Сладкий подарок для императора Теней (СИ)

— И много ли ты встречала демонов? Ты же обрела сознание фамильяра только вчера, — я тоже не торопилась сдаваться. Идти ночью в комнату к Феррису и надевать на него кандалы… Я бы все же постаралась этого избежать.
Однако мышь права в том, что именно демон управляет ситуацией. Мы выполняем при нем роль статисток. Я вспомнила, с каким придыханием Мелани передавала его слова, что завтра следует обязательно отправиться в гости — иначе поползут слухи, что мы скрываем брата. Вэл и даже Дафна встретили это известие с одобрением.
Мэри огорченно махнула лапкой и поманила меня к окну.
— Все не так. По ночам тревожно. Как будто из щелей выползает что-то мрачное и зубастое, наподобие кота. Вы человек, и вам не видно, но гляньте на луну.
На небе я не приметила ничего зловещего. На половину ночного светила наползла чернильная туча, но такое случается при высокой облачности.
— Вы гляньте внимательно. Это же профиль демона. Вон нос, а вон капризные губы. Не спорьте со мной, я третий год живу на свете. Ложитесь спать. Разбужу вас ближе к утру. В этот период они уязвимы. Выдам свечу, и вы отправитесь наводить порядок. Сначала этого приструним, потом у женишка-слизняка артефакты отберем.
 Глава 32. Императора терзают 
Император несколькими часами ранееФеррис постарался избежать совместного ужина вовсе не из-за Бекки. У него скопилось много дел, так как его время здесь расходовалось так же, как у людей. И большая его часть была посвящена заботам о девицах Дэшвуд.
Но Бекки весь день так забавно стреляла глазами в его сторону, так запуталась в своих порывах и перепугалась, что он это заметит… что пробила брешь в его спокойствии.
Ему хотелось поцеловать ее снова и заодно объяснить, что поцелуи должны быть именно такими. Свежими и будоражащими, бескомпромиссными и манящими. Нельзя спокойно разойтись, словно ничего не было, если по венам прошелся пожар.
Он не узнавал себя. Все потому, что отвык от юных дев с их первыми и пылкими чувствами, переживаниями и обидами. Да и когда что-то подобное случалось в его жизни… разве же вспомнишь.
Они с Михаэлем так долго грызли гранит магической науки, что сами стали тверже любого минерала. После обучения, которое длилось несколько человеческих жизней, оба отправились подтверждать теорию практикой — то есть сначала стали боевыми магами, потом боевыми некромантами, затем магистрами, верховными магистрами…
От женщин, впрочем, не отказывались… Манускрипты легко отодвигались в сторону, на столе освобождалось свободное место, огонь в камине трещал и подмигивал, а из пентаграммы появлялась прекрасная фемина.
Они приходили не для того, чтобы строить глазки. Одним не хватало энергии, другие питались эмоциями, третьи нуждались в магическом заряде. В отличие от брата, Феррис не позволял себе увлекаться. Его главная страсть заключалась в восхождении. Ступень за ступенью он поднимался туда, куда по рождению не имел доступа.
Он преуспел быстрее Михаэля, который дважды создавал семью, — и к настоящему времени его потомки расселились в мирах по обе стороны от разлома. Возможно, в этом и крылась слабость Ферриса. Он не привык к ежедневному теплу.
Даже в такой необычной семье, как у Дэшвудов, он чувствовал свою уязвимость. А уж что делать с Ребеккой… Соблазнить девушку не составило бы труда и без применения магии. Потом ее можно было оставить здесь, если она станет его тяготить, или утянуть за собой — тут даже не имело значения, хозяйка она или нет. Он найдет способ.
Но обмануть девочку и ее мышь… Какое геройство. На это не всякий демон низшего ранга согласится. Тогда стоило подниматься так высоко? Он как-никак император. И Феррис уже пятый раз за вечер убеждал себя, что от Ребекки ему нужно держаться подальше. Все просто: не провоцировать Букашку и не вестись самому. А ее сестрицы только и подливали масла в огонь.
За исключением Вэл и Бекки, они, как сговорившись, награждали его томными и, по собственному убеждению, многообещающими взглядами. Причем Рози не скрывалась, а Мелани делала это так неумело… Казалось, что у нее дергается глаз.
 
Феррис не был изумлен, когда именно она постучалась в его комнату первой в этот вечер.
— Вы не заняты, Френсис? — дрожащим голосом взмолилась эта добропорядочная особа. Сестры постоянно подшучивали над ней за то, что ее перу принадлежали все воскресные проповеди. Но Феррис не видел в этом ничего смешного. Убеждать других верить фантазиям — это тоже талант.
Она надела платье, лишенное плеч, которое держалось на фигуре только за счет того, что облепляло ее бюст. И открывало такие перспективы, что накидка, кое-как наброшенная на плечи, для любого мужчины являлась спасательным кругом.
— Боюсь, что вы забрали себе мою сережку. Верните, пожалуйста. Это подарок моего жениха, — девушка все так же трепетала, но Феррис в этот момент не сильно верил в ее смущение.
— Нет, мисс Мелани. Я не верю, что сережка ваша — так же, как сильно сомневаюсь, что хозяйка — это вы, — и не верну. Вам лучше одеваться потеплее. Топить мы стали больше, но в доме все равно зябко.
Краска залила не только лицо, но и шею, и плечи. Краснела она прямо как Бекки.
— Как вы смеете? Должны же понимать, что стоит мне правильно приказать, как вы броситесь исполнять любое мое желание. Я прошу не так много. Несколько рекомендательных писем для Лестера, где бы подчеркивался его высокий титул. Нам хватит и графского. Каждое ваше слово, если вы захотите, въедается в человеческие умы без доказательств.
— Вот, значит, как, — протянул Феррис, которого эта бравада лишь забавляла. — Так прикажите. Ничего не перепутайте, а то окажетесь там, откуда я явился. Если хозяйка вы, то милости прошу. Я вас выслушаю в нужное время и по всем правилам.
Мелани прикрыла глаза. Что за привычка у этих девиц — чуть что, и сразу прикидываться беззащитными. Такая манера отсутствовала только у Вэл. Получается, ей и досталось больше всех, в то время как остальные мисс остались довольно избалованными особами.
— Имейте в виду, что каждое такое желание портит жизнь вашим детям и детям их детей. Этот особняк, по всем правилам, стоило бы не сохранять, а разобрать по кирпичику, на его месте распахать поле и дать ему зарасти чертополохом. Я дам вам деньги, много денег, но уже следующему поколению Дэшвудов не достанется ничего. Здесь повсюду невидимые трещины, — про видимые я молчу, — через которые из Аламеньи поглощается сила. Так это и работает — одно количество приходит, а убывает еще больше. Вы же умная девушка, подумайте над этим.
Но Мел верила только в их идиотскую семейную книжку. В легенды о том, как при помощи демона лысая троюродная прабабушка отрастила себе волосы по колено и прочую подобную чепуху.
— Нам не о чем говорить, милая. Скоро ночь. Идите вы к Лестеру.
— Да как вы смеете? — всхлипнула Мелани и тут же вздрогнула, потому что в дверь постучали. Судя по настойчивости, так громыхать могла только Рози. Поэтому Феррис оставил Мел в комнате, а сам вышел за дверь. Навстречу самой сумасбродной из сестер и ее дурацкой идее.
С утра демон уже несколько раз отказал Рози, уточнив, что в Тенях ей будет нечем дышать. Несмотря на то, что по характеру эта девица не уступиала ни одной знакомой демонице, тьмы в ней не было ни грамма.
 Глава 33. Император на пороге войны 
Так, младшие сестры оказались самыми настырными. Пока одна плакала в его комнате, вторая накинула на шею подчиняющую удавку. Для этого Рози использовала штырь, воткнув его ему в шею, — какой-то артефакт, оставшийся после ритуала и наполненный его энергией, — и специальное заклинание, подчиняющее пойманного демона.
Положим, такая ерунда не могла его удержать, но приятного все равно мало. Мисс Дэшвуд запрыгнула на него и начала елозить, пока он балансировал между этим миром и тремя другими. Кстати, целовалась она умело. И хотя он не отвечал, не теряла энтузиазма разжечь в нем… что? На что вообще рассчитывала эта дуреха?