Поймать балерину (СИ)

- Здесь не варьете!
- А там, откуда я тебя взял – именно оно и было! Или было бы. Это просто следующий шаг.
- Даже если и так, это было бы мое решение! Мой выбор! А ты меня просто… Как комнатную собачку…
- Ты поэтому сбежала? – он опять приблизился, дернул на себя, заставив встать.
От резкого движения я, вскрикнув, упала ему на грудь, уперлась ладонями , пытаясь отстраниться. Во мне клокотала ярость и какое-то, похожее на боевое, берсеркерское безумие, когда уже не важно, что вокруг, и что будет потом.И потому я смотрела на своего мучителя без страха:
- Да, поэтому! – выкрикнула ему в лицо, - да! Я – человек! Я – танцовщица! И я не для того покидала своих родных, чтоб оказаться в твоем… плену!
- Это не плен, глупая, - его руки , словно против воли их хозяина, сминали шелк халата, норовя опять пробраться к голому беззащитному телу, - это – защита.
- Я не просила! И не хотела! И сейчас! Сейчас не хочу!
Как у меня хватало сейчас силы и уверенности отвечать ему? Я сама не понимала, и потом, наверняка, не пойму.Так же, как и не пойму, почему Даниэль, после всего, что сейчас между нами было, слушал меня, а не тащил, по своему обыкновению, в логово.
- То есть, - он добрался до груди, грубо смял ее, заставив меня выгнуться и еле сдержать стон, - ты сейчас плакала, потому что сама хотела? Так?
- Так… Боже…
Его грубые пальцы дарили привычно сладкую боль, от которой тело мое снова начинало гореть. Даниэль это знал, чувствовал. И использовал очень подло, в борьбе со мной, чтоб получить свое.
- И ты всем довольна?Ладонь оставила одну грудь, перетекла плавно на вторую, и меня накрыло опять удушливой волной бесстыдного удовольствия.
- Да! Довольна!
- И я… - тут он еще сильнее сжал меня, выдыхая прямо в губы, - тебе не нужен?
- Да…
- Совсем?
- Да…
Даниэль  пару мгновений смотрел мне в глаза, и в его взгляде читалось совершенное безумие, холодное и в то же время обжигающее.А затем он резко отпустил меня.Не удержавшись на ногах, я рухнула опять на многострадальную кушетку, машинально прикрывая полуголую грудь ладонью.
- Хорошо, - кивнул он холодно и мертво, лицо его потеряло всякое выражение.
Раньше я бы до полусмерти испугалась, потому что именно с таким лицом Дикий Даниэль  разговаривал с недругами. Которых я после никогда не видела не только в его компании, но и вовсе.Но сейчас я упрямо задрала подбородок и ответила ему вызывающе спокойным взглядом. Только пальцы на шелке халата подрагивали.
- Хорошо, - повторил он, - я подожду, пока сама придешь.
- Этого не случится.
- Случится.
Он усмехнулся и резко дернул дверь гримерки. За ней обнаружилась парочка знакомых лиц его приспешников-друзей, и стала понятна уверенность Даниэля, что никто нас не побеспокоит.Посмотрела бы я на того, кто решился бы побеспокоить…Легран, не глядя на меня и не прощаясь, покинул гримёрку, плотно закрыв дверь.
А я так и осталась сидеть, бессильно свесив одну руку на кушетку и вяло прикрывая грудь другой.В голове было невероятно пусто, из тела словно ушли все силы.
Моя злость, мое боевое безумие испарились, оставив после себя лишь горечь и опустошение.Я машинально провела пальцами по бедру, пытаясь запахнуть разорванный халат и натолкнулась на красные пятна от жестких пальцев Даниэля на голых бедрах.Скорее всего, на груди  шее такие же… Он никогда не был аккуратен… Ни в чем. И, возможно, сейчас он все сделал специально…
Понимание того, что случилось, и чем может завершиться это мое безумие, оглушило еще больше.
Если… Если судьба опять будет против меня, то недолго я протанцую. И здесь дело даже не в притязаниях мистера Ёрока, или Даниэля,  а в том, что беременных танцовщиц не бывает.
Я положила ладонь на свой живот и улыбнулась.Неожиданно   для себя,  в первую очередь.Пусть будет, как будет.Я приму любой вариант. И выживу в любом случае.И нет, к Дикому Даниэлю я никогда не вернусь. Ни при каких обстоятельствах.
  
Новые партнеры
  
- Легран, вы опять выигрываете, это уже даже не смешно! – Морган с досадой откинул карты и потянулся за сигарой.
- Не смешно, - Даниэль задумчиво оглядел гору фишек, привычно быстро перевел их в франки, усмехнулся.
Пожалуй, он мог бы этим зарабатывать здесь. Поразительно беспечные люди, эти американцы…
- Я же все просчитывал, как у вас появился валет?
- Думаю, вы хотите сказать, что я мошенничал, так? – Легран коротко глянул на партнера по партии, и тот тут же стушевался.
- Нет-нет! Просто вам чертовски везет…
- А вам, как всегда, нет. Пора бы уже понять, что карты – не ваше.
Морган досадливо поморщился, судя по всему, вспомнив ту самую жуткую историю, которая и познакомила их с Леграном, но затем, не выдержав, рассмеялся добродушно:
- Вы правы, дружище! Я – полный профан в этом! Я думаю, на этом стоит завершить.
Легран согласно кивнул, и мужчины переместились в столовую, где уже был накрыт обед.
- Что скажете о новой затее Войница?  - спросил Морган, когда мужчины утолили первый голод и расслабленно откинулись на спинки стульев.
- Банк? Пока смутно.
- О! То есть, он вас уже соблазнял?
Морган выглядел неприятно удивленным.
- Учтите, Легран, вы мне первому обещали!
Даниэль со скучающим лицом обвел богатую обстановку столовой, обставленной в типичном американском тяжеловесном стиле. Здесь любили натуральное дерево драгоценных пород со специальными вставками из металла, обилием стекол и декорации.Во Франции уже вошла в моду практичность, причем везде, даже в домах богатеев, а здесь пока еще жили прошлым веком.
Легран невольно задумался, когда это он начал сравнивать настолько отстраненно интерьеры богатых домов? Словно на ступень выше поднялся… И сам не заметил. Причем, началось это не так давно.Еще до переезда сюда, в Новый Свет, конечно, но все же… Не в то ли время, когда одна нежная бабочка жила в его доме?Ему тогда хотелось, чтоб ей все нравилось. Чтоб ей было удобно…Странное желание для бывшего парии, клошара-беспризорника, еще помнящего, каково это -  давить  блох на своем теле…Как быстро меняются времена!Еще вчера он, бывший грязный бездомный, вор, бандит… Затем, благодаря своей резкости и безжалостности, главарь одной из банд «Шелковых платков». Затем – главный над всеми «Шелковыми платками».Дальше – во Франции было трудно перешагнуть ступень. Просто потому, что старые деньги, давно и прочно занявшие верхушки общества, породнившиеся с аристократией, хоть и свергнутой в свое время , но , тем не менее, очень даже влиятельной и значимой, не пускали к кормушкам  вот таких, как он – вчерашних головорезов, с их кровавыми деньгами.Причем, всем прекрасно было известно, что те, кто находился у власти, в свое время получили первые капиталы не менее кровавым способом, но…Но это не мешало их потомкам смотреть с  презрением на таких, как он. Конечно, это было тщательно скрываемое презрение, потому что в лицо мало кто решался выказывать свое отношение, но оно было. И закрытые в высший свет дороги – были.  Такое  раздражало.
В этом плане Новый Свет оказался буквально открытием.Здесь , конечно, тоже имелись старые деньги  и старые капиталы, но… Не такие уж они были и старые.И потомки первых поселенцев, разбойников, пиратов, сумевших правильно распорядиться награбленным, были куда как более лояльны и приветливы. Особенно к тем, кто имел деньги.Конечно, это не значило,  что при случае они не обдерут, как липку, неудачливого коммерсанта. Волчьи законы во всей красе.Но тех, кто имел зубы, мозги и мог огрызаться, рвать и думать, встречали безо всяких идиотских предрассудков.
Леграна встретили с распростертыми объятиями.Морган, на удивление мгновенно вспомнивший своего спасителя, не стал расспрашивать, каким образом французский апаш оказался в Нью Йорке.Просто искренне обрадовался, пригласил к себе, а затем, поняв, что Легран напичкан франками, как рождественский гусь яблоками, тут же понял свою выгоду.