Ким. Волк в тени (СИ)
Глава 1. Верхушка айсберга
— …Кимберли, не дури!
Мужчина, сидящий в ужасно скрипучем кресле, смотрел на меня сквозь стекло очков строго и немного зло. Я же едва не топала ногами от досады. Ну как он не понимает?!.
— Твоё дело — собирать информацию и материалы и предоставлять всё это Кэтлин. Мы должны публиковать только официальные заявления полиции и прочих органов, но никак не твои предположения и доводы. Понимаешь? К тому же, дело уже раскрыто, убийцы за решетками…
— Как оно может быть раскрыто, если столько несостыковок? — попыталась я достучаться до главного редактора нашей газеты. — В этом мутном деле странно всё!..
— Кимберли, у тебя есть доказательства? Может быть, официальные заявления детектива? Судмедэксперта? — вскинул бровь мистер Бишоп. Я прикусила губу: вообще-то у меня было много чего по этому делу, вот только вряд ли за такие материалы меня по головке погладят. Поэтому я медленно покачала головой, опуская взгляд. — Ну, вот. Чего ты тогда хочешь? В том, что это дело мутное — согласен, и об этом Кэтлин обязательно напишет в статье, не волнуйся, но оно официально раскрыто, Кимберли. Так что на этом твоя работа по этому делу закончена.
Покидала кабинет Дункана Бишопа я в самом скверном расположении духа. Кэтлин, наша журналистка, только сочувствующе на меня поглядела и покачала головой, мол а я говорила тебе, что он не согласится! А вот Барбара Грин — главная корреспондентка нашей газеты, в внешности которой отчетливо просматривались восточные корни и у которой я раньше была на побегушках стажером, злорадно хмыкнула и вздернула свой острый нос, омрачив меня ещё больше.
Да, так уж получилось, что несколько недель назад я первая оказалась на месте событий и главред сделал меня главной корреспонденткой по загадочным убийствам, что произошли за городом в лесу. Как же я была рада: наконец-то первая интересная работа! А то уже надоело собирать материал на нудных мероприятиях, как, например, на шахматном турнире в доме престарелых, да не в обиду старикам будет сказано.
Вот только ко мне, как к недавнему стажёру, всё-таки приставили Барбару. Сначала это взбесило: будучи уже опытной стервой, она везде совала свой острый нос быстрее меня. Только некоторое время спустя я этому даже обрадовалась. Женщина, постоянно привлекая к себе всё внимание, оставляла меня в тени и давала этим преимущество: я могла спокойно, тихо и незаметно, словно мышь, собирать информацию в стороне. И в итоге у меня было материала даже больше, чем у Барбары, вот только весь его показать я кому-то так и не решилась. Слишком был он странным, да и, честно говоря, получила я его не совсем законно. Собственно, именно поэтому хотела попросить у главного редактора разрешения ещё немного поработать над этим делом, чтобы у меня было хоть какое-то «прикрытие», если всё-таки кто-то узнает, что мне известно больше, чем положено. Только Дункан Бишоп не видел в этом никакого смысла. И теперь мне придётся продолжить «расследование» тайно.
Нутром чувствовала: нам показали лишь верхушку айсберга. И я буду не я, если не нырну под воду и не увижу картинку целиком, хотя и прекрасно понимаю, что это чертовски опасно. Вот только пути назад уже нет.
***
— Итак, что мы имеем?.. — мрачно заговорила сама с собой, оглядывая свои «материалы».
В спальне моей маленькой съёмной квартиры я ещё с первых дней после первого убийства сделала то, что делали обычно в фильмах и сериалах про детективов: повесила почти на всю стену плакат, а на нём фотографии, вырезки из газет и свои собственные записи, под которыми маркером делала пометки и которые соединяла нитками, если видела какие-то связи.
— …Аарона Гастмана убили в ночь на десятое июля на трассе в лесу, немного недоезжая в город. Около двух часов дня парня наконец обнаружили: одному мужчине, что въезжал в город, захотелось справить нужду, он остановился на обочине, чуть зашёл в лес и в кустах обнаружил обезображенный то ли псом, то ли волком труп, возле которого лежал цветок аконита… — я внимательно посмотрела на фото трупа на земле, которое незаметно сделала на месте убийства, и на пурпурный лепесток в пакетике-гриппере, что умыкнула оттуда же. — Коронер постановил, что убили молодого человека именно ядом этого цветка, после чего зачем-то выстрелили в него пулей… — я взглянула на свою приписку, — … серебряной.
Почему последнее так важно — непонятно, но коронер и ведущий это убийство детектив, разговор которых я нагло подслушала, сделали на этом очень серьёзный акцент.
— Никаких отпечатков и следов на месте преступления найдено не было. Позже, когда личность убитого наконец установили… — я прищурилась, разбирая свои каракули, — …Аарон Гастман, девятнадцать лет, жил вместе с родителями в лесном посёлке, принадлежащему Сильвестру Холлу… Ага… Так вот, выяснилось, что покинул он дом непреднамеренно: поссорился с родителями и ночью решил сбежать в город. На трассе сел в попутку, в которой его и убили…
Каким образом это выяснилось — ума не приложу, но именно так сказал детектив, разговаривая с кем-то по телефону. И что очень интересно — об этом общественности не сообщили.
— В полдень тринадцатого июля в лесу убили ещё одного жителя посёлка — охранника Майлза Арчибельда. Сорок один год, не женат, родственников нет. Смерть от пули. Опять же, серебряной. Почерк убийства отличался, поэтому привёл полицию в недоумение. Но в ночь на четырнадцатое июля кто-то проник в лабораторию судебно-медицинской экспертизы, притащив с собой пса… Или всё-таки волка?.. Хм… Труп снова изуродовало животное, после чего убитого осыпали лепестками аконита.
Я покосилась на фотографию этого чудовищного безобразия, которую, опять же, сделала не совсем законно, и передернула плечами.
— Ну и жуть… Так, что дальше? Дальше, в обед пятнадцатого июля подстрелили Дональда Харриса, тоже охранника посёлка. Мужчине удалось выжить, но он не видел, кто стрелял. Тут расследование зашло в тупик. Патрулирование полиции в лесу ничего не дало… Тридцатого же июля организовали засаду. В качестве «наживки» был Сильвестр Холл — владелец посёлка. Все были более чем уверены, что за посёлком идёт слежка, поэтому решили сделать так: мистер Холл демонстративно вышел за ворота и направился в лес на прогулку, а прикрытие шло за ним на значительном расстоянии. Убийцы клюнули и примчались к реке. Думали устроить Сильвестру Холлу засаду, но только сами попали в ловушку. Детектив и несколько мужчин подстрелили преступников и доставили в участок.
Я уставилась на фотографии трех убийц.
— Преступники не захотели сотрудничать с полицией и не сказали ни слова. Мотив, способ убийства и выбор жертв не объяснили. Суд признал мужчин психически нездоровыми и отправил маньяков отбывать пожизненный срок… На этом дело считается раскрытым, если бы не несколько «но»… — пробормотала задумчиво, рассматривая свои записи. — В последний миг тройка маньяков прокричала что-то непонятное про каких-то «тварей» и что мы все ещё очень пожалеем…
Этот довод я не считала очень правдивым: всё же психически нездоровые на то и психически нездоровы, чтобы нести пургу. Чётко понять, что это не конец, я смогла только после окончания заседания суда. Оказалась в нужном месте в нужное время и подслушала разговор вышедших из зала суда Сильвестра Холла и его невесты. Слова о пропавшей женщине Нэнси, которую до сих пор так и не нашли, и о сбежавшей неизвестной мне Дафне насторожили. А пропавшие трупы Аарона и Майлза так вообще повергли в шок.
— Вот бы самой увидеть те разрытые могилы… — протянула, взлохматив чёлку. После взглянула на фото Сильвестра Холла и его невесты — Теа Беккер, и прищурилась. — Как не крути, а все следы ведут в частный дачный посёлок. Да ещё и Теа эта… Появилась за пару дней до первого убийства, а через две недели Холл сделал ей предложение. Странно, очень странно… Да и Элмер Янг тоже подозрительный тип, — я внимательно присмотрелась к фотографии молодого мужчины. — Постоянно возникает то тут, то там, и что-то вынюхивает…