Усмиритель душ (СИ)

 У старушки, рыдающей на капоте машины, вдруг закатились глаза, и она упала в обморок. Этого Го Чанчэну хватило, чтобы собраться с силами и протиснуться вперёд.
 — Пропустите, пожалуйста, пропустите!
 Вытащив своё удостоверение и ключи от машины, он бросил их одному из мужчин, которые помогали старушке выйти:
 — Возьмите мою машину и отвезите её в больницу!
 Тот удивлённо посмотрел на карточку в своих руках.
 — А?
 — Извините, давайте меняться, — тотчас сообразил Го Чанчэн и сунул ему ключи, а удостоверение показал полицейской. — Не могли бы вы проводить меня к своему начальству? Дело срочное.
 Она окинула его изумлённым взглядом:
 — Вы что, большой начальник из города Дракона?
 — Нет-нет, я никакой не начальник. Два дня назад мы отправили сюда человека — расследовать убийство. Соответствующие бумаги должны быть в вашем архиве. Вчера наш человек пропал, и шеф прямо сейчас находится на месте преступления. Он отправил меня сюда, чтобы я мог предупредить местное население. — Договорив, он, несмотря на холод вокруг, утёр со лба пот и продолжил гораздо увереннее, чем от себя ожидал: — Вы все пришли сообщить о происшествии? У вас кто-то пропал?
 Вокруг закивали.
 — А… Ладно… Как это произошло?
 С тем же успехом он мог бы ткнуть палкой в осиное гнездо. Люди загалдели разом, словно пять тысяч уток заквакали одновременно, и от поднявшегося шума у Го Чанчэна зашумело в ушах, как при гипогликемии. Пытаясь держать себя в руках, он торопливо ощупал карманы штанов: его социофобия в такой ситуации запросто могла бы заставить электрошокер выпустить нехилый заряд на несколько тысяч вольт. Го Чанчэн не хотел навредить гражданским.
 Однако, к его собственному удивлению, происходящее пугало его гораздо меньше, чем обычно.
 Спрашивая о помощи и задавая вопросы, Го Чанчэн всегда чувствовал себя не в своей тарелке: словно досадная помеха, которая ничего не понимает и всем только мешает. Поэтому других людей он побаивался и обычно стеснялся даже смотреть им в глаза. Однако стоило кому-то в его окружении попасть в беду, и Го Чанчэн отчего-то забывал обо всех своих проблемах, включая социофобию.
 Вот и сейчас он замахал руками, привлекая внимание толпы:
 — Я ничего не слышу, — заявил он, сообразив, что нужно делать. — Поступим так: я буду задавать вопросы, а вы в ответ — поднимать руки, договорились? Те из присутствующих, кто пришёл заявить о пропавшем друге или родственнике… Все они работали в курортном городке? Если так и есть, поднимите руку.
 Множество рук разом взлетели в воздух. Полицейская удивлённо распахнула глаза: до этого момента её беспокоило только всеобщее волнение и вопрос, как скоро можно завести дело о пропавшем взрослом, но теперь всем стало предельно ясно, что произошло что-то действительно серьёзное.
  
 У Го Чанчэна прояснилось в голове.
 — Если вы уверены, что ваши близкие пропали в курортном городке, оставьте руку поднятой. Если у вас нет этому подтверждений, прошу вас на время опустить руку.
 Несколько рук нерешительно опустились, а затем так же нерешительно поднялись снова.
 — Шеф, можно мне сказать? — спросил какой-то мужчина.
 — Я не шеф… Говорите, говорите, пожалуйста.
 — Моя сестрёнка работает в ресторане на территории ратуши, и вчера вечером она не вернулась домой. Раньше такого никогда не случалось, и вся семья ужасно волнуется. Посреди ночи мой отец, старший брат и муж моей сестры отправились поискать её вдоль дороги, которой она ходит на работу, и все трое тоже растворились в воздухе — я ни с кем из них не могу связаться. Поэтому утром я сразу пришёл заявить о пропаже. — Глаза мужчины покраснел от слёз, но говорил он ровно, пытаясь оставаться спокойным. — Шеф, подумайте сами. Пропажа молоденькой девушки — это одно, но что могло случиться с тремя взрослыми мужчинами? Здесь творится что-то очень плохое!
 Его рассуждения были абсолютно верны. Даже не зная, что на самом деле происходит, Го Чанчэн понимал, что его собеседник совершенно прав.
 Окружающие, услышав эти слова, снова загалдели. Каждый из них лишился кого-то из близких, и беспомощное ожидание выводило их из себя. Несколько человек попытались протиснуться вперёд и рассказать Го Чанчэну о своих пропавших родственниках: всем очень хотелось услышать от молодого человека, который и бороды-то никогда не носил, какие-то слова утешения. Для них он был единственной надеждой.
 Некоторые люди, разволновавшись, начали грубо расталкивать других: на землю упала женщина с ребёнком на руках, и малыш громко заплакал.
 — Не толкайтесь, мы все тут в одной лодке! — закричали откуда-то.
 — Не наступите на ребёнка! Глаза разуйте! — потребовали с другой стороны.
 Воцарился хаос.
 Го Чанчэн отчаянно возжелал, чтобы сестрица Чжу Хун или шеф Чжао чудесным образом явились к нему на спасение.
 Стиснув свой телефон, он вспомнил о поставленной перед ним задаче. Назад дороги не было, и более того, он не мог позволить этим людям действовать необдуманно. Каждый из них переживал за кого-то другого… Как же их успокоить?
 В голове у Го Чанчэна было пусто. Что делать? Ему доверили эту задачу, в первый раз с момента вступления в должность доверили действовать самостоятельно. Разве осмелился бы он подвести коллег и всё испортить?
 Как бы поступил шеф Чжао? А братец Чу?
 Нельзя было позволить людям отправиться на место преступления.
 Го Чанчэн шагнул вперёд и снова замахал руками.