв лицо сумкой. Глухо произнесла в неё:
— Может, он тоже сильно напился и ничего не вспомнит?..
— И не надейся, дорогая! — знатно повеселела рыжая. — Оборотни более стойкие к алкоголю, чем обычные люди.
 
То-то она такая бодрая…
Тяжело вздохнув, я убрала сумку и медленно села, свесив ноги на брусчатку. Тоже босые, между прочим. Каблуки валялись рядом. Прикрыв глаза ладонями, зарылась пальцами в чёлку.
Хороша, Ким! Ничего не скажешь. Отлично держишь дистанцию!
На то, что мы обсуждали с Элмером что-то нейтральное, например, стройматериалы, надеяться не приходилось.
— Эй, неужели всё так плохо? — тихо обратилась ко мне Теа.
— Если ты про похмелье — и похуже бывало в студенческие года, а если про Элмера… — тяжело вздохнула я, убирая руки. — Я ни черта не понимаю, что между нами происходит! Да и вообще… Я веду себя рядом с ним, как глупый подросток, у которого гормоны шалят, и ничего не могу с этим поделать!
— Это называется влюбленность, дорогая моя Ким… — философски вдруг выдала Памела, подходя и тоже садясь задумчиво на бортик. И не успела я ошарашенно «переварить» её слова, как она бодро вскинулась: — Кстати, советую поторопиться и склеить себя по частям, потому что по нас уже едут! Я позвонила Сильвестру.
— Как?! Он сюда едет?!. — взволнованно вскочила Теа, судорожно поправляя платье и стягивая с волос потрепанную фату, а потом…
Потом она резко замерла на секунду, зажала рот и быстро убежала к дальней мусорной урне, чтобы согнуться над ней пополам. Весьма удачно, кстати, потому что через десять минут, когда она умылась водой из фонтана, не побрезговав, и кое-как привела себя в порядок, приехал Сильвестр, тоже изрядно помятый, между прочим, хоть и бодрый. Элмера, к моему огромному счастью, с ним не было.
По дороге вышла заминка: затошнило теперь Пейдж и пришлось останавливаться в рассветном лесу. Когда мы наконец приехали в посёлок, над верхушками деревьев поднималось солнце.
Памела резвой, но немного сонной козочкой ускакала домой, Сильвестр повёл Теа и Пейдж к себе, а я тихо пробралась в гостевую спальню Элмера. Стоило мне увидеть кровать, как все беспокоящие мысли сразу улетучились и я завалилась спать.
***
День клонился к вечеру, когда мне удалось наконец разлепить глаза. На дворе было пасмурно: на небо набежали хмары, скрыв солнце; в доме стояла тишина, а я чувствовала себя на удивление неплохо. Но окончательно помогли мне стать полноценным человеком чистка зубов, что убрала мерзкий привкус во рту, и контрастный душ, который взбодрил меня.
Стоя под упругими струями воды и расслабляясь, я почему-то прокручивала в голове все наши встречи и разговоры с Элмером. Прошло ведь не так много времени с того столкновения в кафе, а ощущение — будто вечность.
Я вспоминала, как в начале он «обнимал» меня, после отталкивал; как отвёз с растяжением лодыжки к врачу посёлка; как подхватил на руки, когда я притворилась, что болит нога, чтобы подкинуть ему «жучок»; как пугая своим безумным видом отвёз меня обратно в посёлок с места убийства Даниэля Уоркера, не смотря на моё сопротивление; как заправил мне нежно прядь за ухо; как злился, когда нашел «жучок»; как писал пошлости, притворяясь «преследователем»; как потом целовал, и нас прервала Маргарет; как закинув меня на плечо в лесу, понёс к машине, чтобы после привезти сюда, в свой дом; как я кричала на него и плакала, а он стоял растерянный; как потом пришёл, когда я испугалась кошмара и грозы, и обнял, успокаивая; как потом вдруг разрешил продолжить расследование, но только с ним; как смотрел в спальне моей квартиры, когда я разделась, чтобы отвлечь его от опасных материалов; и как он потом снова поцеловал после утренней пробежки…
И дураку понятно, что я нравлюсь Элмеру. И что… он мне тоже нравится. Да, этот оборотень ведёт себя развязно, иногда даже грубо, и часто бесит меня и немного пугает, а так же много чего скрывает, но… Но.
И я совершенно не знала, что делать с этим «но». Потому что точно была уверена, что пока что нужно держаться подальше, только вот он вызывал мне неизвестные ранее, новые чувства и я словно теряла голову рядом с ним. Элмер Янг заставлял меня искрить, поддаваться эмоциям. И это было очень опасно и даже пугало меня. Потому что неизвестно, к чему это приведёт и что будет со мной в итоге.