Сладкий подарок для императора Теней (СИ)

— Тебе бы достойную спутницу. Миры по обе стороны от Черты ждут не дождутся, когда ты явишь императрицу, а за ней и наследников. Все-таки повелитель Теней, который не злоупотребляет с дьявольским смехом и дыбами, большая редкость.
— Нет уж, мрачный. Никаких женщин, так себе и отметь. В последний раз, когда я пожаловался на то, что все они слишком скучные, ты преподнес мне Берендею, — отрезал Феррис, хотя его взгляд немного затуманился.
Берендея не была скучной, но могла утомить кого угодно. В ней уживалось тринадцать разных личностей, включая дракона и горного великана. Сотни лет Феррис убил на беседы по душам; девушка росла с бабкой-ведьмой и насмотрелась всякого. Но как только она избавилась от наиболее психически неуравновешенных ипостасей, то вообразила себя ундиной и отпросилась ловить заморского принца.
— Лучше заморочься, дружище, и поищи воистину бесценный подарок, чтобы всех сокровищ Теней не доставало, реши я его купить.
Михаэль расплылся в улыбке:
— Будет исполнено, император. У тебя сто лет, чтобы морально подготовиться к встрече с ним.
Феррис кивнул, понимая, что его ждет испытание покруче, чем сражение с только что поверженными Мороком, Хаосом и Истинной Тьмой.
Когда владыка исчез, Михаэль подставил все еще ноющее колено под прямые лучи и прошептал:
— А хватит ли твоей жизни, Феррис, чтобы за него рассчитаться?
 Пролог 2. Император в домашней обстановке 
Настоящее время (что тоже есть понятие относительное)
Дом на перекрестке миров
Феррис отложил бумаги в сторону и прислушался: весь дом как будто вымер. До рокового часа еще как минимум шестьдесят минут. Чувство времени его никогда не подводило… Если только Михаэль не заморочился со вселенским маятником и не изменил время повсеместно… Тогда те, кто жил по часам, вообще ничего не заметили.
Он сам разрешил слугам разойтись, чтобы в момент победы льда находиться со своими семьями. Император так увлекся пересчетом расходов, что не заметил, как исчезли и шелест платьев горничных, и шаркающие шаги дворецкого. Наверное, прислуга воспользовалась служебным порталом.
Легкий ветерок принялся гонять занавески по комнате. И вроде ничего необычного, если не принимать во внимание, что окна закрыты, а тяжелые бархатные портьеры сдвинет разве что штормовой ветрище. Поэтому энергетический шар, раскрывшийся точно между потолком и полом, Ферриса не удивил. Но разозлил изрядно.
Михаэль подготовился слишком тщательно, даже если речь шла об их последней шутке.
Ста лет оказалось достаточно, чтобы убедиться — с его другом сильно неладно. Вечно второй, Михаэль, похоже, замыслил предательство. В Сумерках, находящихся под защитой Теней, наращивали армию.
Феррис осторожно отодвинул чашку с чаем на другой конец стола. К гадалке не ходи, шар примется буянить; не хватало еще залить документы и спустить под глупый полосатый хвост несколько часов работы.
Повелитель Теней уже решил для себя, что подарок наместника на этот раз не возьмет. Да, для этого понадобится нейтрализовать его в момент проявления мощнейшим ударом. Пускай это неспортивно и уязвит его гордость, но друг-предатель — тоже никуда не годится.
Впрочем, кроме косвенных доказательств у него ничего нет. Хранители опять разворчатся, начнут тыкать в признаки нарушения общемирового равновесия, указывать на разрыв оболочек и прочее, прочее… Однако за тысячи лет Феррис привык доверять только собственной интуиции.
Шар разрастался и искрил, обмотанный сверкающим молниями. Вот он уже в диаметре больше, чем его локоть. Демон занес руку, чтобы спалить подарочек, но святящиеся ленты внезапно угомонились. Пошла рябь, возникло изображение.
На узкой полоске берега спиной к нему стояла женщина с длинными развивающимися волосами. Закатное солнце освещало ее таким образом, что он даже не мог рассмотреть их цвет. Волнующиеся длинные юбки обнажали тонкие щиколотки, поясок тоже поднялся вверх сразу двумя концами. Шляпку сорвало, и она поскакала вдоль кромки воды.
 
Феррис почти перестал дышать. Эта фигурка ему слишком знакома. Если закрыть глаза и сосредоточиться, то он дорисует себе ее лицо… Но не тут-то было. То ли память, то ли фантазия напрочь отказывались сотрудничать.
Шар тем временем переключился на другой ракурс. Женщина находилась к нему боком, профиль по-прежнему лишь угадывался — так сильно повелителя слепило солнце. Она достала из-за пазухи сверток и один за другим стала разбрасывать листки, которые на ветру вели себя, как взбесившиеся птицы.
Феррис опустился обратно в кресло. Скорее всего это очередной обман, и незнакомка не имеет отношения к спрятанному в энергетическом шаре дару. Но если он не проверит, то никогда этого не узнает, и что-то подсказывало — не найдет себе покоя.
Представление удалось Михаэлю блестяще. Феррис не выносил загадок, особенно если их подкидывала собственное сознание.
Он потянулся затянуть узел галстука; неизвестность следует встречать при полном параде. Однако рука нащупала лишь отвороты халата.
Император подбросил в воздух безадресное многоступенчатое проклятие, которое, наверняка, зафиксировал какой-нибудь очередной хранитель.
— Я принимаю подарок, — в никуда сообщил он.
 Глава 1. Ребекка. Звездочка, зажгись 
Знала ведь, что ничем хорошим это не кончится. Валери, моя средняя сестра, увлеченно рисовала гуашью звезду прямо в центре холла. Она аж кончик языка высунула — еще бы, наконец, хоть какое-то разнообразие в нашей, как она заявляла, пресной жизни.
Я-то ничем не лучше; помогала ей двигать кресла. И подолом платья мы обе подметали двухнедельную пыль. Ведь после того, как на прошлой неделе рассчитали еще пятерых слуг, в доме чище не стало.
Звезда получилась кособокой: две нижние вершины вышли заметно толще боковых — как будто она опиралась на две эти «ножки», чтобы стоять и не падать.
— Ребекка, не занудствуй, — невозмутимо заявила сестренка в ответ на мои совершенно обоснованные претензии. — Мы поставим вниз Мел и Рози. Они у нас пухленькие, а Дафна пусть займет место у верхнего луча. С ее красотой она сразу приманит демона. А ты отодвинешься на левый край. Своей скучной физиономией только беду накличешь.
От этих слов мне стало обидно. Дафна — это наша старшая сестра. Она родилась на год раньше меня, но от трех младших, которые тоже шли почти подряд, мы с ней не видели ни почтения, ни покоя. Только объеденные пирожные (они безошибочно угадывали места, где мы прятали сладости).
— Вэл, это не я пухлая. Это ты худющая, как доска! — воскликнула Мелани, которую все звали Мел. С этими словами она захлопнула толстенную книгу в кожаном переплете — но только после того, как убедилась, что закладка на месте.
Конечно, же Мел сидела в сторонке, с томиком проповедей святого отца Как его там и делала выписки карандашом, чтобы составить речь ее ненаглядному викарию , хватающую прихожан за душу (и за кошельки). Что мы нуждаемся в ее помощи гораздо больше, — кресла-то были тяжелые! — в ее забитую цитатами голову не приходило.
— Не нужно заранее продумывать, кто на какое место встанет, — учительским тоном начала она. — Каждая из нас, когда заклинание станет набирать силу, выберет свой луч. Будущая хозяйка демона окажется на центральном и замкнет звезду. Все же написано черным по белому.
Рози, стоявшая в дальнем углу и закутавшая лицо в шаль, страдальчески закатила глаза. Единственное, что ее волновало — это побыстрее покончить «с этим со всем» и не опоздать на репетицию. К тому же она опасалась, что, если наглотается пыли, то ее верхнее «до» не сможет раскрыться и ведущую партию отдадут мисс Бэнкс, ее давней сопернице.
Назревающая перепалка между Вэл и Мелани грозила не только Рози с ее репетицией — мы просто обязаны провести ритуал ровно в полдень. Следующего за зимнем солнцестоянием дня ждать еще год; за это время в особняке вполне может рухнуть крыша, и мы все погибнем прямо во сне. Вместе с девичьими надеждами и верной престарелой экономкой.