Формула фальшивых отношений (ЛП)

— Элли? — я, спотыкаясь, иду туда, где видел её в последний раз. — Детка, где ты?
Из — за кровати доносится приглушенный звук, затем она поднимается на колени, её карие глаза становятся огромными на бледном лице.
— Я…я спряталась под кроватью. Я не хотела, чтобы он меня достал.
Я обхожу кровать и опускаюсь на колени рядом с ней. Я стряхиваю пыль с её футболки, затем заключаю её в объятия. Она дрожит, и я жалею, что Лиама уже нет рядом, чтобы я мог снова сломать ему нос.
— Шшш, всё в порядке. Он ушел. Он больше не сможет причинить тебе боль.
Но она качает головой и отстраняется от меня, затем поднимает свой телефон между нами.
— Я не хотела, чтобы он получил это. Я…я сняла это. То, что он тебе сказал. Вот почему он был так зол. Он видел, что я снимала вас.
— О Боже, Элли, — я беру её лицо в ладони и целую. — Тебе не следовало этого делать. Я сказал тебе подождать в ванной. Я не хотел, чтобы тебе причинили боль.
— Но это хорошо, что ты всё засняла, — говорит Бен, внезапно появляясь рядом с нами. Он выхватывает телефон из дрожащих пальцев Элли. — Я возьму. Он понадобится нам для полиции.
Элли выхватывает телефон обратно и рычит:
— Во — первых, я отправляю себе копию записи. Если вы не возражаете. Держу пари, у приятелей Лиама из мафии есть друзья в высших кругах, и я не хочу, чтобы этот телефон таинственным образом исчез.
Я бросаю взгляд на Бена, в то время как большие пальцы Элли порхают по экрану. Не думаю, что кто — то когда — либо рычал на него, но я готов защитить Элли от его гнева. Бен ухмыляется мне и качает головой, но я чувствую исходящее от него одобрение. Я думаю, он узнал товарища — воина. Элли наконец передает ему телефон, и он аккуратно кладет его в карман.
— Я прослежу, чтобы ничего не исчезло, — обещает он, затем прочищает горло. — Оливер, ты выглядишь ужасно. Я пришлю Этьена осмотреть твой нос. Но…как ты думаешь, ты готов к гонке?
Элли сердито смотрит на него.
— Нам нужна минута.
Бен поднимает руки и медленно пятится.
— Конечно. Внизу тебя будет ждать машина. Уэст уже выехал на трассу, так что я тоже должен ехать. Надеюсь увидеть тебя там, но если ты хочешь участвовать в гонке, пожалуйста, поторопись.
Он разворачивается и последним выходит из комнаты. Я не знаю, куда охрана увела Лиама, и мне всё равно. Он перешел слишком много границ, и я больше не хочу иметь с ним ничего общего. Рационально я понимаю, что в какой — то момент мне придется с этим смириться, и что потребуются годы, чтобы полностью вычеркнуть его из своей жизни, но прямо сейчас я хочу сосредоточиться только на красивой девушке передо мной.
— Ты весь в крови, — шепчет она. Она осторожно смахивает кровь большим пальцем, затем вздыхает. — Тебе придется принять душ. И я почти уверена, что от этого удара у тебя будет большой синяк под глазом.
Я встаю, затем медленно поднимаю её на ноги.
— Я запачкал твою футболку. Прости.
Она качает головой.
— Меня это не волнует. Но я хочу знать — ты поедешь сегодня на трассу? Ты будешь участвовать в гонке? — она делает паузу, затем добавляет: — Никто не будет винить тебя, если ты пропустишь её.
Я думаю о том, как надену шлем на пульсирующий нос и буду потеть в своём гоночном костюме целых два часа. Трасса в Сеуле, несмотря на свою красоту, является одной из самых сложных, особенно в дерьмовую погоду.
Но кое — что, сказанное Элли вчера, приходит на ум.
— Если я проиграю, он выиграет. И не только он, но и несколько отвратительных мафиози, которые используют деньги бог знает для чего.
Она поджимает губы.
— Верно. Но ты должен быть уверен. Ты не можешь участвовать в гонке, всё ещё думая о Лиаме. Это ослабит твою концентрацию. И ты должен знать, что всё это не из — за тебя. Это не твоя вина, что он так поступил.
Я отвечаю не сразу, поэтому она вздыхает и отодвигается от меня, потянувшись к подолу своей футболки с надписью “Команда Titan”.
— Мне в любом случае нужно переодеться. А тебе стоит принять душ до прихода Этьена.
Она стягивает футболку через голову, обнажая бледно — голубой кружевной бюстгальтер, который мы купили вместе. Тот, который почти соответствует цветам моей команды. Он идеально облегает её грудь, обрисовывая едва заметные очертания сосков.
 
— На тебе тот лифчик, — прохрипел я.
Она оглядывает себя, затем поднимает взгляд на меня, приподняв брови.
— О. Я забыла. Я хотела сделать тебе сюрприз после гонки.
Я разворачиваюсь и направляюсь в ванную, уже снимая рубашку.
— Куда ты идешь? — кричит она мне вслед.
— Принять душ. Скажи Этьену, что я сегодня участвую в гонках.
Она появляется в дверях ванной, её улыбка прекрасна.
— Да?
Я стягиваю джинсы и трусы на одном дыхании.
— Я собираюсь победить, а потом сорву с тебя этот лифчик зубами.
Её улыбка становится шире.
— Ты уверен?
— О, да. Я уверен.
ГЛАВА 36
Элли
Гран — при Сеула — самая нервирующая гонка, которую я когда — либо видела. Это всего лишь моя четвертая гонка, но осознание того, что машина Оливера всё ещё может быть повреждена, заставляет меня подпрыгивать на месте в задней части его гаража, сжимая руки так сильно, что костяшки пальцев болят. Белла бросила на меня один взгляд и забрала у меня чашку кофе, сказав, что я и так нервничаю без кофеина, затем передала мне мячик для снятия стресса, чтобы успокоить мои нервы.
Я вонзила ногти в мяч и разорвала его после первых десяти кругов, поэтому Белла и Диана решили, что лучше всего позволить мне двигаться быстрее. Я почти уверена, что пугаю механиков, но мне всё равно. Оливер там, гоняется за победой, и я не успокоюсь, пока он не вернется сюда, ко мне.
Но его команда проделала фантастическую работу. Они исправили неисправные настройки и дважды проверили машину, даже поменявшись местами с командой Уэста, потому что его механики могли заметить то, что они упустили. Когда Белла услышала, что Уэст сам предложил помощь, её глаза подозрительно заблестели, но я решила не упоминать об этом. Я была просто рада, что Уэст был отличным парнем, и крепко обняла его, что заставило Оливера метать кинжалы в своего коллегу.
Теперь Уэст отбивается от Граффа, который сидит у него на заднице, преследуя его за третью позицию, в то время как Оливер пытается догнать Рейвенскрофта, который лидирует.
— Осталось шесть кругов, — шепчет Белла рядом со мной. — Давай, Оливер!
Я смотрю на большом экране, как серебристая машина Рейвенскрофта выезжает на прямую, а Оливер остается голубым пятном позади него. Затем, на крутом S — образном повороте, задние шины Рейвенскрофта слегка заносит.
Оливер пользуется случаем и проскальзывает мимо в элегантном обгоне.
— Да! — серьезный технический директор “Titan” Хоакин Гарсия набирает в грудь воздуха и кричит: — Бьюсь об заклад, что Рейвенскрофт теперь сожалеет о своих мягких шинах! Любители!
Я болею вместе с остальной командой, хихикая от волнения. Возможно, я не разбираюсь в тонкостях этого вида спорта, но здесь я поддерживаю Оливера, как могу.
Когда несколькими минутами позже он пересекает финишную черту с отрывом на одну и четыре десятых секунды от Рейвенскрофта, гараж взрывается радостными криками. Не все знают, как близко Оливер был к тому, чтобы потерять всё, но все помогли вернуть его к той точке, когда он мог выехать и победить.
— Спасибо! — кричу я, когда Гарсия заключает меня в объятия. — Спасибо, что оберегаете его.
Он хлопает меня по спине, затем поворачивается, чтобы обнять Мартина, чьи очки запотели от того, как сильно он вспотел. Все вокруг меня празднуют, поэтому я заключаю Беллу и Диану в групповые объятия и подпрыгиваю, присоединяясь к их радостным воплям.
— Элли?
Я вижу, что Херст машет мне из передней части гаража. Он сидел с менеджерами гонки впереди, наблюдая за гонкой и общаясь с Оливером и Уэстом, но теперь он жестом приглашает меня присоединиться к нему, поэтому я отпускаю своих друзей и подбегаю к нему.