Кровавые розы (ЛП)
— Ты умрёшь, и нам понадобится запасной вариант, — сказал он. — Софи или Алиша — очень подходящие замены. Особенно учитывая, что они уже находятся в этом районе. Всё как никогда кстати.
Лейла прищурила глаза.
— Если ты дотронешься до любой из них…
— И что? — он подошёл так близко, как только мог, и в воздух взметнула пара искр. — Что ты собираешься сделать оттуда? Как ты собираешься защитить своих сестёр из своей маленькой клетки?
Сердце Лейлы грозило выскочить из грудной клетки, когда она пристально посмотрела на него.
— Оставь их в покое.
— Тогда выйди из круга, Лейла. Ты знаешь, что единственная, кого я действительно хочу, это ты. Остаться там и истечь кровью до смерти или позволить себе умереть с голоду, результат один и тот же — это всё равно самоубийство.
Насмешка, угроза и обещание в его тоне, решимость в его глазах заставили её сердце сжаться ещё сильнее.
— Либо ты позволяешь своим сёстрам занять твоё место, либо бросаешь эти гвозди, выходишь сюда и впервые в жизни встречаешься лицом к лицу с тем, кто ты есть.
— Даже если я выйду, у меня нет гарантии, что ты оставишь их в покое.
— Прекрасно, — сказал он, отворачиваясь. — Поступай по-своему.
— Подожди!
Она подошла к краю круга.
Он медленно повернулся к ней лицом. Слегка приподняв брови в ожидании.
Она затаила дыхание, вытерла влажные ладони о платье.
Она проиграла. Она взяла его на слабо и проиграла. И промедление сделает всё только хуже. У неё не было выбора, кроме как попробовать единственный оставшийся у неё вариант. И она должна была сделать это правильно с первого раза. Она не могла всё испортить.
Он быстро окинул её пристальным взглядом, прежде чем снова повернулся к ней спиной и исчез за порогом в коридоре.
Она крепко зажмурила глаза и плотно стиснула челюсти. Снова открыв глаза, она позволила гвоздям со звоном упасть на пол, а затем переступила черту.
— Я же сказала, подожди!
Она достигла порога и отшатнулась. Калеб стоял прямо за дверью, ожидая её. Он упёрся рукой в стену и не сводил с неё угрюмого взгляда.
Она пятилась назад с каждым шагом, который он делал по направлению к ней, настороженно не сводя с него пристального взгляда.
— Разумный выбор, — сказал он.
— Ты не оставил мне выбора, — ответила она, снова отступая в круг. — Ты никогда не даешь мне выбора.
— Вовсе нет, Лейла. Я просто выбираю варианты.
Он шагнул в круг вместе с ней, заклинание ослабло с её выходом.
— Но я восхищаюсь тобой. Ты так расчетлива под давлением. Должно быть, было нелегко оставаться на шаг впереди. Находчивая, расчётливая и жёсткая переговорщица. Любая серрин могла бы тобой гордиться.
— Может быть, это и должно стать моей целью с этого момента. Возможно, ты прав. Может быть, мне следует, наконец, позволить этому свершиться. Ты же этого хочешь, верно?
— Ты наконец-то определяешь линии фронта, Лейла?
— Может быть, я просто подхожу к ним поближе, — сказала она, делая ещё один осторожный шаг назад. — Самое время мне это сделать, не так ли?
Он улыбнулся, сделал ещё один шаг вперёд и уперся в стену. Невидимую стену. Его взгляд мгновенно упал на линию, от которой его нога была менее чем в сантиметре. Затем он уставился на Лейлу.
ГЛАВА 23
Его медленно бьющееся сердце встревожено подпрыгнуло. Паника и гнев нахлынули на него, словно всепоглощающая волна.
Лейла скрестила руки на груди и слегка наклонила бедро в сторону в вызывающей манере, столь нехарактерной для неё. Её взгляд намеренно и вызывающе устремился на него.
Он почувствовал, что выходит из себя, а возмущение тем, что она обманула его, лишь усиливало его мгновенную реакцию на любую угрозу.
— Что, твою мать, ты сделала? — тихо прошипел он.
Лейла направилась к двери, но вместо того, чтобы уйти, вынула ключ из замка с противоположной стороны. Она закрыла дверь, всё ещё находясь в комнате, и заперла её на ключ.
— Полагаю, ты не хочешь, чтобы твой брат был замешан в этом.
Джейк — мысль о том, что он один за дверью, в такой же степени ускорила его ярость.
— Я задал тебе вопрос, — сказал он, наблюдая, как она возвращается к нему.
— Ты можешь переходить черту, только пока я с тобой в кругу, — заявила она.
— Ты меня подставила?
Она пожала плечами и снова скрестила руки на груди, стоя прямо перед ним.
— Ведь именно этим занимается мой вид, не так ли? По крайней мере, так ты мне неустанно твердишь об этом. Так чему же ты так удивляешься, Калеб?
Его зелёные глаза сузились.
— Ты маленькая хитрая сучка.
Несмотря на тревогу в её глазах, вспыхнувшую от яда в его тоне, она не дрогнула. Но он мог слышать её отчетливое дыхание — неглубокие вздохи паники, которые она отказывалась показывать каким-либо другим способом. Она училась обуздывать свой страх. Она училась справляться с этим.
Менее чем за два дня она продвинулась вперёд — превратилась в серрин, которой ей было суждено стать. И он запустил этот снежный ком. Какая-то часть его, даже несмотря на гнев, испытывала острую боль из-за того, что он сделал её такой. Он хотел увидеть серрин, и теперь он смотрел на неё — на эту расчётливую решимость и отказ быть побеждённой вампиром любой ценой. И это злобно кусало его в зад.
— Кажется, недолетка готова к полету, — сказал он.
— И ты получил именно то, что хотел, — сказала она, и её глаза наполнились обвинением. — Молодец, Калеб.
Но его брат в пентхаусе, а он этого явно не хотел. Не без какой-либо возможности что-либо с этим поделать. Неприятное чувство беспомощности пронзило его самоконтроль, распутывая хрупкие нити, которые удерживали эти подавленные чувства в узде. Он сдержал свой гнев.
— И что теперь?
— А как ты думаешь? Код от этого пентхауса и от комнаты Алиши бесполезен, если я не знаю, где она.
Он напряжённо выдохнул, улыбнулся.
— Всё здание заперто до наступления сумерек. Даже если я скажу тебе, ты никуда не уйдешь.
— Предоставь мне самой побеспокоиться об этом.
Он подошёл к краю круга, так близко к ней, как только мог. Он остановился в нескольких сантиметрах от невидимого барьера.
— Это очень плохой ход, Лейла.
— Может быть, с того места, где ты стоишь. Отсюда этот ход ощущается как шах и мат. Особенно когда твой брат находится прямо за этими стенами. Напомни мне ещё раз, насколько он устойчив к искушениям?
Холодный жар ярости пронёсся по его телу. Если бы не её заклинание, он бы уже прижал её к стене. Или к полу. В тот момент ему было всё равно, куда именно.
— Только тронь его, и я убью тебя.
— Насколько я понимаю, ты всё равно собираешься меня убить. Если, конечно, тебе удастся выбраться из своей новой клетки. О, и просто чтобы ты знал… это может произойти, только пока я ещё дышу.
Такое сжатие в груди он чувствовал всего три раза: когда нашёл Сета, держа Джейка в своих объятиях всего две ночи назад, а затем впервые посмотрев в глаза высвобожденной серрин.
И она была разнузданной. Верёвки и кандалы на его запястьях и лодыжках мгновенно превратились из сексуальной игры в ограничители. Жестокость в её безжизненных глазах, когда она мучила, насмехалась и подчиняла его себе в последующие дни — использовала его не более чем как игрушку, чтобы удовлетворить свой садизм в той же мере, что и свои желания.
Никогда больше он не потеряет контроль. Он никогда не окажется беспомощным в руках другой серрин.
И он не потеряет ещё одного брата из-за кого-то из них.
Сейчас было не время давать волю своей ярости. Пока ещё не время. Лейла не выйдет из здания. Это был факт.
В первую очередь речь шла о спасении Джейка.
За этим последует её наказание.
— Итак? — спросила она. — Ты готов принять правильное решение?
Он заставил себя улыбнуться.
— Мне нравится эта твоя сторона. Она намного облегчает мои планы относительно тебя.
— Жаль, что тебе придётся отложить их на потом. Где она, Калеб? Или я пойду и спрошу Джейка. И я не буду нести ответственность за него.