Усмиритель душ (СИ)
Юньлань хотел что-то сказать, но изо рта не вырвалось ни звука.
Время сдвинулось вперёд.
Донельзя растерянный, Чжао Юньлань снова оказался где-то в древности, и какое-то время не мог понять, кто он такой на самом деле: владыка Куньлунь — или смертный человек, пришедший из будущего и переполненный значимостью происходящего.
Охраняя тёмное зево прохода за Великой Печатью, он сидел, облокотившись на гладкую каменную плиту. Заняться ему было нечем, и потому день за днём он наблюдал за тем, как шевелятся ветви Древа Добродетели.
А затем рядом с ним начал ошиваться красивый мальчишка: словно маленький хвостик, он вечно был где-то рядом.
Сначала владыка Куньлунь не обращал на него внимания, но в какой-то момент не выдержал:
— Мы уже в твоём мире, чего тебе ещё нужно?
— Ты мне нравишься, — просто ответил юноша.
Куньлуня вечно распекали за его грубость и плохие манеры, а теперь ему, наконец, представился случай назвать грубым кого-то другого.
— Грубиян, — довольно протянул он, даже не пытаясь по-настоящему рассердиться.
Юный Король Призраков уставился на него в изумлении. Никакой грубости он в своих словах не заметил.
К тому времени Куньлунь уже много лет охранял Великую Печать, и его уже очень давно одолевала невыносимая скука.
— Что тебе во мне нравится? — любопытно спросил он.
— Ты красив, — выпалил юноша, и не думая скрывать свои чувства: они отражались на его подвижном лице, что было словно раскрытая книга. — Мне бы хотелось тебя обнять.
Владыка Куньлунь окинул смелого Короля Призраков быстрым взглядом: предложение его нисколько не обидело — скорее даже заинтересовало.
— Вот, значит, как ты за мной ухаживаешь? — хмыкнул он, желая поддразнить мальчишку. — Ты ещё не заслужил моего уважения.
Юный Король снова растерялся, не зная, что именно сделал не так, и покаянно опустил голову.
— Иди сюда, — с улыбкой подозвал его Куньлунь. — Так и быть, малыш, я кое-чему тебя научу.
Примечание к части [1] Название взято из цитаты Мэн-цзы: “Уважай всех стариков, как своих родителей, и всех детей, как своих детей”. - https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D1%8D%D0%BD-%D1%86%D0%B7%D1%8B
[2] Китайская традиция ходить в новый год в храм, чтобы помолиться и попросить богов об исполнении желаний и хорошем годе.
[3] Гуаньинь — персонаж китайской, вьетнамской, корейской и японской мифологии, божество, выступающее преимущественно в женском обличье, спасающее людей от всевозможных бедствий; подательница детей, родовспомогательница, покровительница женской половины дома. - https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D1%83%D0%B0%D0%BD%D1%8C%D0%B8%D0%BD%D1%8C
[4] «Путеше́ствие на За́пад» (кит. трад. 西遊記, упр. 西游记, пиньинь Xīyóujì, палл. Си ю цзи) — один из четырёх классических романов на китайском языке. - https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%83%D1%82%D0%B5%D1%88%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B8%D0%B5_%D0%BD%D0%B0_%D0%97%D0%B0%D0%BF%D0%B0%D0%B4
[5] Гуаньинь и в самом деле не имеет определённого гендера. Канон изображает бодхисаттву в женском обличье (эта традиция возникает не раньше XIV века), что является наследием добуддийских представлений о Гуаньинь, но согласно традиции бодхисаттвы не имеют пола.
Глава 87.
В начале времён великий мудрец Шэнь-нун спустился на Землю. Став целителем, он собрал и испробовал сотни целебных трав для спасения человеческих жизней. [1] Позже он начал передавать знания людям, и владыка Куньлунь не единожды прислушивался к его советам.
Сейчас же Куньлунь пересказывал эти знания юному Королю Призраков. То, что он не мог припомнить, Куньлунь просто выдумывал. Для него это был просто способ весело провести время, но юный Король Призраков, который почти не имел представлений о мире, жадно впитывал каждое его слово и принимал на веру даже сущую ерунду.
Постепенно в этом пустынном месте у Великой Печати двое стали зависеть друг от друга.
Юный Король Призраков всё ещё был увлечён владыкой Куньлунем, но уже познал чувство стыда. Слушая рассказы Куньлуня, он понял, что дерзких слов, которые он ранее говорил, недостаточно, поэтому более не пытался их повторять. Вместо этого он каждый день старался найти способ порадовать Куньлуня.
Его возможности, однако, были ограничены. Нечистые земли представляли собой бесплодную пустыню, где было не так уж много развлечений. Считалось нормальным поймать двух диких призраков и смотреть, как они рвут друг друга на части, пока один, наконец, не сожрёт другого.
Но юному Королю Призраков такое не нравилось, и он справедливо полагал, что не понравится и владыке Куньлуню.
Так что в конце концов юный Король Призраков решил собрать клыки тридцати шести тварей преисподней — для него они символизировали тридцать шесть великолепных гор и рек горного хребта Куньлунь. Он сплёл из своих длинных волос шнур и создал уникальное ожерелье, которое не могло не произвести впечатления.
Он преподнёс его в подарок владыке Куньлуню, но тот, узрев столь необычное украшение, лишь одарил его странным взглядом, а затем скривился, будто от зубной боли, но выдавил из себя улыбку и слова благодарности.
Юный Король Призраков счёл, что подарок, судя по всему, не понравился. Владыка Куньлунь никогда не надевал это ожерелье, а когда о нём заходила речь, поспешно менял тему разговора.
Но сколько бы юный Король Призраков ни ломал голову, ничего другого придумать не смог. Однажды, сидя на корнях Древа Добродетели, он вспомнил кое о чём:
— Есть один цветок, похожий на колокольчик. Разноцветный и — я знаю— очень приятно пахнет.
— И? — протянул владыка Куньлунь.
Юное лицо Короля Призраков подёрнулось тенью тоски.