"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Он повернулся спиной.
— Зачем? — Миха сделал шаг к клетке. — Ты. Помогаешь.
— Затем, что ты, может, и дикарь, но крайне полезный. И клетка не всегда будет заперта.
— Чего хочешь? На самом деле.
Михе как-то вот не верилось в этакую вдруг благотворительность. С другой стороны, какие у него варианты?
— Мне казалось, я уже говорил. Просто убей.
— Кого?
— Всех, до кого дотянешься. Магистра первым.
— Не могу.
— Заклятье?
Миха кивнул. Неужели он бы не попробовал. Он и пробовал. Особенно в первые дни, когда гнев брал верх над разумом.
— Это временное. Действие его слабеет. Да и вот, — на ладони мага появился бледный осколок стекла. — Возьми. Проглоти. Не бойся, вреда он не причинит, во всяком случае по моим расчетам не должен.
— Что это?
— Это? Это то, что уничтожит Империю. И город магов, если повезет, — маг оскалился. — Эти камни способны впитывать силу и хранить её. Ментальные конструкты, а твое подчиняющее заклятье к ним и относится, чтоб ты знал, весьма тонки. И хрупки. Не буду уверять, что камень поглотит его полностью, но структура будет нарушена. А дальше все зависит от тебя. Насколько сильна твоя ненависть.
— А твоя?
Улыбка мага стала еще шире. А вот ответить он не ответил. И камень не убрал.
— К слову, советую не удерживать его в организме. Все-таки ты создание во многом искусственное, нуждающееся во внешней стабилизации.
Много слов.
Камень падает в ладонь. Крохотный. Миха помнит, что неограненные бриллианты выглядят вот так же, мутными стекляшками. Правда, не помнит, что такое бриллианты, но разве это важно.
— Не боишься? — он прячет камень за щеку. И тот ощущается куском льда.
Неприятно.
— Чего?
— Я и тебя могу убить.
— Если есть желание, попробуй, — маг смеется и громко. А остмеявшись, продолжает. — Ты все-таки дикарь. И наивен. Убить мага куда сложнее, чем какого-то там мастера боя. И шанс у тебя будет лишь один. Не упусти его.
Камень проваливается в желудок. И странное дело, Миху мутит.
Он ел мясо с земли. Он грыз кости.
Хлебал протухшую воду. А мутит от камешка. Но тошнота успокаивается, а по телу расползается неприятная истома. Хочется прилечь.
— Иди, — маг указывает на клетку. — Тебе надо привыкнуть.
Привыкать пришлось долго.
Камень никуда не делся. Миха чувствовал эту ледышку внутри себя. И то, как она жгла, как мучила, заставляя глотать кислую слюну. В какой-то момент он почти отключился, правда, очнулся, стоило возле клетки появится рабам. Они закрепили на клетке веревки. А уж дальше несуразное существо, похожее на железного краба, подняло её. Миха даже привстал, разглядывая очередного, сотворенного магией, уродца. Клетку установили на металлическом панцире, где нашлось места еще паре. В одной сидел белоснежный зверь хищного вида, в другой — нечто косматое, свернувшееся шаром.
Отличная компания.
Просто мечта.
Миха тоже лег и прикрыл глаза. Краб двигался неспешно, и панцирь его покачивался, и создавалось ощущение, что это сам мир качается, убаюкивая. Хищная тварь заворчала, но тоже как-то не зло, растерянно скорее.
— Успокойся, — сказал ей Миха, не открывая глаз. — Все равно ничего не сделаешь.
И добавил.
— Пока.
Краб прополз за решетку, которая обычно была закрыта. Он двигался в коридоре, довольно просторном, если для людей, но теперь края панциря едва не касались стен. Коридор прервался очередной решеткой. А за ней уже обнаружились ворота.
За воротами — двор, обнесенный высокой стеной. И здесь царила такая суета, что Миха ненадолго выпал из полудремы, в которой он почти примирился с наличием штуки внутри себя.
Первое, что он увидел, были огромные создания, явно искусственного происхождения, ибо только человеческий разум способен поставить корабль на колеса.
Точно.
Миха даже очнулся, до того резким и ясным было воспоминание. Корабль! Только с очень короткими мачтами, которые гляделись сущим издевательством. А так те же гладкие выпуклые борта с двумя рядами отверстий, из которых выглядывали бронзовые носы пушек. Тот же слегка задранный нос. И позолоченное чудовище на нем. То ли лев, то ли носорог, то ли и то, и другое разом. Переплетение веревочных снастей.
 
Свернутые паруса.
И колеса.
Колеса явно были лишними в конструкции. Как и массивная надстройка в задней части.
Миха моргнул.
Меж тем краб, все так же покачиваясь, неспешно, с механическим безразличием, поднимался по сходным.
— Куда! — заорал кто-то, заступая дорогу. — Грузите на второй!
— Господин, — вперед выступил смуглый невольник, державший краба на веревке, что было довольно-таки забавно, ибо тварь была крупнее в разы. — Господин велел сюда. Важный груз.
— Да мне…
— В чем дело, — маг сменил обычный цветастый свой наряд на простую одежду. Миха и узнал-то его лишь по запаху.
— Зверье на второй! — повторил косматый тип с повязкой на глазу.
Типичный пират.
Миха нахмурился.
— Господин… — залепетал невольник, подвигаясь ближе к голему.
— У меня на корабле не будет зоопарка!
— Зоопарка, несомненно, однако, надеюсь, одна-единственная клетка вас не смутит? — маг против ожиданий не стал возмущаться. — Мы, помнится, оговаривали этот момент.
И краб продолжил движение.
Клетку и вправду сгрузили лишь Михину, причем грузили отнюдь не бережно. А могли бы и аккуратнее, он же живой. Но клетка грохнула о палубу, накренилась и устояла лишь чудом.
— Вяжите, — буркнул косматый, оказавшийся тут. И глядел он на Миху хмуро.
Миха оскалился.
— Эксперимент, стало быть?
Миха оскалился еще шире.
— Тихо сиди, эксперимент, — косматый показал кулак, но тем и ограничился.
Весьма скоро Миха остался один. Усевшись на пол, он наблюдал за суетой внизу. Вот раздался гудок, и люди внизу замерли.
Отступили, попятившись, грузовые големы.
Второй гудок.
И одна за другой посыпались веревки, освобождая корабли. Миха уловил дрожь, сперва едва ощутимую, но нараставшую с каждой секундой. Вот корпус чудовищного творения содрогнулся и заскрипел. Появилось ощущение, что корабль этот того и гляди развалится под собственной тяжестью, но нет. Не развалился. Со скрежетом расползлись части палубы, выпуская узкие темные трубы. А из них уже вырвались клубы пара.
Это что, у них там паровой двигатель?
На этакой махине?
Миха вскочил даже, потом подумал, что один хрен не помнит, что такое паровой двигатель и почему ему не место на корабле, и снова сел.
Мимо, спотыкаясь, пробежал матрос. Он поспешно освободил конец веревки, и второй тоже, и над палубой взмыли куцые железные крылья.
Серьезно?
Вот так крыльями?
Крылья пришли в движение, и Миха подумал, что, если эта штуковина поднимется в воздух, он собственный хвост сожрет. Но запоздало вспомнил, что хвоста у него нет.
Впрочем, взлетать корабль не стал.
Он со скрипом повернулся, и огромные колеса мелькнули за палубой. Куцые крылья гребли воздух, и Миха пытался понять смысл этого движения, но не выходило.
Однако как бы то ни было, махина покатилась вперед. Сперва медленно, явно с натугой, но с каждым поворотом колес она двигалась все быстрее. Дрожь усилилась, а гул стал ровным, равномерно громким. Изредка в нем проскакивали стучащие ноты, которые наверняка что-то да значили. Миха пытался понять что, но не получалось.
— И все-таки не верится, — маги появились снизу. Миха видел, как матрос любезно подал руку, помогая старшему выбраться на палубу. Тот остановился, что-то спросил, но тихо, так, что Миха и не расслышал. А матрос в ответ поклонился и махнул куда-то вперед.
На нос.
Капитан должен был быть на носу.
— Определенно не верится, что вы подбили меня на этакую авантюру, — старший из магов был настроен весьма благодушно и, остановившись рядом с клеткой, произнес. — Удивительно. Я опасался, что он придет в возбуждение. А он спокоен.