Усмиритель душ (СИ)

 Чжао Юньлань с силой ударил его по лицу. Резко, чётко и твёрдо. Голова Чу Шучжи мотнулась к плечу.
 Го Чанчэн от ужаса свалился со стула.
 Юньлань и Чу Шучжи встретились взглядами; тихо зашипел Да Цин.
 Казалось, они сейчас сцепятся, но в тот же миг в окно влетело облачко серой пыли, закружилось вокруг Юньланя и обратилось письмом.
 Внутри была срочная записка от Шэнь Вэя.
 «К тебе идёт страж ада. О чём бы он тебя ни попросил — откажись и жди моего возвращения. 
  Вэй.» 
Примечание к части [1] Нюйва (кит. трад. 女媧, упр. 女娲, пиньинь Nǚwā) — одна из великих богинь китайского (даосского) пантеона, создательница человечества, избавительница мира от потопа, богиня сватовства и брака.
 [2] Хуан-ди, или Жёлтый император (кит. упр. 黃帝, пиньинь huángdì), — легендарный правитель Китая и мифический персонаж, который считается также основателем даосизма и первопредком всех китайцев.
 [3] Чжуань-сюй (кит. 顓頊), также известный как Гао-ян (高陽) — один из Пяти императоров, мифический правитель Древнего Китая, почитаемый как первопредок, также упоминается как бог Полярной звезды.
 [4] Чи Ю (кит. 蚩尤) — в китайской мифологии и историческом предании великан-колдун, наследник Владыки Юга Янь-ди, оспаривавший власть над миром у Небесного владыки Хуан-ди.
 [5] Ва́йда краси́льная (лат. Ísatis tinctória) — вид рода Вайда из семейства капустных, или крестоцветных (Brassicaceae). Лист (лат. Folium Isatidis) и корень (Radix Isatidis) вайды применяются и в официальной медицине в виде чаёв и отваров при различных воспалительных и простудных заболеваниях; включены в государственную фармакопею Китая.
 Глава 70. 
 Лицо Чжао Юньланя смягчилось, и он бережно, в несвойственной ему манере сложил записку и убрал в бумажник, словно признание в любви.
 Чу Шучжи бросил на него резкий взгляд и собирался было уйти, но в тот же миг с ладони Юньланя сорвались три талисмана и взмыли в воздух. Го Чанчэн даже не успел подняться на ноги, а они уже обратились пеплом, сложились в оковы и обрушились на Чу Шучжи.
 Невероятная сила приковала Чу Шучжи к креслу, и теперь он не мог двинуть и пальцем.
 Контракт Чу Шучжи с Хранителем ещё не закончился, а значит, каким бы могущественным он ни был, его всё ещё связывали чужие правила.
 Юньлань вытащил из ящика стола диктофон и нажал на кнопку воспроизведения. Записанный голос Чу Шучжи злобно произнёс:
 «Один пацан или десяток, кому какое дело? Мой костяной свисток развеет их души и обратит в милых маленьких призраков.»
 Исходя из динамика, этот голос отравлял холодом и ожесточением.
 — Ты себя вообще слышал? — ровно спросил Чжао Юньлань. — Разве может человек в здравом уме такое говорить?
 Глаза Чу Шучжи сверкнули яростью, но он отвернулся и бросил:
 — Я не человек.
  
 — Бра… Братец Чу, — пробормотал Го Чанчэн. — Не нужно злиться.
 Чу Шучжи обжёг его ледяным взглядом.
 Го Чанчэн осторожно приблизился к нему, теребя край своей куртки, и жалко прошептал:
 — Я… Я думаю… Ты можешь не верить, но я знаю, что ты хороший человек, братец Чу. И не станешь творить зло без причины.
 Юньлань хмыкнул и откинулся на спинку кресла. Постучав зажигалкой об стол, он поджёг сигарету и сощурился:
 — Видишь, Чу Шучжи, даже ребёнок это понимает. А тебе лишь бы послать весь этот мир к чертям. Мне за тебя стыдно.
 Чу Шучжи не мигая смотрел на него своими чёрными глазами.
 — Чего пялишься? Тебе самому не стыдно? У меня нет времени на твои выходки. Малыш Го, запрись с ним в моём кабинете и следи, чтобы не сбежал. Там у нас есть дежурная кровать: устанешь — приляг и отдохни.
 — А что насчёт братца Чу? — тут же спросил Го Чанчэн.
 — А что насчёт него? — Юньлань хмыкнул. — Ему нужно время прийти в себя. Всё обдумать. — Подобрав со стола кружку, Юньлань заглянул внутрь и обманчиво спокойно продолжил: — Вот только мне очень хочется вмазать ему ещё разок.
 Го Чанчэн подтолкнул кресло Чу Шучжи к кабинету шефа и беспомощно обернулся, но Юньлань только махнул на него рукой. Почуяв его нетерпение, Чанчэн послушно затолкал Чу Шучжи в кабинет и аккуратно прикрыл за собой дверь.
 Юньлань закинул ноги на стол, устроил на коленях раскрытую книгу и принялся читать.
 Информация о Нюйве была разбросана между источниками: книга у него в руках называлась «Записи о древних тайнах». Именно здесь Юньлань обнаружил главу под названием «Фэн [1] Нюйва». Оригинал этой книги, написанный каким-то неизвестным заклинателем династии Сун, был давно потерян, но в библиотеке нашлось современное иллюстрированное издание.
 Начиналась глава с цитаты о появлении человечества из «Величайшего одобренного обозрения эпохи Тайпин» [2]: «По легенде, на заре времён людей ещё не существовало. Изначально Нюйва сама творила их тела из глины, но процесс оказался настолько утомительным и обременительным, что богиня сбросила вниз верёвку, а когда та покрылась глиной — стряхнула её и наводнила землю бесчисленным количеством людей.»
 «Все люди были сотворены по образу и подобию Нюйвы и наделены пятью чувствами. Ветра небес питают три огня души внутри каждого из них, а земля в свою очередь питает три вечных зла внутри каждого из них. Люди обладали разумом, но были нечисты, и жизнь их была скоротечна: от младенчества до седых волос — за один краткий миг от рассвета до заката. И потому Нюйва сжалилась над людьми и решила помочь им в поиске партнёра: богиня каждому помогала найти пару, и многие века человечество процветало под её властью.»
 Юньлань вытащил из ящика стола ручку и подчеркнул предложение про три огня души и три вечных зла, а затем перевернул страницу и продолжил читать.