Кровавые розы (ЛП)
Открылась дверь и сжалась на кровати. Она замерла, когда Калеб вошёл внутрь и быстро окинул её взглядом. Даже мимолетный зрительный контакт заставил её пульс участиться.
Фейнит последовала за ним внутрь, телохранитель остался снаружи.
Её большие серые глаза расширились, когда она сердито посмотрела на Лейлу свысока. Она сделала несколько шагов ближе, пока не оказалась на верхней ступеньке, нависая над ней. Она прищурилась, увидев раны на шее Лейлы, затем резко повернула голову в сторону Калеба.
— Что это?
— На что это похоже?
— Ты её кому-то скармливал? — она повернулась к нему лицом. — Я же говорила тебе, что её нужно сохранить. Не использовать для твоих личных наказаний. Каждая капля её крови…
— Я её никому не скармливал. Я сам кормился.
Фейнит уставилась на него.
— Ты? Это невозможно, — сказал Фейнит. Она посмотрела на Лейлу, потом снова на Калеба. — Ты не можешь.
— Могу, если она больше не серрин.
Он знал. Её пульс участился. Откуда, чёрт возьми, он узнал? Должно быть, он почувствовал это именно так, как она и предполагала. Тогда во что же он играл?
Глаза Фейнит расширились, затем сузились.
— Это что, какая-то шутка, да? Какая-то игра?
— Боюсь, что нет. Не в этот раз. Она потеряла свой дар. Просто и незатейливо. То, что мы сейчас имеем здесь, это просто обычная маленькая ведьма.
Глаза Фейнит вспыхнули.
— Не будь таким смехотворным! Она не может его потерять.
— Очевидно, что может, — он скрестил руки на груди. — Но это всё моё роковое обаяние.
— О чём ты говоришь?
— Ты тоже не знала? Похоже, она совершила величайшее предательство серрин, пришла и влюбилась в меня, — он пожал плечами. — Очевидно, это может случиться.
У Лейлы кровь застыла в жилах.
Фейнит нахмурилась.
— Но это же нелепо! Она рождена ненавидеть наш вид точно так же, как мы инстинктивно презираем её. Серрин не может испытывать таких чувств ни к одному из нас. Не больше, чем мы можем что-либо чувствовать к одной из них. Такого никогда не было и никогда не будет.
— Может быть, тебе нужна демонстрация? — спросил Калеб, поглядывая на неё через плечо, пока спускался к ней по ступенькам.
И он подмигнул Лейле. Повернувшись к Фейнит спиной, он на самом деле подмигнул ей. Её сердце пропустило удар.
Калеб опустился на колени позади неё, взял её запястья в свои руки, соединив их вместе, прежде чем выставил их перед ней, одной рукой удерживая оба её запястья вместе.
— Неужели в это действительно так трудно поверить, Фейнит? — спросил он, убирая волосы с лица Лейлы и нежно заправляя их ей за ухо.
Он взял её за подбородок, откидывая её голову к себе на плечо.
Она вздрогнула, когда он провёл своими резцами по её горлу, ровно настолько, чтобы у неё пошла кровь, и он смог слизать её.
— Она восхитительно сладкая, — сказал он, снова поднимая взгляд на Фейнит. — Тебе стоит попробовать немного.
Глаза Фейнит расширились, затем сузились, пристально глядя на Лейлу.
— Ты маленькая глупая сучка, — прошипела она, делая шаг к ней.
— Успокойся, Фейнит, — сказал он, снова вставая и преграждая ей путь. — Ты же не собираешься винить девушку за то, что она влюбилась в меня, не так ли? Только не ты из всех людей. Ты должна понимать это лучше, чем большинство других.
Взгляд Фейнит сузился.
— Ты сделал это нарочно! Ты заставил её влюбиться в тебя, чтобы провернуть это со мной!
— Всё всегда касается тебя, не так ли, Фейнит?
Она нахмурилась.
— Тогда скажи мне, Калеб, — сказала она с нотками негодования в голосе. — Эти чувства взаимны?
Внимание Лейлы переключилось на Калеба, когда намёк на улыбку коснулся не только его губ, но и глаз.
Фейнит коротко выдохнула и двинулась, чтобы пройти мимо него.
— Я забираю её с собой.
Он встал перед ней.
— Нет, не забираешь.
Фейнит встретилась с ним взглядом.
— Да, забираю. И я хочу, её имя, Калеб. Её полное имя.
Она оглянулась, и её серые глаза снова остановились на Лейле.
— У тебя есть сёстры, милая? Потому что, если они у тебя есть, я собираюсь их найти.
Инстинктом Лейлы был желание отомстить, но она знала, что не сможет этого сделать. Она не могла дать ни малейшего намека на правду.
— Уходи, Фейнит, — сказал Калеб завораживающе спокойным, контролируемым тоном. — Как будто этого никогда не было. Ты никогда её не видела. Ты ничего о ней не знаешь. И ты будешь держаться подальше. Потому что, если ты когда-нибудь снова будешь угрожать моему брату, моему бизнесу или мне, произнесёшь хоть одно слово из всего этого кому бы то ни было, появятся изображения наших очень интимных, очень грязных, очень развратных моментов, которые я снимал на протяжении многих лет, на каждом пятнадцатиметровом экране, который может предложить этот район. Тогда твои избиратели, Джарин, весь гребаный Высший Орден смогут точно увидеть, с кем они имеют дело. Они будут знать обо всех твоих самых тёмных и развратных желаниях, не говоря уже о том, что ты передала искупление Сета своему возлюбленному. Я уничтожу тебя в этом месте, Фейнит.
Она нахмурилась ещё сильнее.
— У тебя нет таких записей. Ты лжёшь.
— Я могу дать тебе копии, если хочешь. Они очень интересны для просмотра. Поделись ими с Джарином. Он мог бы узнать кое-что о том, что на самом деле тебя заводит.
Её глаза вспыхнули яростью.
— Ты не посмеешь.
— Ну же, Фейнит, — он ухмыльнулся. — Все те ночи, которые мы провели вместе; всё, что мы делали вместе… и ты до сих пор не знаешь меня. Ты всегда была слишком занята тем, что замечала себя, не так ли? Открой глаза и впервые посмотри, с чем ты столкнулась. И послушай меня, когда я советую тебе держаться от меня как можно дальше. Потому что, если ты этого не сделаешь, я обещаю тебе, что буду тем, кто тебя уничтожит. А ты не хочешь видеть во мне врага, Фейнит. Ты поистине не хочешь.
Её губы дрожали от ярости, когда она пристально смотрела на него.
— Ты мог бы получить всё это.
— Я не хочу всего этого, — он пренебрежительно смерил её взглядом. — И я уж точно не хочу тебя.
Её глаза пылали негодованием, губы были плотно сжаты.
— Ты совершаешь ошибку, — процедила она сквозь стиснутые зубы.
— Не больше, чем та, на которую сейчас я смотрю, — сказал Калеб.
Он подошел к двери, набрал код и открыл её.
Она сердито посмотрела на Лейлу, потом снова на Калеба, затем развернулась на каблуках и выбежала из комнаты.
Калеб закрыл дверь, а потом снова повернуться лицом к Лейле. Его зелёные глаза были тревожно непроницаемы. И когда он посмотрел на верхнюю ступеньку, напряжение сжало её грудь до такой степени, что она подумала, что она вот-вот лопнет.
Фейнит была одной проблемой, с которой он разобрался.
Каждый инстинкт подсказывал ей, что она следующая.
ГЛАВА 32
Фейнит плюхнулась на заднее сиденье машины. Она впилась ногтями в чёрное обивку салона, и её хмурый взгляд отразился от затемнённого стекла, разделявшего её и телохранителя.
Она посмотрела на отражение своей помощницы и почувствовала, как её выжидающий взгляд впивается в неё.
— Полагаю, всё пошло не по плану? — заметила Хесс.
Фейнит сердито посмотрела в выжидающие голубые глаза Хесс, прежде чем снова уставилась на своё отражение.
— Он выдвигал какие-нибудь дополнительные требования? — спросила Хесс.
— Нет.
— Так что же произошло?
— Калеб Дехейн поимел не того вампира Высшего Ордена, вот что произошло.
— Он отказывается выдать её?
— Хуже, — заметила Фейнит и встретилась с обеспокоенным взглядом Хесс. — Она потеряла дар. Глупая маленькая сучка потеряла его.
— Потеряла? Что значит, она потеряла его?
— А ты как думаешь, что я имею в виду? Как ещё мне это сказать?
— Ты уверена?
Фейнит приподняла брови. Она была на грани того, чтобы использовать Хесс в качестве груши для битья, в которой она очень сейчас нуждалась. И она могла бы это сделать, если бы эта женщина не была такой талантливой, такой эффективной, такой незаменимой.