"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

- Ица… - голос его звучит шепотом. – Ты где…
Руки касаются чьи-то пальцы, и Миха усилием воли заставляет себя сдержаться. Не ударить.
Пальцы хрупкие.
Ица?
Похоже на то.
Еще бы магичку… но нет, не сейчас. Она магичка. Она должна защититься от этой хрени, чем бы та ни была.
- Идем, - снова шепот-шелест.
Но пальцы удерживают на месте. А с следующее мгновенье опять что-то происходит. Что-то такое… в груди появляется жжение. Кожа горит.
Тьма же рассеивается.
Нет, не рассеивается, она отползает, медленно, словно нехотя. Она устремляется к человеку… в человека. Он сидит на теле мага, вцепившись обеими руками в плечи его. Человек устроился на груди мага и, приникнув к его шее… жрал?
Именно.
Миха моргнул.
Глаза слезились и, кажется, кровили. Шкура так точно кровила… и от этой крови ему… мерещилось? Пожалуй. Не бывает такого.
Тьма стекалась к этому человеку.
По капле.
По ниточке.
Она наполняла его тело, и кожа, ставшая полупрозрачной, не способна была укрыть эту тьму. Мать его так…
- Вампиров нам только не хватало, - просипел Миха и покачнулся. Силы ушли, и чтобы устоять, ему пришлось ухватиться за стол.
Он мотнул головой.
Надо…
Что-то надо сделать.
А упырь оторвался от мага и, как-то неестественно вывернувшись, словно в нем вовсе не было позвоночника, оскалился. Из глотки его донесся глухой рык, а Миха подумал, что боец из него сейчас никакой.
- Нет, - сказала Ица.
И сделала шаг к вампиру.
Она вытянула руку.
И тот потянулся к этой руке. Он медленно сполз с тела… интересно, маг мертв? Хорошо бы. Но пока неподвижен, надо убедиться. И добить. В любом случае добить. Голову вон… маги без головы Михе определенно нравились больше тех, что голову сохранили.
Да.
Но и малое его движение заставило вампира замереть.
Черный.
Это из-за тьмы. И чернота неровная, пятнами, будто… будто с отбеливателем постирали. Плевать. Главное, он точно не человек. Лицо вон уплощенное. Нос почти исчез, остался небольшой выступ и крупные щели, которые то раскрывались, то закрывались. Подбородок скошенный. Губы тонкие. И короткие. Не прикрывают ни клыков, ни мелких острых зубов. Слишком уж мелких и острых.
И еще их многовато как-то.
По губам скользнул черный язык, а тварь качнулась навстречу Ице. Да что она… качнулась и, коснувшись тонких пальцев, замерла. Только вздрагивала мелко и часто. И…
- С-спасибо, - выдавил упырь, моргая.
А глаза у него круглые и чуть навыкате. Веки же плотные и складками. Он щурится, явно свет не по нраву.
- Ты есть.
- Есть… - он попытался подняться, двигаясь как-то по-старчески. Даже закряхтел. – Я – человек.
Миха не стал спорить и… огляделся.
Да уж… был приличный шатер, а теперь? Столик опрокинут. Инструменты на полу. И не только они. Какие-то пузырьки, большей частью битые… таз вон, со вмятиною. И стол тот, мелкий, развален пополам. На ткани шатра дыры. И черные пятна медленно расползаются. Этак и вовсе рухнет.
Единственное, что более-менее уцелело – это стол с Винченцо, который был по-прежнему недвижим и вообще выглядел не слишком-то живым. Миара медленно поднималась с пола. Её руки, её лицо были покрыты чем-то темным, того густого вишневого оттенка, который выглядел почти нарядно.
Кровь.
Это, мать его, кровь.
Миха мотнул головой.
Тварь… тварь лежала тут же, под опрокинутым столом, из-под которого выглядывал суставчатый хвост, правда, уже не блестящий, а словно кислотой разъеденный.
- Я человек, - уверенней повторил вампир и разогнулся.
Почти.
А Ица шагнула к магу.
- Погоди, - Миха все-таки заставил себя отлепиться от стола. Его покачивало. Но способность думать вернулась. И на ногах он стоял. Почти уверенно стоял.
Да.
- Этот ублюдок может быть жив.
- Жив, - подтвердила Ица.
И упырь кивнул.
Все-таки душевный тут мир… этак, глядишь, и эльфы с феями обнаружатся. Правда, что-то подсказывало, что далеки они будут от тех, сказочных, которые премудрые и предобрые.
Ну так какой мир, такие и феи.
Миха сделал еще шаг, перехватив меч поудобнее.
 
- Нет, - Ица подняла руку. – Он нужен. Говорить. Мне. Я знать. Надо.
- Не самая лучшая идея, - горло еще драло, и Миха его потрогал. Потом поглядел на руки свои, не удивляясь, что и они покрыты той самой липкой темно-вишневой кровью.
Еще бы немного…
- Если он очнется, нам всем будет худо.
- Соглашусь, - подала голос Миара, сгибаясь под столом.
Её вырвало и, кажется, чем-то черным, густым. Что за…
- Поэтому…
- Нет, - на сей раз звучало жестче, почти приказом. И Ица встала на пути. – Я… говорить. Я взять его сердце. И он быть тихо.
И вот что с ней делать? Маг пока лежал, такой безопасный и даже безобидный. С распоротым горлом, с одеждой, залитой кровью. И эту кровь упырь торопливо стирал с подбородка.
- Алеф силен. Он… найдет способ.
- Есть… еще кое-что, - упырь покосился на мага. – Вы должны знать… Миара.
Надо же. А на имени споткнулся. И Миара дернулась. Что-то не то? А что?
- Он… если он умрет, то и он тоже, - упырь указал на тело, что все так же тихо лежало на столе. И ведь Миха даже где-то завидовал. А что, ни забот, ни хлопот. Даже если помрешь, и то не сразу заметишь. – Алеф… использовал… на вашем брате… золотую сеть.
И по тому, как выругалась Миара, правда, закашлявшись на половине фразы, Миха догадался, что она точно знает, о чем идет речь.
А вот Ица склонила голову на бок и спросила:
- Что есть?
- Погань одна, - сплюнула Миара и поглядела на Винченцо презадумчиво. Даже где-т ос печалью. – Золотая сеть Арды… это город Древних. В нем многое нашли, вот и называют. Запретное заклятье. Утерянное.
- Ближе к делу, - проворчал Миха. Что-то подсказывало, что времени у них осталось не так и много.
Даже странно, что до сих пор никто не сунулся.
Или нет?
Кому охота вляпаться в разборки магов.
- Ближе… это такая штука… сеть. Из золота. зачарованного. Она оплетает сердце, - Миара стояла полусогнувшись и вытирая лицо рукавом. – И привязана к хозяину. Как… не знаю. Как-то. В хрониках… когда испытывали… достаточно приказ отдать, и тот, у кого сеть… он исполнит. Или умрет. А если хозяин вдруг…
Она развела руками.
Понятно, стало быть. Что ж, мага было жаль.
Ица пнула тело и сказала:
- Туда. Ты сказать, сердце?
Миара кивнула.
- Тогда надо менять сердце. И все быть хорошо.
Надо же… и вправду как просто. Только у Миары вторая щека дернулась. Нервы… все болезни от нервов. Только венерические от удовольствия.
  
Глава 34
 
Глава 34
Мага подняли.
Упырь. Он, невысокий, какой-то целиком нескладный, оказался на диво силен. Во всяком случае, тело он подхватил без видимых усилий. И уложил на тот же стол, на котором уже лежал Винченцо. Благо, маг был тощим, а стол широким. Винченцо подвинули, хотя Миара и проворчала, что в его состоянии это не безопасно.
Но Ица погрозила пальцем, и магичка заткнулась.
А Миха вот присел на тушу голема. Больше один хрен не на что. И ноги вытянул. В тушу на всякий случай мечом ткнул, мало ли.
- Ты помогать собираешься? – брюзгливо осведомилась Миара, и рукавом кое-как обтерла кровь с лица. Зря. Кожу её покрывали мелкие то ли порезы, то ли проколы. И кожа эта распухла, под левым глазом особенно. Он почти заплыл, и лицо магички перекосилось.
Губы раздулись. А на шее выступили новые пятна.
- Чем? – поинтересовался Миха.
Двигаться не хотелось.
Ничего не хотелось.
Его охватило странное оцепенение. И Миара, подойдя поближе, заглянула в глаза. А потом пощечину отвесила. Звонкую.
- Больно же! – возмутился Миха.
- Очнись. Не так уж ты надышался, чтобы помереть, - она дернула за волосы.
- Ай… чего надышался?
- Химероид выпускает яд, который испаряется, - пояснил почему-то вампир. Вот он деловито затягивал кожаные петли на руках мага. – Сперва он вызывает помутнение рассудка, ярость, а следом приходит апатия.