"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Кто приказал искать чертежи? Кому ты должен был их передать? – ровным, словно ничего не случилось, тоном повторил Руслан.
– Я не знаю. Я правда не знаю! – завопил мужчина, увидев, как могучая фигура штабс-капитана двинулась в его сторону. – Они сами меня нашли. Сказали, что готовы заплатить большие деньги, если я смогу их получить.
– Кто они? Как выглядели, что спрашивали, как разговаривали? – тут же посыпались вопросы. – Отвечай, тварь, или я прикажу тебя на дыбу вздернуть, – пригрозил Шатун, шагнув еще ближе к лежащему на полу хлыщу, теперь уже растерявшему весь свой апломб.
– Я скажу. Все скажу, – утирая кровавые сопли, пообещал хлыщ.
– А куда ты на хрен денешься, – хищно усмехнулся Руслан, медленно вынимая из ножен кинжал.
Увидев клинок, арестованный, а точнее, похищенный, глухо завыл, трясясь всем телом. Глядя на это ничтожество, Руслан презрительно скривился. И вот это пыталось запугать его мастера и посмело угрожать его людям. Как оказалось, хлыщ, что пытался купить винтовку у Митрича, не оставил своей затеи и принялся искать выход на городское дно. Случайно выжившие нищие и парочка карманников, узнав об этом, прислали к дому, где жили офицеры контрразведки, своего парламентера.
Увидев топчущегося в воротах мальчишку-беспризорника, Руслан отправил своего денщика Мишку передать ему краюху хлеба и немного медной мелочи. Вид у мальчишки был голодный. Но вернувшийся Мишка с удивлением сообщил, что беспризорник ищет встречи с бешеным поручиком. Вспомнив, что в городе его знают именно под этим прозвищем, Руслан вышел на крыльцо и, жестом подозвав мальчишку, с интересом спросил:
– Меня искал?
– Это самое, прощенья просим, ваше благородие. Не изволь сердиться, но тебе передать велено.
– Кем велено? – тут же отреагировал Шатун, подобравшись. – Говори как есть, не бойся.
– Воры велели да нищие, – потупившись, еле слышно признался мальчишка.
– Уцелели, значит, крапивное семя, – зло хмыкнул Руслан.
– Случаем пронесло, – быстро заговорил посланец. – Они сказать велели, что ни с кем более дел вести не станут. Что сами добудут, то и ладно. А до тебя дело имеется. Велено передать, что тобой и мастером твоим, который Митрич, гусь один сильно интересуется. Хочет людей нанять, чтобы кузнеца обнесли, а тебя на перо поставили.
– Гуся того сам видел? – быстро спросил Руслан, начиная проигрывать в голове варианты.
– У цветника в гостинице живет. Коль велишь, пришлют человека показать, – быстро добавил мальчишка, косясь на хлебную краюху в руке.
– Ешь, ешь, – кивнул Руслан, усаживаясь на ступеньку крыльца. – Мне чуток подумать надо.
Мальчишка тут же впился зубами в хлеб, уничтожая его с молниеносной скоростью. Заметив это, Руслан оглянулся и, приметив в коридоре Мишку, жестом подозвал его поближе.
– Спроси у Матвеевны чего поесть и ему принеси, – приказал парень, кивая на мальчишку.
– Сей момент, княже, – кивнул Мишка, бросаясь на кухню.
Спустя несколько минут он вернулся, неся в руках широкую глиняную миску с кашей и еще одну краюху хлеба. Отдав все это посыльному, Мишка повернулся к Руслану, тихо спросив:
– Княже, может, чаю тебе принесть?
– Потом, – качнул Шатун головой. – Давно гусь этот к вам приходил? – повернулся он к мальчишке.
– Вчерась в вечор был, – ответил тот с полным ртом.
– И как он вас нашел?
– От церквы за хромым Савой шел. У малины его переняли, вот он и стал с главным встречи просить. Сказал, что заплатит щедро. Воры с ним побаили, да опосля, с утра ужо, меня к тебе и отправили.
– Кто видел, что ты сюда шел?
– Никто. Я огородами от базара шел. Два раза едва кобелям не попался, – усмехнулся мальчишка, шкрябая ложкой по дну миски.
– За гусем тем присматривают ваши? – задал Руслан очередной вопрос.
– А как же, – хищно усмехнулся посыльный. – За большие деньги речь шла. Такого без пригляду не оставят теперича.
– Добре, – понимающе усмехнулся Шатун. – Значит так. Ворам передай, я их искать не стану, но ровно до тех пор, пока они крови сторонятся. Как кому кровь пустят, пусть лучше сами из города бегут. В этот раз живых брать не стану. Запомнил?
 
– Не изволь сомневаться, ваше благородие, – истово кивнул мальчишка, на секунду переставая жевать. – Все как есть обскажу.
– Молодец. Тогда дальше слушай. Гуся того вечером показать надо будет. Пусть воры человечка своего сюда, к воротам пришлют. Я с ним казака своего отправлю. Самому мне ходить не с руки. Приметен больно. Но пусть учтут, ежели я гуся того трясти начну, и он скажет, что никого нанимать не собирался, с них спрос будет.
– Вот те крест, ваше благородие. Сам видел, как он с ворами баял, – быстро перекрестился мальчишка. – Воры потому и решили его тебе сдать, что знают, лютый ты. Лютый, но честный. И слово свое завсегда держишь. Им из города уходить некуда. Вот и решили, что дружить с тобой проще, чем вражду иметь.
– Правильно решили, – кивнул Шатун. – Воровство по полицейской линии проходит, и я этим заниматься не стану. А вот убийства, а тем паче сношений со всякими лазутчиками мутными, не прощу. Кто гуся показывать станет? Ты?
– Не, воры пришлют кого, – мотнул посыльный давно не мытой головой.
– Передай им, чтобы и тебя с тем человечком прислали.
– Зачем это? – насторожился мальчишка.
– Чтобы я знал, что человечек тот от них. Заодно и поешь тут, – буркнул Руслан, заметив, с каким сожалением мальчишка отдает пустую миску.
– Благодарствую, ваше благородие, – низко поклонился мальчишка и, легко сбежав с крыльца, моментально выскочил за ворота.
Предупредив казаков, что этого мальчишку, как появится, сразу звать во двор, Руслан вызвал Васятку и, посадив его с книжкой на крыльце, отправился к себе в кабинет. Часа через три Васятка, просочившись в дверь, дернул его за рукав и заговорщицким шепотом поведал:
– Там сирота тот пришел, что от воров. Его Петькой зовут.
– Ты его знаешь? – удивился Руслан.
– Видел, – кивнул мальчишка. – С нищими у паперти гуртуется. А с ним Санька Губа еще.
– А это кто? – не понял Руслан.
– Маруха одна. На доверии ворует.
– Баба, что ли? – продолжал недоумевать Шатун.
– Ага, девка.
– Ну, пошли, – качнув головой, поднялся Руслан.
Они снова вышли на крыльцо, и Руслан с интересом уставился на весьма молодую, фигуристую девицу, одетую не очень дорого, но со вкусом. Почему ее прозвали Губой, Шатун так и не понял. Губы у девчонки были вполне себе привлекательными. Стоя рядом с навесом, где обычно сидел дежурный наряд казаков, девица вовсю строила им глазки, при этом успевая отмечать все, что происходило вокруг. Уже знакомый Шатуну посыльный, приметив появившегося Руслана, дернул девицу за рукав, и та, оборвав разговор, решительно двинулась к крыльцу.
– Вечер добрый, ваше благородие, – мило улыбнулась девица, ловко присев в книксене.
– Добрый вечер, сударыня, – кивнул Шатун. – Это вы должны будете показать того гуся?
– Истинно так, ваше благородие. Я его уже второй день по городу вожу. Все места, где бывает, знаю.
– Добре. Еще что-то мне передать хотите?
– Точно так, ваше благородие. Воры просили передать, что все поняли, и крови никто из них не допустит. А лазутчиков и налетчиков всяких сами вам сдавать станут. Им своя жизнь дороже.
– Правильная позиция, – одобрил Руслан. – Серьга, – окликнул он одного из казаков. – Прогуляйся с девицей, сопроводи по городу, развлеки малость. Вот, держи, – протянул он казаку несколько ассигнаций. – Я тебе уже говорил. Со стороны все должны решить, что у вас свидание. Она тебе человека покажет, как бы не тот наш хлыщ оказался, что Митричу грозил. Глянешь, а после все мне обскажешь. Понял?
– Не изволь сомневаться, княже. Сделаю, – решительно кивнул казак, аккуратно убирая деньги.
– И не скупись. Чай, с девицей красивой гулять будешь, а не с шалавой подзаборной, – подмигнул ему Руслан, заметив, как девица слегка порозовела от удовольствия.