Предсказание счастья
Дженни повернулась спиной к ограде, закрыла глаза, раскинула руки. Накидка соскользнула в траву, а девушка этого даже не заметила. Она улыбалась, вспоминая минувшую ночь, и полуоткрытые губы беззвучно шептали имя любимого…
Хьюго судорожно облизал внезапно пересохшие губы. Ну и девка! При таком росте — такая фигура! А грудь? Вон, так и рвется на свободу из-под этих легких тряпочек. Да, если Донни-бой обратил на нее свое внимание, ничего удивительного. И белобрысая хороша, ну а эта — полный восторг.
Темная похоть, грязное вожделение зажгли огонь в проспиртованной крови Хьюго Форсайта. Он трясущимися пальцами ослабил узел галстука, а затем и вовсе сорвал его. Торопливо и сладострастно расстегнул заранее пряжку ремня.
Она крепкого сложения и наверняка примется для начала упираться, как и тогда, в Лондоне, но на этот раз никто без стука не войдет, и все пройдет отлично. Он покажет этой рыжей ведьме, что такое настоящий мужчина!
Дженни услышала за спиной легкий шорох, и улыбка на губах стала шире. Только один человек мог ее искать в этом углу сада.
— Дон, я никуда не ухожу. Я просто вышла передохнуть от людей. Очень душно…
Неожиданно духота стала почти осязаемой. Сердце Дженни сдавило стальным обручем, стало трудно дышать. Дикий, животный ужас плеснул в подсознании, и она, не понимая, откуда он взялся, медленно повернулась туда, где должен был стоять ее Дон…
На нее смотрели налитые кровью свиные глазки Хьюго Форсайта. На его губах играла плотоядная ухмылка. Дженни тихо ахнула, попятилась, а затем повернулась и бросилась бежать. Прямо в чащу леса. Все равно куда, лишь бы прочь от Хьюго, от его мерзких рук, от гнусного и тошнотворного запаха перегара и похоти.
Дон с тревогой огляделся по сторонам. Повсюду довольные веселые лица, тосты, смех, шутки, но нигде не видно его Дженни. С таким ростом довольно трудно затеряться в толпе, поэтому Дон с некоторым недоумением стал вглядываться в лица сидевших за столиками и на скамейках. Дженни не было.
Лена вкрадчиво взяла его под локоть, и Дон поймал себя на мысли, что едва не отбросил ее руку.
— Кого-то потерял, дорогой?
— Что? Нет, все в порядке. Просто время близится к полуночи, хотел узнать, как там наша елка-пиния, все ли готово для сюрприза… Ты СОВЕРШЕННО СЛУЧАЙНО не видела Дженнифер?
— Дженни? О, честно говоря, не обратила внимания. Вроде бы, минут десять назад она шла куда-то по той дорожке, ну, знаешь, в сторону беседки. Меня это даже удивило, потому что среди гостей нашелся ее старый знакомый, хотя, вполне возможно, они как раз с ним и решили уединиться…
— Что ты несешь!!!
— Тише, Дон! Почему ты на меня кричишь? Я имела в виду, здесь такой шум гам, а им, наверное, хотелось поболтать…
Дон Фергюсон размашисто зашагал в сторону ажурной беседки в дальнем конце сада.
Лена торопливо осушила свой бокал, слегка поморщилась и стремительно кинулась вслед за ним. Есть зрелища, которые не стоит пропускать.
Дженни мчалась сквозь какие-то заросли, плача и задыхаясь от неконтролируемого первобытного ужаса. Следом за ней с рычанием и сопением ломился Хьюго. На ровной дороге и без каблуков она бы обогнала его и даже не запыхалась, но золотистые шпильки были явно не созданы для гонок по девственному лесу. Забег закончился быстро и страшно. Дженни зацепилась сразу обоими каблуками, подвернула ногу и с криком рухнула на упругий мох. Через секунду сверху на нее обрушилась туша Хьюго.
Она пыталась кричать, но мясистая короткопалая рука зажала ей рот и нос, перекрывая доступ воздуха; вторая рука уже раздирала легкий шелк платья, бесстыдно ощупывая ее тело. Дженни вскрикнула от боли, когда, Хьюго грубо раздвинул ей ноги, и изо всех сил укусила отвратительную ладонь. Хьюго взвыл, отпустил ее, но только для того, чтобы наотмашь ударить по лицу. Оглушенная, пронзенная болью и ужасом, Дженни чувствовала, что силы почти покинули ее, и сознание медленно гаснет…
Дон сжимал в руках сине-зеленый легкий шелковый шарф Дженни и слепыми от ярости глазами вглядывался в заросли. Неужели он обманут, словно мальчишка!
Вкрадчивый голос Лены напоминал нежное шипение змеи.
— Сожалею, Дон, но, может быть, не стоит мешать твоей распорядительнице… разговаривать?
Внимание Дона привлекла полоска темной плотной ткани, валявшаяся неподалеку. Он стремительно нагнулся и поднял мужской галстук…
В ушах били барабаны и ревели трубы. Кровь взывала о мести. Синие глаза стали чернее самой ночи.
Серебряный вензель на дорогом крепе шикарного галстука. ХРФ. Хьюго Реджинальд Форсайт.
«Вас когда-нибудь насиловали, мисс О'Хара?..»
«Нет, слава деве Марии. От этого ужаса меня бережет мой ангел-хранитель…»
«Донни-бой, я привык получать то, что я хочу, хе-хе…»
«Все было так… Неожиданно. И очень быстро. Большой сильный мужчина. Он просто сорвал с меня одежду… Еще немного, и он бы меня…»
«Я всегда получаю то, что хочу…»
Дон вскинул голову. Из зарослей, совсем близко, раздался полный боли женский вскрик, сдавленное мужское ругательство. Дженни!
Дона Фергюсона больше не было. Сын Ягуара, бесшумный, стремительный и беспощадный, как сама смерть, легко несся сквозь колючие кусты, почти не задевая их.
Лена глухо выругалась.
Кровавый туман застилал глаза Хьюго. Ожиревшее сердце едва справлялось с непосильными перегрузками. Густая черная кровь закипала в изуродованных алкоголем и курением сосудах. Возбуждение было немыслимым, небывалым, потрясающим, Хьюго и не думал, что еще способен ТАК реагировать. Перед ним на черной земле распласталось нагое и прекрасное женское тело, и он не мог думать больше ни о чем на свете. Сейчас Дженнифер О'Хара получит то, что ей причиталось еще три года назад.
Неизвестно откуда взявшийся торнадо налетел, смял Хьюго, как мокрую тряпку, вздернул в воздух, подержал на весу долю секунды и с силой швырнул в сторону. Хьюго Форсайт ударился спиной о ствол поваленного дерева, почувствовал, как рассыпается от удара трухлявая древесина, судорожно схватил обеими горстями странную труху, успел почувствовать, как что-то узкое, сухое и прохладное скользнуло между скрюченными пальцами. Запястье словно обожгло…
Дон уже прижимал к груди Дженни, рыча сквозь стиснутые зубы что-то страшное по-испански, Дженни всхлипывала, цеплялась за него, бессмысленно шарила рукой по земле, пытаясь собрать клочья одежды.
Дикий вопль Хьюго заставил их оцепенеть. Они одновременно взглянули в ту сторону…
… и наткнулись на остекленевший взгляд выкаченных глаз мертвеца. Изо рта Хьюго темной лентой хлестала почти черная густая кровь, заливала белую сорочку, уходила в землю.
— Дон… Боже… Что с ним…
— Не понимаю. Наверное, что-то вроде апоплексического удара?
— Что у него… с рукой?
Дон осторожно усадил Дженни и приблизился к трупу. На откинутом в сторону, страшно распухшем запястье отчетливо виднелись две алые точки.
Ярарака, маленькая красивая змейка, убивает свою жертву за семь секунд.
Дон помог Дженни встать, быстро содрал через голову рубашку и заботливо надел ее на девушку. Затем схватил за плечи и заглянул в залитые слезами сине-зеленые глаза.
— Он… сделал тебе больно? Если он хоть что-то…
— Нет, Дон, нет! Он не успел… Ты опять появился вовремя… Господи, Дон… Я так люблю тебя!
— Дженни, светлая королева, ведьма ты моя рыжая, не плачь, слышишь?! Все кончилось. Все кончилось навсегда! Больше никто, ни один человек на свете не посмеет даже дерзко взглянуть на тебя, потому что ты моя женщина, слышишь? Ты моя жена, Дженни! И я люблю тебя!
— Дон, я…
— Не надо! Все! Теперь все будет хорошо.
Резкий насмешливый голос прозвучал, словно удар бича.
— Ага. Все будет хорошо, как в сказке. Они жили счастливо и умерли в один день.
— Лена!!!
На безупречных губах пузырилась слюна. В безупречно зеленых глазах плескалось пьяное безумие. Холеные пальцы с безупречным маникюром сжимали белую перламутровую рукоятку крошечного дамского пистолетика.