"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

- Ты свихнулся!
- А ты решил, что бессмертен? – Винченцо крутанул запястьем, и плеть вспыхнула синим пламенем. – Решил, что если повезло свалить драгра, если выжил, то теперь можно ничего не делать?
- Я болел!
Миха отскочил и, выгнувшись самым неестественным образом – никогда бы не подумал, что может вот так – поднырнул под плеть. Лицо опалило жаром, даже, кажется, паленым волосом запахло.
- Тогда болей дальше, - плеть рассыпалась, а в Миху полетели ледяные стрелы.
Как-то иначе он себе это представлял.
Где, мать его, премудрый наставник, тонко чувствующий потребности своего подопечного? Где верные друзья? И спарринги, в которых можно показать собственное превосходство? Где… где все это, чтоб его!
Стрела разодрала шкуру, и Дикарь заворчал.
- У меня оружия нет! – возмутился Миха.
- А кто виноват, что ты ходишь без оружия? - Винченцо прищурился. Нехорошо так прищурился. И в следующее мгновенье на Миху понеслась та самая стена синего пламени. Высоченная. Метра два. Она приближалась столь стремительно, что Миха и испугаться по-настоящему не успел.
Его тело прижалось к камню.
И взлетело, пытаясь перемахнуть через эту вот стену. Почти получилось. Зашипела шкура. Обожгло болью. И боль потянула за собой ярость.
Приземлился он на четыре ноги.
И рык, вырвавшийся из горла, заставил мага слегка попятится. Правильно. Хватит. Может, Миха и не прав, но ведь привычки-то у него нет! Он вообще вырос в мире, где ножи живут на кухне, а люди, если и пытаются пришибить друг друга, то делают это интеллигентно, пытаясь остаться в рамках закона.
- Ты забыл, чему тебя учили, - маг снова вызвал плеть. И та щелкнула над головой Михи. – Вспоминай. Это единственный шанс. Давай же!
Чтоб его…
Тело рвануло влево.
И вправо.
И Миха отступил, признавая за Дикарем его право – право добраться до глотки врага. Кажется, он упал. И нарвался-таки, потому что адски заболело плечо. Но это больше не имело значения.
Ничего не имело значения, кроме человека, который вышел навстречу.
Который…
Миха очнулся, стискивая в руках чужое горло. Маг хрипел и бился, пытаясь вырваться, но как-то слабо, что ли.
- Д-доигрался, - Миха с трудом заставил себя разжать руки. И Винченцо рухнул на пол, пытаясь отдышаться. – Идиот.
- От идиота слышу, - Винченцо закашлялся и кашлял долго.
- По спинке постучать? – вежливо поинтересовался Миха.
- Об… обойдусь.
- Что это ты вообще тут устроил? – Миха присел на корточки.
Тело болело.
Нет, не так. Ныли кости. И мышцы. Чесалась шкура. От одежды воняло потом и кровью. Кровью больше. Она и покрывала лохмотья, что остались от рубашки. Миха приподнял руку и хмыкнул, обнаружив пяток светлых полосок. Свежие шрамы, стало быть. К вечеру исчезнут.
- Ты и вправду слишком самоуверен, - Винченцо сел на пол, скрестив ноги, и вытащил очередную флягу. От этой тоже разило травами, и в смеси запахов Миха и ромашки не различил. – Где твой меч? Где вообще хоть какое-то оружие?
- Ну… - Миха поскреб голову и признал. – Я и вправду идиот.
- Именно, - маг отхлебнул первым и скривился. Но флягу протянул Михе. И тот не стал спорить. Нынешний отвар был горьким до того, что горло перехватило. Он даже икнул. – Я понимаю, что ты привык к другому, но…
- Здесь вам не там.
- Именно. Здесь нужно быть готовым, что найдется кто-то, кто будет одной рукой похлопывать по плечу, рассказывать о том, как ты нужен и важен, а другой просто-напросто всадит клинок в печень. И я не уверен, что она сможет помочь во второй раз.
- Как она вообще… ну, Ица? – злость отступила, раздражение тоже.
Маг не виноват.
Маг потирает шею, на которой виднеются красные следы Михиных рук. И вообще повезло ему, что эту шею не сломал.
Дикарь фыркнул. Он ведь не дурак.
Он все понимает.
Все, вашу мать, всё понимают, кроме самого Михи.
- Как она это сделала? Это магия? Целительство?
- Миара говорит, что это не имеет отношения к целительству. Что тут иное. Видишь ли… нет единствао представления о том, что есть человек и чем он отличается от животных. И речь не только о физической составляющей, ибо априори мозг человека устроен много сложнее, чем мозг любого животного. Это любой големостроитель знает.
 
- Ага, - Миха прикусил язык, с которого едва не сорвался очередной глупый вопрос. Оно и понятно, откуда знает. Не из теоретических выкладок.
- Человеческий мозг используют далеко не все, - Винченцо понял и без вопроса. – Только в исключительных случаях, поскольку перенести его без ущерба для создания слишком сложно.
Миха хочет это знать?
Миха этого знать не хочет.
- В общей практике стараются использовать мозг того существа, на базе которого и создается голем. Но речь не о том. Помимо мозга у человека есть душа. Или энергетические оболочки. Или тонкие тела. Термины разняться, как и понимание того, чем по своей сути является названное. Целители способны работать с телом. Срастить кости. Мышцы. Изменить их. И не только их. Особо умелые работают и с мозгом.
Винченцо замолчал, чтобы добавить спустя минуту.
- Говорят, во всяком случае, что есть такие, которые работают. Я не сталкивался лично. Но Миара рассказывала, что бывает и такое, когда разум и тело здоровы, а вот душа больна. Ты пей, пей. Посидим и продолжим.
Вот что-то продолжать Михе не хотелось. И судя по тому, как маг потер горло, не только Михе.
- И что встречается подобное не так уж редко. Наш брат… исследовал одно время подобные случаи. Пытался выделить тонкое тело. Отделить его. Но о результатах не распространялся, только… Миаре было плохо. Очень плохо. Я думал, она не выдержит.
Горечь не проходила.
Зато отступила боль.
- Но Алеф потерял интерес. Думаю, у него не вышло то, чего он хотел. Или наоборот, получилось. Не суть важно, главное, что… в общем, Ица, как мне кажется, работала именно с этими тонкими оболочками. Или душой. Или как не назови, но с тем, что нельзя потрогать. Она удержала твою. И вернула в тело. Ну и с телом тоже. Хотя то, что она делала, совершенно не научно.
- То есть, ты понятия не имеешь, что это было?
- Именно. Я так и сказал.
- И что она вообще может?
Винченцо склонил голову.
Ясно, что ни хрена не ясно и яснее вряд ли станет. А с другой стороны, какая разница, как она это сделала. Главное, что Миха жив. Пока.
Он со стоном поднялся и сказал:
- Продолжим, что ли? Только ты уж… поаккуратнее, ладно? Хальгрим ведь не маг. А значит, пользоваться станет нормальным оружием, - кости заныли, да и само тело сопротивлялось, намекая, что Миха не так уж сильно и поправился. Что ему бы еще недельку-другую в постели полежать.
Но Винченцо тоже встал.
- Возможно, ты прав. Но… если у них есть маг, то рассчитывать на честный поединок не стоит. В принципе рассчитывать на честный поединок не стоит. С мечом ты справишься, а вот остальное…
Он выбросил руку, и в Миху полетели стрелы.
Огненные, чтоб его.
Поганый день продолжился.
До своей комнаты Миха дошел исключительно на упрямстве. И в кровать рухнул, как был, в грязи, крови, лохмотьях и, кажется, саже, которая местами покрывала кожу. Тихо охнул раб.
- Дайте ему напиться. И поесть принесите, - Винченцо тоже шел сам, правда, отчетливо прихрамывая, да правая рука висела плетью. Миха лишь надеялся, что обошлось вывихом, потому как неудобно получится, если перелом.
С другой стороны, он вроде как сам виноват.
- Мяса, - сказал Миха, не открывая глаз, ибо даже это казалось сейчас почти невозможным действием. – Много-много мяса. И хлеба. И молока. И вообще, тащите все, что есть. А ты… я тебя точно когда-нибудь пришибу.
- Сначала на ноги встань, - Винченцо прислонился к стене и тоже глаза закрыл. Синяки на шее налились цветом. Щеку его украшала пара глубоких царапин, которые зарастали, но куда медленнее, чем на Михе. А вот руку он придерживал.