Наследница северных угодий (СИ)

Такой вопрос я задаю не просто так, ведь Кирен мне рассказал: если не вливать в Магию Рода новую сильную кровь в качестве супругов, то очень быстро нити истончаются и перестают поддерживать своих хозяев. Но это чревато не только угасанием целых семейств, но и их земель, которые потом не примут уже никого к себе, не позволят себя оживить. И Даар не может об этом не знать, следовательно, ему как минимум плевать на мой Род, а как максимум он может хотеть от него избавиться. А ведь этому человеку я доверяла всецело, ведь он был первым, кто пришел мне на выручку в этом мире, да и сам является Приходящим. Казалось бы, это должно нас связывать крепче канатов, но, но нет, видимо, не бывать этому.
Ль’Ву было открывает рот, чтобы мне возразить, но его прерывает очередной стук в дверь. А затем в приоткрывшейся щели показывается голова Кирена. Он смотрит на меня, затем но учителя, снова на меня и вновь на мужчину, которого явно не ожидал здесь увидеть в столь ранний час. Может, он хотел бы задать вопрос, но выдержка наследника дает о себе знать, и он молча захлопывает свой было открывшийся рот. Теперь заходит в комнату полностью, кланяется Даару и здоровается.
– Юный ал’Вула, не ожидал тебя здесь увидеть, – в глазах нага загорается едва сдерживаемый гнев. Затем он обращается ко мне, – теперь понятно, почему ты отвергаешь моё предложение – у тебя тут уже есть претендент на руку и сердце. А тебя не смущает, что с твоей сестрой он был дольше, чем учится даже в Академии?
Может быть и смущало раньше, но за те недели, что мы разговаривали с парнем, нить нашего Союза только окрепла, секретов друг от друга мы не имеем, поэтому я ему доверяю куда больше таинственного мужчины, помыслы которого остаются для меня закрытыми доныне.
– Раз так, то не буду вам мешать, – с явно обиженным видом проговаривает наг, проползая в двери. Захлопывают их за собой, как разгневанная девчонка, оставляя нас с Киреном наедине.
– Уж не знаю, что это за представление было, но мне не понравилось, как он напоследок посмотрел, – хмуро произносит ал’Вула, присаживаясь на стул.
Я с ним полностью согласна. В любой ситуации в этом мире надо свои эмоции держать при себе, а Даар их продемонстрировал так ясно, что мне становится понятно – я его переоценила, не так уж и сильно он здесь освоился, раз позволяет себе такое делать. 
Теперь же мне интересно, почему пришел и мой друг утром, ведь встретиться для первого занятия танцами договорились вечером.
  
Глава 27
 
Вопрос задан, но Кирен не спешит на него отвечать. Сидит, глубоко задумавшись, уставился в какую-то одну точку за окном. И даже по лицу его невозможно ничего прочитать — оно в этот момент полностью безэмоционально. Неужели его новости ещё более ужасные, чем у нага, раз он так боится или стесняется их мне сообщить? По связи чувствую, что как раз-таки этих двух эмоций парень не испытывает, зато очень глубокое стеснение – вот что царит в его душе.
– Если ты промолчишь ещё хотя бы секунду, то я начну подозревать дикие непристойности, поверь, последствия тебе не понравятся, – угрожаю ему шутливым тоном, однако, по тому, как дёргается чужой глаз, понимая, что он все мои слова сейчас воспринимает всерьёз. – Не тяни кота за хвост, говори уже!
– Не тянуть кого за хвост? – в недоумении щурится Кирен, пытаясь понять, что я ему сказала.
Упс. Неужели здесь нет котов? Это я конечно очень глупо прокололось. Надо как-то исправлять ситуацию.
– Коты. Ты разве не слышал о таких маленьких животных? У нас на севере их очень много, ловят грызунов, – теперь я предусмотрительно не называю никаких видов животных, вдруг здесь мышей с крысами нет, – бывают очень ласковыми, любят пить молоко, – уж молоко у них тут наверняка есть, всё-таки люди существуют, они млекопитающие на первых порах своей жизни.
– Млеко? – вновь переспрашивает ал’Вула, а у меня возникает острое желание удариться лбом об стену, неужели сегодня я так и буду совершать один фейл с другим? – Олвен мне о котах не рассказывала ничего. Я бы хотел на них посмотреть.
 
Я уже давно выяснила, что у этого человека любознательная натура. Подозреваю, что теперь он и не отстанет от меня, пока не увидит загадочных котов.
– Вот, ты снова сбил меня с мысли. Я пришел к тебе тоже с просьбой, как наш учитель, – морщится, словно от зубной боли, вспоминая об ушедшем наге, – нет-нет, ты не подумай, я не о том, – тут же пугается, увидев моё выражение лица. Видимо, оно было очень красноречивым. – Я о том, что если уж ты согласилась учиться со мной танцам, то, может, составишь мне пару на балу у себя дома? Я и танцор хороший, да и в настоящие любовники тебе не набиваюсь.
«Пока не набиваешься», – так и хочется ответить, но я решаю благоразумно помолчать. Незачем поселять в голове этого парня мысли, которые туда пока могли и не приходить. Сама же вслух говорю:
— Нужно, чтобы отец одобрил кандидатуру. Без его согласия я даже не чихну, — правильно, как воспитанная леди, я должна подчиняться воле папеньки и не своевольничать открыто.
О поведении девушек и парней я предусмотрительно прочитала в книге по этике. Там поднимаются разные вопросы, в частности, о том, как следует отвечать человеку, который проявляет к вам интерес, но при этом ещё является несовершеннолетним, не соответствует вам по статусу или же банально не нравится. Познавательное чтиво истинных леди и джентельменов.
Теперь мне не приходится думать о том, что я делаю что-то не то, как в первые дни после своего появления в этом мире. Те моменты были наполнены постоянными фейлами, которые открыто показывали, что я — Приходящая; даже хорошо, что был собран по настоянию ректора Совет, и неведомая сила доказала старейшинам, что это не так, сейчас по крайней мере никто не сомневается в их приговоре, следовательно, на время я безопасности.
— А я уже спросил дозволения у твоего родителя, — ошарашивает меня неожиданно Кирен.
— Вот это прыть. Её бы да на благие дела, — почти шепотом отвечаю, все ещё приходя в себя. Затем продолжаю, — и что же он сказал?
Ответа жду с замиранием сердца, все-таки мне интересно, насколько отец уважает мое мнение — позволит ли наследнику другого королевства сопровождать меня, даже не спросив у собственной дочери. От этого будет зависеть и мое доверие к нему. Пусть я заочно уже полюбила и маму, и папу, через многочисленные письма, но любить это одно, а всецело доверять — совсем другой уровень. Мне бы хотелось построить с ними крепкие отношения, которые выдержат любую бурю и неприятность.
Насколько я успела выяснить, в этом мире равенство у мужчин и женщин, но при этом леди знатного происхождения обязаны подчиняться своим старшим родственникам. Вначале, когда только об этом узнала, поразилась лицемерием системы. А затем согласилась с таким раскладом, ведь крестьянской девушке ничего не будет, если она станет встречаться с простым парнем, забеременеет и родит от него ребенка, а вот если то же самое, без одобрения Магии, попробует сделать кто-то, принадлежащий высшему сословию, то наказы за своеволие будут все члены семьи. То есть, Магия может просто покинуть Род, и тогда старания предков, накапливавших силу веками, будут напрасны.
— Сказал, что подумает, — Кирен с недовольством кривится. Я же обрадованно выдыхаю, даже не пытаясь скрыть улыбку на лице. Парень хмыкает, ему мои эмоции вполне понятны. — Странно, что он ещё не прислал тебе письмо по этому поводу, мы-то закончили переписку ещё две недели назад, пора бы уже.
Так вот почему связь между нами была наполнена таким страхом непонятного разоблачения — ал’Вула мне в сопровождение набивался, волнуясь, что я узнаю, что он это делал за моей спиной. Сил злиться уже не остаётся. Это же бесполезно: люди на Материке растут в совсем других традициях, нежели на Земле, с молоком матери впитывают совершенно отличные моральные принципы.
— Что же ты ответишь? — нетерпение из наследника Востока бьет ключом. — Поверь, это ни к чему тебя не обяжет.