"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

- В библиотеке хранится множество документов, - горбун спрятал и здоровую руку под одежды. – Иные весьма старые, многие я прочесть не сумел, хотя знаю пять языков.
Надо же.
- Откуда? – не выдержал Джер.
- Актилак. Раб, который хранил библиотеку. Он преставился пару лет тому. Помнишь его?
Джер нахмурился и покачал головой.
- Не удивительно. Он редко покидал библиотеку, а ты не слишком часто в нее заглядывал. Впрочем, не только ты, но и наш отец. И до него, я, полагаю. Актилак рассказывал, что попал в рабство еще будучи весьма юным. Он происходил из знатного рода. Там, на востоке. И хотел стать целителем. Для того и отправился в путешествие. Собирался достичь города Лидраха, в котором жил известный лекарь. Думал попроситься в ученики. Но… не вышло.
Случается.
Если подумать, то и сам Винченцо весьма о многом мечтал. Когда был молодым и наивным.
- Он предлагал еще нашему деду выкуп, но… умный раб сам по себе ценность. А выкуп… де Варрены были богаты тогда. Актилак многое рассказывал. И о книгах в том числе. А поскольку больше со мной никто не говорил…
Джер отвернулся.
- Я был весьма благодарным слушателем. Актилак утверждал, что библиотека собрана воистину великолепная. Что во многих городах подобной нет.
- А то.
- Но пребывает она в запустении. Защитные амулеты еще при его жизни иссякли. А наш отец не счел нужным тратиться на подобную ерунду. Не говоря уже о том, чтобы переписывать или восстанавливать поврежденные книги. Новые тоже не покупал.
Частое явление.
- Он был воином! – возмутился Джер. – Зачем воину книги?
- Там есть «Искусство боя на мечах» за авторством благородного Саладдана. Или «Путь воина», где повествуется о величайших воинах востока и их деяниях.
- Да?
- Есть трактаты о разведении лошадей. О создании оружия. О том, каким оно бывает. О землях разных… мир на самом деле огромен и удивителен. Есть даже воспоминания купца, которому случилось бывать не просто на землях мешеков, но и в храмах их.
- Потом расскажешь, - милостиво дозволил Джер, уточнив. – Про мешеков.
- Башня, - Винченцо, конечно, готов был слушать. Но спать тянуло с немалой силой.
- Башня… все трактаты Актилак разделил по темам, для облегчения поиска. И по времени, отнеся старшие в особый шкаф, чтобы хоть как-то уберечь их. Эти книги я достаю лишь когда садится солнце, ибо солнечный свет вреден им. Иные мы переписывали, чтобы сохранить. Правда, зачастую сохранять было нечего… мыши пожрали страницы. Другие сгнили или вот слиплись. Чернила истаяли от света. А пергамент превратился в кашу. Но… мне попалась рукопись, в которой упоминалась эта башня.
Он чуть прикрыл глаза.
- …в год тысяче двести семьдесят третий от гнева Богов, Фарсах, сын Джамута, испросив у отца благословения, принял великий дар и вознеся молитву богам, отправился в священное паломничество по Запретной дороге, дабы со смирением принять волю Древних.
Горбун чуть выдохнул.
- Это ж когда было? – удивился Джеррайя и руку растопырил, вперился в пальцы, пытаясь сосчитать.
- Более пятисот лет тому, - Горбун не удержался от взгляда, в котором читалось презрение. Правда, отвернулся он раньше, чем барон этот взгляд прочел. – Этот Джамут был нашим прапрапрапрадедом. На том листе подробно описывалось, что взял он с собой десятерых «людей оружных о двуконь и еще дюжину челядинцев с дарами богатыми».
- А кому там дары дарить? Туда же ж за сокровищами едут?! Нет, ну в самом деле…
- Из той рукописи уцелело немного. Только то, что Джамут вернулся один, но с благословением и «пламенем в руцах».
- И что это значит?
- Понятия не имею. Я тогда заинтересовался. Начал искать, потому что выходило, что это паломничество, пусть и было важным, точнее оно было очень важным, но не единственным. И нашел. Упоминания. Что в году тысяче двести сорок девятом Джамут, Нашал и Саххарем, сыны Арроя, тоже отправились в паломничество. И список того, что они увезли к башне, - Горбун выдохнул и попытался сменить позу. По всему кресло это было ему неудобным. – Две дюжины кубков из золота. Три серебряных кувшина. Зеркала. Ткани шелковые.
 
Вот это было совершенно не понятно.
- А еще рабов молодых. И снова же упоминаются оружные люди и челядь. Кстати, о них же говорится, что воздалось им за службу. И что по возвращении Джамут наградил их. То есть, они как раз вернулись.
- А…
- А еще говорится, что многие испытания встали на пути его. И что претерпевал он лишения. И что достиг он башни. Вместе с братьями. И с ними же вошел. А вернулся спустя три ночи. Один.
- Что за… хотя понятно, если с братьями, то он их там и того. Что? Логично же. Было три сына. И все трое достойны, надо полагать, если отец сам не выбрал. Он их и отправил… к башне. Ну а этот, как его…
- Джамут.
- Вот. Джамут. Он все правильно понял.
- Да, только еще писали, что он пал на пороге и лежал недвижим три дня и три ночи. И люди, с ним пошедшие, молились. И не знали, сумеет ли он открыть глаза. А когда открыл, то стало ясно, что обрел он «пламя в руце», чем бы это ни было.
- Сила, - Винченцо прикрыл глаза. – Пламя в руце.
И подняв руку позволил на ладони раскрыться крохотному язычку пламени.
- Значит… значит, мои предки были магами? То есть, наши конечно, - поправился Джеррайя.
- Были, - Винченцо погасил огонек. - Иначе откуда в тебе спящий дар? Хотя… если так… дар, который не раскрылся сам… может наследоваться. Это объясняет, почему регалии тебя признали. И кровь, конечно. Кровь и дар…
- Мне говорили, что способ есть.
- Кто?
- Придворный маг. Он… он моему отцу, точнее матушки… хотя это он её отравил. Но меня-то он не пытался убить?! Он тогда пришел за мной, насколько знаю. И… и если пришел, с выкупом, тогда разбойники – это не от него. От мачехи… Я запутался, - признался Джеррайя.
- Магу ты нужен был живым, - спокойно отозвался Горбун. – А вот моей матери – нет. Они могли сотрудничать. В определенных пределах, но не обязательно, что действовали вместе.
- Пожалуй, что… значит, эта Башня открывает дар?
И если так, то все становится очень и очень интересно.
Еще регалии.
И…
И сама башня.
- А почему у остальных дара нет? Ну, у моих братьев, - он поморщился. – Маг их проверял.
- Даже в семьях мага дети не всегда рождаются магами, - пояснил Винченцо. - Даже больше… скажем так, из всех детей моего отца дар проявился только у четверти. У его жен были дети. Кроме моих братьев. Но… неодаренные – не то, чем род гордится.
И по тому, как блеснули глаза Горбуна, стало ясно. Понял. И правильно.
- Погоди, получается… а почему они перестали ходить? – уточнил Джер. – Если все вот так… ну, собрался, пошел, пришел и обрел дар?!
- Не знаю, господин, - Горбун произнес это с небольшой задержкой. – Может… потому что это было небезопасно. Мне… встретилась одна бумага. Тоже старая. Я пытался разобрать, и если верно понял, то в тот раз не вернулся никто. И… возможно, это не впервые.
Винченцо задумался.
Дар?
Да, там, в Городе, именно он и определяет суть. Положение. То, кем ты станешь. Чем ярче дар, тем выше шанс подняться. И самому встать над теми, кому не так повезло.
А здесь?
Дар ведь – это малая часть. Это как меч, который всем хорош, но бесполезен, если хозяин не умеет им пользоваться. А кто их учил? Де Варренов? Может, раньше, давно, когда все только началось, у баронов были какие-то книги? Учитель? Вряд ли… или… в городе тоже случались смутные времена. Да и не только они. Сам Винченцо сбежал. Сомнительно, чтобы он был таким уникальным в своем желании убраться подальше.
А тут замок.
Крепость.
Служба. Возможно? Отчего нет…
- Регалии тебя приняли, - произнес он.
- А толку… все одно только камушки поблескивают, - Джер тоже выглядел задумчивым. – Они… они решили, что дар этот не нужен, так? Что лучше не рисковать?
- Скорее всего.