"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Скорее уж чистую кровь, которая при толике везения как-то скомпенсировала бы генетический груз. А может и вправду способ был. Миха о местных магах мало знает.
И вообще о мире.
И ведь недальновидно. Неразумно даже. Но… у кого спросить? Чтобы правду рассказал. Или хотя бы то, что считает правдой.
- Пока она не появилась, мы… мы просто жили. Если не попадаться ему на глаза, то даже и неплохо. Он не был жадным. Гневливым – да. Нас не любил. Но дочерей никто не любит.
Дерьмовый мир.
Глядишь, если почаще повторять, то станет не таким и дерьмовым.
- Но нас кормили. И в наших комнатах всегда было тепло. Нас учили.
- Чему?
- Вышивать. Я очень хорошо умею вышивать золотом.
Полезное умение.
- Еще шить. Молиться. Вести домовые книги.
Уже хоть что-то.
- А она появилась, и вдруг стало денег не хватать… дома холодно. К чему тратить дрова на бесполезных девчонок? – она слегка прищурилась. – Хорошо, что эта тварь издохла. Её служанки ели лучше, чем мы. Вы не поверите, но здесь… здесь никто не запирает нас в башне. И тетушка не ругает, что мы слишком много едим. И позволяет пить не только воду.
- Главное, не увлекаться.
- Я знаю, что даме благородной к лицу умеренность, - она провела рукой по платью. – Его мне перешили, когда отец вздумал отправиться в гости. Вы бы видели, в каком тряпье мы ходили. Мы… видите?
Михе протянули бледные руки.
- Нет, - честно ответил он, не понимая, что именно должен бы увидеть.
- Руки. Они в мозолях! Вы… вы потрогайте!
- Спасибо. Я на слово вам поверю.
Не хватало. Потом окажется, что он оскорбление нанес.
- Почти не осталось… отец сказал, что выдаст нас замуж. Мы обрадовались… мы так обрадовались. И она вдруг сделалась ласковой. Но это ложь. Она сказала, что если с замужеством не получится, она продаст нас магам. Магам всегда нужны жертвы.
И ресницы задрожали.
Впрочем, продлилось это недолго. Девочка явно сообразила, что слезы – не то, что нужно.
- А ваш отец?
- Она сказала, что ждет ребенка. Наследника. Долгожданного. И одаренного. И призванный ею целитель подтвердил. Думаю, он подтвердил бы что угодно. Главное, ради наследника отец сделал бы все, чего Алисия пожелала бы. А теперь её нет. И его.
А вот улыбка была искренней. Правда, слегка безумной.
- А тетушки вы не боитесь?
- Мы ей нужны.
- Джер на вас не женится.
Косой взгляд. И кивок.
- Тетушка сказала, что вы против. Но почему? Мы хорошего рода.
- Тебе лет-то сколько?
Молчание.
- Восемнадцать есть?
- Зачем восемнадцать?
- До восемнадцати замуж нельзя.
- Кто сказал?
Сколько возмущения в голосе.
- Я сказал, - Миха потянулся. Небо слегка успокоилось, и теперь если и были вспышки, то редкие, одиночные.
Надо будет поставить кого, чтобы считал или хотя бы как-то отмечал активность. Может, на спад пойдет.
- Ты еще молода. Слишком.
- И хорошо.
- Не хорошо, - вот к чему его жизнь не готовила, так к подобным задушевным разговорам. – Для начала вы с ним родственники. Близкие. И судя по тому, что из всего потомства вашего батюшки выжили лишь вы, там приличный груз набрался.
Недоумение во взгляде. Но и смотрит она внимательно.
Слушает тоже. Разве что губу покусывает.
И вот как им рассказать про генетический груз? Мутации? Близкородственное скрещивание?
- Если слишком часто соединять кровь, то она… загустеет, - Миха мысленно постучался головой о стену. – И станет дурной. У ребенка. И такое дитя умрет. Или родится уродом.
Не верит.
- У вас же были… ну там конюхи? Или те, кто лошадей разводил? Собак? Да хоть свиней!
- Свиней держали, - кивнула Алисенна. – Хотя торговать – это стыдно. Для барона. Но отцу как-то получилось взять хорошее стадо. А при чем тут свиньи?
- Ни при чем, - Миха поглядел на небо. – Совершенно ни при чем. Главное, если часто скрещивать близкую родню, то ничего хорошего из этого не выйдет.
Все равно не поверили.
- В общем, я против.
Ему сыграли смирение. Хорошо так сыграли, почти искренне.
- А во-вторых, ты еще слишком молода. Твое тело растет. И оно должно вырасти. Если выйдешь замуж сейчас, то скоро забеременеешь.
 
У магов, может, и имеются средства, надо будет, к слову, уточнить, но вот вряд ли они доступны обычным людям.
- Это долг хорошей жены.
- Долг, - согласился Миха. – Но когда тело еще не выросло, то и беременность, и тем более роды опасны. И ребенок не будет здоровым, и ты в процессе… можешь…
Он махнул рукой.
- Умереть?
- Да.
- Ей было шестнадцать, - задумчиво произнесла Алисенна. – Анее.
- Вот видишь.
- Но восемнадцать – это… это долго!
- Будет время подумать.
- Над чем?
- Над жизнью, - рявкнул Миха, понимая, что стоило все-таки поискать другую башню. – Тебе не пора?
Она снова прикусила губу.
Вдохнула.
Выдохнула. И поинтересовалась:
- А тебе жена не нужна?
- Мне?! – вот уж не было печали. И главное, глаз сам дернулся. – Спасибо, мне и так неплохо. И… и вообще…
Миара вряд ли одобрит этот брак.
Да и на хрена Михе малолетка, которая явно на что-то надеется и вовсе не на тихую семейную гавань.
- Бесперспективен, - нужное слово не нашлось, а потому прозвучало на ином языке, низком и рычащем. – Не самый лучший вариант.
- Почему?
- Кто я?
- Второй наследник, - спокойно отозвалась Алисенна. – Это очень нервирует тетушку. Ведь если что-то случится с Джером, то замок получишь ты.
Не было печали.
- Погоди. У него есть братья…
- Есть, но тетушка скорее их собственными руками придушит, чем позволит наследство принять. Ты её тоже злишь, но меньше.
Чудесно.
И с каждой минутой чудеснее.
- А Джер такой… непоседливый. И болел часто.
- Выздоровел, - буркнул Миха. – И помирать не собирается.
- Сейчас. А потом? Ваш контракт когда-нибудь да закончится, - полуопущенные ресницы, выражение лица кроткое, печальное даже, но верить этой печали не след.
Да когда ж оно закончится?!
- Он бессрочный, - Миха дернул шеей. А потом шагнул и положил руку на тонкую девичью шею. Смял её, осторожно, скорее показывая силу, чем и вправду угрожая. Наклонился, заглянув в темные глаза, в которых теперь плескался ужас. – И не вздумай вредить мальчику.
- Я…
- Я сказал, - руку он убрал и нитку жемчуга, что слегка сбилась, поправил. – Поздно уже. Мне казалось, что девицы благородного рода в это время должны находиться в собственных постелях.
Молчит.
Не уходит. И смотрит так… со страхом. Но и упрямо.
- Чего тебе?
- Я… и сестра… если не хочешь замуж, тогда объяви опеку.
- Что?!
- Тетушка упряма. Как отец. И в конце концов, она заставит нас выйти замуж за Джера. Он неплохой и я не против, но если ты говоришь, что детей у нас не будет или будут, но мертвые… я не хочу рожать мужу мертвых детей. Или умереть.
Разумный выбор.
- Тем более, что если жена не оправдывает надежд, на нее возложенных, - произнесла она совершенно иным, равнодушным почти тоном, - то от нее избавляются. И тут уж тетушка не станет… испытывать сомнений.
- Со мной будет лучше?
- Да. Ты… ты в своем праве. Ты взял имущество нашего отца.
- Да? – новость, об этом Михе почему-то не сообщили.
- Тебе не сказали? – она чуть прищурилась. – Поединок состоялся. И ты победил. Ты имеешь право заявить права… ты понял.
- Понял.
Дались им эти права.
- И на нас тоже. Тем более тетушка вдова, а ты – мужчина. Джер вот мог бы тоже, будь он старше.
- Мне-то это зачем?
Алисенна задумалась.
- Ты… ты можешь претендовать…
- Слон тоже может сожрать три воза моркови. Но кто ж ему даст?
- А кто такой слон?
Ясно, шутки стоит доработать сообразно местным реалиям.
- Не важно. Главное, что у тебя есть еще дед. А у него, полагаю, свои планы на имущество. И потому делиться им не станут. А вот вы уж скорее обуза.