Заметки графской любовницы (СИ)
— Точно! Кхм-х… — я прокашлялась, вытирая с листа вылетевшие изо рта ошметки каши, — Точно… Связи должны быть повязаны на мне! На мне!
Вместе с герцогом я три раза ездила в дипломатические поездки в Восточное Княжество, и успела завести там пару вполне перспективных знакомств… Точно! И как я сразу об этом не подумала? Нужно написать им самой, а не просить об этом главу министерства, как планировалось изначально…
— Но тогда мне могут ответить не сразу, а то и вообще не ответить… — и все же я быстро выписала имена всех, к кому даже только в теории могла обратиться.
Я застыла на мгновение, вглядываясь в окно. Сколько я буду ждать ответа? По магпочте письма могут доставить уже сегодня.
— Дорого… — мысль о деньгах промелькнула мимолетной грустью, но быстро улетучилась.
Не важно, что дорого — был бы толк. Солнце уже окончательно встало, освещая кухню до бела. Облака сегодня были похожи на… как там говорила княжна? Размазанное по хлебу масло?
— А если спросить княжну?
Я дернулась в сторону до сих пор не разобранных коробок с книгами, в поисках тех, в которые можно было бы запихнуть пару статеек из газет для княжны, которые я вчера нашла. Приду к ней сама, без приглашения. Вроде, она не слишком-то заморочена такими формальностями и вспоминает о них, только когда ей надо кому-то нагадить… Надо попробовать хоть с кем-нибудь договориться не через министерство, но выставить все так, что сама я вроде как не причем. Просто так сложилось! Познакомились, например, в прошлом году на балу и человек, узнав о проекте, выразил желание поучаствовать. А тут знакомое имя!
Все знают, что в княжестве договариваться о сделках на всех уровнях предпочитают с конкретными людьми, и страсть как не любят, когда посреди переговоров люди меняются.
Я даже не пыталась сдержать широкую улыбку.
Глава 6. День Х
«Физическая активность улучшает самочувствие… Вот такие дела.
— — — зайти в отделение почты;
— — — купить по пути обратно бутылку вина на случай, если все пройдет хорошо (или на случай, если все пройдет плохо)»
Проснулась я еще до рассвета. Да и спала, мягко говоря, беспокойно, то и дело просыпаясь от слишком ярких, беспокойных снов, содержание которых утекало, стоило разлепить веки. В конце концов решила себя не мучать — завтра выходной. Чем бы день ни закончился, отоспаться нормально я смогу.
Еще вчера вечером, перечитывая десятый раз план отчета по программе культурного обмена, который мне сегодня предстоит представить, я была уверена, что все замечательно и я на коне. Но стоило сонной голове пройтись мыслями по пунктам один за одним, к каждому появился ворох вопросов и претензий. Раньше в такие моменты я дергалась тут же перепроверять, доделывать и переделывать, костеря себя на чем свет стоит… Сейчас же, уже наученная опытом, усилием воли задержала себя в постели.
Села спокойно, не торопясь переплела косу и успокоило дыхание. Сейчас не торопясь выпью чашечку кофе, а может даже позавтракаю. Полистаю газетку, а потом уже степенно и величаво вплыву в кабинет! И спокойно — спокойно! — перечитаю все на свежую голову. От суматохи лучше не станет точно, только саму себя задергаю. А на докладе я должны выглядеть уверенно, а не как провинившаяся напуганная девчонка.
За последние дни, слегка потратившись (спустив все, что оставалось до следующей зарплаты), я написала всем, с кем хотя бы шапочно была знакома и кто мог быть полезен. Благодаря рекомендации княжны мои домогательства даже выглядели прилично! И трое даже ответили. Один выразил заинтересованность в самом проекте, но обсуждать подробности захотел с профессором, с которым, как оказалось, знаком уже не первый десяток лет. Второй выразил заинтересованность, но не слишком активную. С этим фруктом еще придется попереписываться месяцок-другой, прежде чем он захочет дать какой-то ответ. Но все окупал третий.
Радилар Домских. Казначей Восточного Княжества. В мою последнюю поездку на меня неожиданно повесили заботу о его малолетней внучке. С одной стороны, это было совершенно неуместно, конечно. Но я тогда на собрании была единственной женщиной, а малявка не хотела сидеть со служанками, а хотела поважничать на собрании с серьезными дядями, и добрый дедуля не хотел ее расстраивать. Мужчины посчитали, что важничать на серьезном собрании хорошеньким девочкам будет как раз очень весело вдвоем. Я была с этим в корне не согласна, тем более, что детей я в принципе любила только на расстоянии и то — не сильно. Еще когда я жила дома, младшие сестры никогда не вызывали у меня особого умиления, скорее раздражали своими назойливыми капризами и жалобами на меня родителям по любому поводу.
С мелкой девчонкой Домских мы, как ни странно, поладили. Поначалу я, конечно, пыталась быть с ней ласковой и милой, как предки, так сказать, завещали, но маленькая поганка была совершенно невыносима! Она выделывалась и капризничала даже не потому, что ей что-то не нравилось, а чисто из любви к искусству. В конце концов я не выдержала и подстроила ей мелкую, но неприятную пакость, выставив ее же виноватой. А потом торжественно защитила от гнева старших.
Умничка быстро просекла, что опыт общения с мелкими капризными змеюками у меня есть, а вот сострадания к малолетнему возрасту и умиления пухлым щечкам — ни капли. Когда все маски были сброшены, мы с ней очень даже нашли общий язык, и даже еще пару раз выбирались погулять. За капризной наружностью оказался вполне любопытный и даже где-то милый зародыш человека. А в позапрошлом месяце я не забыла отправить ей в подарок на день рождения одну очень хорошую книгу про морских чудовищ.
Маленьким злобным девочкам такое же должно нравиться? Мне в детстве нравилось! Я сестер картинками из книги пугала.
Вообще Казначей Княжества считался человеком очень замкнутым и неуступчивым. Его невозможно было подкупить, заболтать и подхалимов он терпеть не мог. В общем, поладить с ним могли очень и очень немногие. Я даже не рассчитывала как-то ему запомниться. Уже потом, много позже, я узнала, что одна слабость у него все же была.
Его прелестная маленькая внучка. У Домских было семь сыновей, шестнадцать внуков и только одна-единственная внучка, которую он любил, кажется, больше всего на свете и баловал так, как ни одной принцессе не снилось. И через нее многие пытались к нему подобраться. Вот только маленькая внучка была с таким норовом, что даже ее угрюмому деду понравиться было легче.
В общем, завоевав между делом ее симпатию, я автоматически завоевала и его, видимо. И Домских в достаточной мере прямо выразил желание вести переговоры на тему финансирования с их стороны именно со мной. Какая большая рыба угодила мне в сети, и ведь главное — совершенно случайно!
Если меня после такого попросят, это может стать проблемой. Нет, конечно, до Казначея они в конце концов доберутся, никуда он от них не денется, но на какие уступки придется пойти, чтобы сгладить раздражение от перестановки кадров? Дипломаты княжества это страсть как не любят!
Я пригубила кофе и обвела карандашом довольно остроумную статью про отношения принца и княжны.
— Ну и распоясались эти писаки последнее время! — нахмурилась я.
С завтраком было покончено, и я пошла в кабинет. Все необходимое с вечера было разложено в аккуратные стопки. Я уселась в свое мрачное кресло, сделала глубокий вдох и выдох, стараясь вымести из мыслей всю нервную суматоху, и принялась еще раз просматривать, стараясь представить себя в роли придирчивого слушателя. Внесла пару незначительных правок.
Сегодня я решила надеть юбку вместо брюк. Не хотелось даже в мелочах мозолить глаза, раз уж я собираюсь не дать им шанса сделать так, как они бы хотели. Еще раз зачем-то поправила и без того аккуратную прическу.
— Все хорошо. Все хорошо, — я смотрела на свое отражение, — Я тихо и незаметно загоню их в угол, что у них просто вариантов не останется. Они от меня не отцепятся. Я же как репей, да?