Кровавые розы (ЛП)

Если он был достаточно близко, чтобы так ясно чувствовать запах других ликанов, то и они были достаточно близко, чтобы слышать его.
— Не говоря уже о том, чтобы тащить меня в эту часть района.
— Если то, что они мне сказали, правда, подозреваю, это будет стоить причинённых неудобств, — сказал Корбин, не отставая от него ни на шаг.
Джаск завернул за угол.
Двое молодых ликанов стояли за открытым дверным проёмом, прислонившись спинами к стене. Их взгляды были устремлены прямо перед собой, как у рядовых на учениях.
Когда Корбин вошёл в комнату, Джаск уже стоял прямо перед ними. Он взглядом впился в серые глаза Самсона, а затем в глаза Рони.
Ни один из них не осмеливался поднять на него глаза. Ни один из них не осмеливался заговорить.
Рони нервно откинул свои светлые волосы с глаз и чуть шире расставил ноги, сложив руки за спиной.
— Тебе особенно виднее, — сказал он ему, юноша всё ещё не мог встретиться с ним взглядом.
Рони кивнул.
— Джаск, ты наверняка захочешь это увидеть! — крикнул Корбин.
Джаск переступил порог в тёмную каменную комнату. Единственным источником света были две свечи, которые вот-вот должны были догореть на деревянном столе, стоявшем в центре. Твердеющий воск стекал по винным бутылкам, которые их держали.
Он обошел стол, чтобы лучше разглядеть закованную в кандалы фигуру в дальнем левом углу комнаты.
Голова опущена, копна тёмных волос скрывала её лицо. Её руки были раскинуты, тонкие запястья привязаны к ржавым обручам на каждой соседней стене.
Два тела вампиров лежали на полу перед ней. Оба с искажёнными лицами. Из ртов, глаз и ушей сочилась свернувшаяся кровь. Их тела были скрючены, конечности одеревенели и искривились от мучительной смерти.
Он оглянулся на женщину, частично скрытую тенями.
— Рони сказал, что они вошли как раз в тот момент, когда вампиры начали кормежку. Спазмы начались мгновенно, — объяснил Корбин.
Джаск подошёл к ней, остановившись всего в полуметре. Он ожидал увидеть, как минимум, испуганный взгляд, но она даже не вздрогнула. Она даже не подняла головы.
Он опустился перед ней на корточки.
И всё же она не дрогнула.
Он откинул назад её немытые коротко подстриженные волосы и нежно взял её за подбородок, чтобы наклонить голову так, чтобы ей пришлось посмотреть на него.
Далёкие от страха и душевной травмы, которые должны были свидетельствовать о её затруднительном положении, злые, энергичные карие глаза сердито смотрели на него сквозь размазанные дымчато-серые тени для век. Маска из густого макияжа придавала ей суровый вид, но её красивые черты были мягкими, моложавыми — самое большее, лет двадцати пяти — тридцати с небольшим. И судя по тому, как она вырвала свою челюсть из его хватки, она привыкла заботиться о себе или, по крайней мере, была готова к этому. Порезы и ссадины на её щеке и брови, не говоря уже о намёке на синяк на челюсти, говорили ему, что она не сдалась без боя. Но, судя по плохо сидящей чёрной толстовке и армейским брюкам, которые были на ней, в ту ночь она определенно была одета не для охоты. По крайней мере, не для соблазнительной охоты.
Он снова схватил её за подбородок и откинул волосы назад, решив осмотреть шею. Укус на шее был измазан засохшей кровью. Как и её внутренняя сторона руки.
— Определённо, пиршество пошло наперекосяк, — сказал Джаск. — По крайней мере, для них.
Её дерзкий взгляд по-прежнему был прикован к нему.
— Так… так, — сказал он. — Разве ты не самая интересная из них? Но я не вампир, милая, так что этот ядовитый взгляд на меня не действует.
— Я знаю, что ты, — сказала она, и в её тоне было столько же оскорбления, сколько и в её сердитом взгляде. — И я знаю, кто ты такой. Ты ручной ликан Кейна Мэллоя, верно, Джаск?
Он не мог не улыбнуться её самообладанию, целеустремленному подстрекательству в её тоне, несмотря на то, что её дерзость мгновенно подействовала ему на нервы.
— А как тебя зовут, сладкая?
Она слегка приподняла брови, её взгляд был непоколебим.
— Похоже, у нас появилась заноза в заднице, — сказал Корбин, складывая руки.
 
— Похоже, у нас появилась серрин, — заметил Джаск. Он уговаривающе задержал на ней взгляд. — Но нет ничего такого, что нельзя было бы приручить.
Она задержала дыхание, что было бы незаметно для человеческого уха, её глаза вспыхнули от негодования.
— О, да, ведьма, — сказал он. — Я тоже точно знаю, кто ты такая.
Он слегка наклонил голову набок и сжал её челюсть ровно настолько, чтобы дать ей понять, кто здесь главный.
— И ты не могла не появиться в более подходящее время.
— КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ —
Переведено для группы  https://vk.com/booksource.translations
Заметки
[
←1
]
Плимсоллы — тип спортивной обуви с холщовым верхом и резиновой подошвой, первоначально разработанная как пляжная одежда.
[
←2
]
Эскапология — это практика бегства от ограничений или других ловушек. Эскапологи избегают наручников, смирительных рубашек, клеток, гробов, стальных ящиков, бочек, мешков, горящих зданий, аквариумов и других опасностей, часто в сочетании.