"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Тьфу ты, — скривился Руслан. — Я уж было подумал. Вот сделаете мне нужные бумаги, тогда и в свет можно будет. А то вылезу раньше времени, а начальство передумает. И будете вы, Михаил Сергеевич, иметь бледный вид перед этими дамами, — ехидно отозвался Руслан, отомстив графу за его подначку. — Это, как ни крути, а будет самым настоящим самозванством.
— Вам бы, Руслан Владимирович, в стряпчие идти. Из любой ситуации вывернетесь, — фыркнул Рязанов в ответ. — А начальство не передумает. Не с чего. Особенно теперь, когда вы умудрились самостоятельно схрон с оружием обнаружить и контрабандистов взять, которые то оружие через перевал таскали.
— Плохо, что мы не смогли банду, для которой это оружие привезли, достать, — качнул Руслан головой. — Не получилось бы там засаду устроить. Место не подходящее.
— Да и бог с ним. Найдем, — небрежно отмахнулся Рязанов. — Без оружия они не так страшны. Мои люди уже выясняют, кто должен был за теми винтовками прийти.
— У вас есть свои люди среди горцев? — удивился Руслан.
— Не горцы, но люди, близкие к ним, — напустил штабс-капитан туману.
— Так что там с бумагами? — вернулся Шатун к главному для себя вопросу, продолжая отливать пули.
— Гонца из столицы ждем, — устало вздохнул Рязанов. — Подробности мне пока не известны, но его превосходительство заверил, что все сделано в лучшем виде.
— И долго нам еще ждать? — чуть скривился Руслан, выбрасывая на стол еще горячие пули из литка.
— Гонец неделю назад выехал. Думаю, еще неделя, и все станет ясно, — пожал граф плечами.
«Ну да, при наших просторах, это не так уж и долго», — хмыкнул Руслан про себя.
— И все-таки, Руслан Владимирович, почему вы избегаете общества? Вы молоды, сильны, здоровы. В конце концов, это даже неприлично. В вашем возрасте не искать общества женщин неестественно.
— Вы рожу мою хорошо видите? — зло хмыкнул Руслан в ответ. — Да мной только непослушных детей теперь пугать.
— И все? Только это? — вдруг удивился Рязанов.
— А по-вашему, этого мало? Забыли, что встречают обычно по одежке?
— Это все правильно, — кивнул Рязанов. — Но только и вы, Руслан Владимирович, забыли, что оказались на Кавказе. А тут без шрама и офицера за офицера не считают. Шрамов нет, значит, и в бою не бывал.
— Вы это серьезно? — растерялся Руслан.
— Как бог свят, — истово кивнул граф. — Самому иной раз стыдно.
— А вам-то чего стыдиться? — не понял Шатун.
— Ну как же. Десять лет тут служу, а рожа все еще целая. Одна отговорка, что служба у нас особая. В нашем деле прежде головой думать надо, а уж потом шашкой махать.
— Твою мать, не знаю, плакать или смеяться, — проворчал Руслан растерянно.
— С чего бы? — не понял Рязанов.
— Шрамы получают в бою, но подобные отметины — это свидетельство или неудачи, или собственной ошибки, — пояснил Шатун.
— И что есть что? — заинтересовался граф.
— Неудача — попасть под разрыв снаряда из пушки или случайную пулю словить, притом в бою не участвуя. А ошибка, это когда ты противника недооценил, и он тебе такую отметину и оставил. Сам виноват. Помнить надо, что на силу всегда иная сила найдется.
— Гм, в таком ключе я о подобном не думал, — оценил штабс-капитан. — Но это не отменяет необходимости вывести вас в свет.
«Вот ведь уперся», — раздраженно подумал Руслан.
— И не надо так кривиться, Руслан Владимирович, — понимающе усмехнулся Рязанов. — Все одно это придется когда-то сделать. Так почему не теперь?
— Ну, как я уже сказал, прежде нужно на руки бумаги получить, в должность вступить, мундир пошить, а потом уже можно и в свет. А так и вправду какой-то самозванец получаюсь. Чуть копни, никто и звать никак. И потом, в качестве кого вы собираетесь меня представить? Откуда я взялся и почему весь в шрамах?
— Вот давайте вместе об этом и подумаем, — тут же предложил граф.
— Ну, Тишинской вы меня сразу подпоручиком представили, значит, всем уже известно, что у вас появился некий офицер в подчинении. От этого и плясать надо, — пожал Руслан плечами. — Хотя, откровенно говоря, я считаю, что со званием вы несколько поторопились. Его ведь пока не подтвердили.
 
— Я же сказал, за этим дело не станет, — отмахнулся Рязанов. — К тому же за тот схрон генерал своей волей может его и повысить. Подобное он уже делал. Имеет право вплоть до майора присваивать.
— Бог с ним. А откуда я взялся? С моим-то выговором и незнанием местного этикета.
— А тут и мудрить нечего, — отмахнулся штабс-капитан. — Приехали из-за границы. Долгое время жили там, а когда исполнили приказ, вынуждены были вернуться. Что же до шрамов, тут можно просто на себя вид загадочный напустить и многозначительно промолчать. Дамы такое любят. Сами потом что-нибудь придумают. С романтикой, — усмехнулся граф, покрутив в воздухе кистью.
— Вот уж чего-чего, а дурами их всех поголовно считать не надо, — хмыкнул Руслан в ответ. — Иная одним своим чутьем женским способна любого лазутчика разоблачить.
— Знаю, — вздохнув, усмехнулся Рязанов. — Ежели сложится, познакомлю вас с дамой одной. Из нашей службы. Вот уж кому палец в рот не клади.
С головой откусит. Иной раз и говорить с ней страшно. Словно и вправду насквозь видит.
«А ведь ты ей завидуешь», — удивленно подумал Руслан, внимательно его слушая.
* * *
В очередной раз прогуливаясь по базару, Руслан то и дело затевал разговоры с торговцами, подшучивал над торговками и внимательно слушал все, что говорил народ. Корзина, в которую он складывал разные мелкие покупки, висела на сгибе локтя, а сам парень делал вид, что никуда не торопится и, вообще, ему все вокруг почти не интересно. Так, легкий променад по утреннему времени.
Но свернув в оружейные ряды, Шатун насторожился. Это было мужское царство, и торговали тут люди серьезные. Останавливаясь у прилавков, Шатун внимательно осматривал клинки, иногда вертел в пальцах тот или иной кинжал и не спеша двигался дальше. На глаза ему попался бочонок с порохом, и Руслан тут же сделал стойку. На днище бочонка было выжжено английское клеймо. Поставив корзину на прилавок, Руслан попросил показать ему бочонок и, внимательно осмотрев клепку и клеймо, с интересом спросил, глядя продавцу в глаза:
— Это откуда ж такая роскошь?
— По случаю достался, — не моргнув глазом ответил торговец.
— Жаль. Я б таких бочонков сразу пяток взял, — вздохнул Руслан с деланым сожалением.
— Это с кем ты так воевать собрался, что припасу огненного столько ищешь? — изумился продавец.
— Людей огненному бою учить надо, потому и ищу, — нашелся Руслан.
— А по чем возьмешь? — задумался продавец.
— А по чем продашь? — тут же последовал вопрос.
— Товар англицкий, редкий, так что по пяти рублей за бочонок, — чуть подумав, выдал продавец.
— Бога побойся, — возмутился Руслан. — По трешке пять бочонков сразу заберу.
— Не, по трешке не могу, — тряхнул продавец головой. — По четыре девяносто отдам.
— Три с полтиной, — прибавил Шатун.
Торг шел минут десять. Сошлись они на четырех рублях двадцати копейках за каждый бочонок. Продавец, почесав в затылке, попросил Руслана подождать и куда-то исчез, оставив за себя молодого парня, видимо слугу. Еще минут через пятнадцать продавец вернулся и, подхватив все так же стоявший на прилавке бочонок, решительно скомандовал:
— Пошли, казак. Будет тебе порох.
Подхватив корзину, Руслан не спеша последовал за продавцом. Выведя его за пределы базара, продавец свернул за сараи, где хранился товар, или, как тут говорили, лабазы. Утоптанная земля у этих строений превратилась в небольшую площадь, по краям которой стояла густая поросль кустов. Идеальное место для засады. Делая вид, что не сомневается в честности торговца, Руслан подобрался, незаметно проверил, как выходит из кобуры револьвер. К нему, в рукавах, в кожаных манжетах, у него при себе было еще шесть метательных ножей.
Сунув пальцы в левый рукав, Шатун вытянул один нож и, прижав его большим пальцем к ладони правой руки, на всякий случай приготовился к драке. Продавец, подведя его к крайнему лабазу, несколько раз грохнул кулаком в створку ворот и, услышав шаги за ними, громко произнес: