Песня рассвета (СИ)
Старая цыганка только что что-то договорила и молодая, закрыв рот, словно услышала что ужасное, опустила голову и поплелась скорее прочь. Её длинные волосы были распущенны и за-за этого Алексей не смог разглядеть лица. Он заметил, что одета была, как цыганка, что волосы не черны, как смоль, а русые...
-И помни! Сделай это, тогда счастье будет и тебе!
Что-то неприятное кольнуло у Алексея в груди, но как только старая цыганка взглянула, он сделал шаг.
-Проходи, барин... Садись, - указала она на стул, где только что сидела девушка.
Алексей взглянул на закрывшуюся к ним дверь и перевёл взгляд на цыганку перед ним. Она не стала раскладывать ни карт, ни брать его руку, как он думал, а просто смотрела в глаза. Долго. Молча.
-Беда случилась у тебя. Давно, - сказала она. - Теперь тебя ждёт долгая дорога. Надолго ты уедешь. Далеко... Испания ждёт тебя...
-Возможно, - улыбнулся Алексей.
-Детей не бери с собою, - продолжала цыганка говорить. - В пути встретишь человека, который приведёт тебя в тропинке счастья. Ступай туда. Не бойся... Рискуй... А коли беда случится какая, не верь беде.
-Как можно беде не верить, коли случится? - удивился Алексей.
-Возьми, - протянула она ему очень старый, потёртый медальон, на котором были выгравированы какие-то иероглифы. - Он поможет тебе. Храни его, а как повстречаешь того человека... Отдашь... Вернётся медальон потом... с годами счастья, о котором мечтаешь. Не отдашь, не рискнёшь, упустишь на век. А теперь ступай... Всё остальное уже написано у тебя на судьбе и случится в любом случае.
-Вот как? - принял несмело медальон Алексей, не желая верить в услышанное, но почему-то вдруг поверилось...
* - Аnugrahiita - на санскритском языке - счастливый, осчастливленный.
Глава 12
Вернулся Алексей домой на своём новом вороном коне. Счастливый, что приобрёл его, он лично отвёл коня на конюшню, дал поесть и ещё некоторое время стоял возле и гладил. Глядя на это прекрасное животное, Алексею казалось, что ничего радостнее не ощущал уже давно.
С поднятым настроем он отправился к протекающей у имения реке. Там Гаврила только приготовил лодку, и Алексей подошёл:
-Отправляешься уже за корзинами?
-Нет ещё, Алексей Алексеевич. Завтра отправляюсь, - улыбнулся тот. - Но планирую на лодке. Путь короче, да и не тащить же все корзины на себе.
-Ты прав, - вздохнул Алексей и окинул взглядом и речку, и деревню за нею. - Дай-ка я пока прокачусь.
Отправившись на лодке по реке, он наслаждался видом и запахом воды. Будто всей этой красоты природы он ранее никогда не видел. Удивляясь себе, что обратил внимание, сколько силы даёт ему уже от только небольшого внимания природа, Алексей поймал себя на мысли, что это надо бы делать чаще.
Все прежние переживания куда-то улетучились, казались такими мизерными, такими бессмысленными, что хотелось начать всю жизнь заново. Захотелось прожить так, как мечталось когда-то, когда не встречался ещё с большими бедами, неприятностями, когда проблемы вокруг не мешали жить и строить свою желанную судьбу.
Пробыв на реке пару часов, катаясь в округе, Алексей медленно возвращался к родному берегу. Только подплывая всё ближе, он заметил, что рядом с Гаврилой стоит вдруг прибывший с визитом Пётр Сергеевич Полевой...
-Добрый вечер, Алексей Алексеевич! - ещё не успел тот пристать к берегу, как Пётр Сергеевич уже говорил.
-Добрый вечер! Приятная неожиданность, что Вы приехали, Пётр Сергеевич, - улыбнулся Алексей и сошёл к нему.
-Я много думал обо всём случившемся, - шли они медленным шагом к усадьбе, и озадаченный чем-то Пётр Сергеевич тревожил душу Алексея. - Вы, должно быть, чувствуете себя крайне неприятно.
-Да, признаюсь, даже виноватым. Если убийца тот, кто сотворил сие зло из-за меня, я даже не знаю, как тогда жить с таким камнем дальше. Я пытаюсь прийти в себя, не думать может, но не получается. Был сегодня у цыган, - усмехнулся Алексей, искренне рассказывая обо всём. - Вороного у них приобрёл, а мне успели и судьбу нагадать. Мол, уеду я да только тогда найду счастье.
-Как интересно! - удивился Пётр Сергеевич и остановился. - А я приехал как раз посоветовать Вам, что может поездка какая отвлечёт от дум мучительных, успокоит, а там, по возвращении хотел бы предложить вновь встретиться.
-Я после такого гадания и так будто успокоился. Смог, вот, на лодке прокатиться, на мир иначе взглянуть, - вздохнул Алексей, но в его вздохе будто вновь чувствовалась вернувшаяся тяжесть. - Давайте чаю попьём? - указал он на веранду дома, и Пётр Сергеевич согласился.
Гаврила, прибывший тут же следом, быстро устроил чаепитие, и оставил их вновь наедине.
-Не сочтите меня, Алексей Алексеевич, каким сумасбродом, - взволнованно говорил Пётр Сергеевич, сделав глоток чая и отставив кружку, словно и хотел бы выпить, но то ли сил нет, то ли аппетит внезапно пропал. - Дочь у меня есть младшая... В институте ещё учится. Не так хорошо учится, но умница. Своенравная она, упрямая, но добрая. Душа чистая, без злых помыслов... Я к чему... Душу себе успокоить хочу, да потерять сего хорошего человека, как Вы, тоже не хотелось бы... Коли согласитесь взять её в жёны, осчастливите меня, старика.
-Что Вы,... Пётр Сергеевич, - растерялся Алексей, внимательно и затаив дыхание выслушав его речь. - Я... Я даже не знаю, что и думать обо всём случившемся. Не хотелось бы, чтобы и Вашу младшую дочь постигла та же участь.
-Я доверяю нашей полиции. Найдут обидчика, кто бы он ни был, а младшую дочь я защищать буду, как никогда никого. И вся еда будет проверена, уж поверьте мне, - убеждал тот. - Но пока она закончит институт, познакомитесь, пройдёт время. Никто не будет знать об этом моём предложении. Я всё же буду таить надежду, что она приглянется Вам.
-Я готов под венец с нею хоть сейчас в память об Ирине да чтобы вину загладить, - вырвалось из Алексея, что крайне удивило Петра Сергеевича:
-Ни в коем случае! Только не с таким чувством, Алексей Алексеевич! Я свято верю в чистоту помыслов, в любовь, что может зародиться. Желаю именно этого. Вдруг вспомнились слова великого китайского мудреца... Лао-цзы... Тот, кто заставляет себя, не достигнет успеха. Тот, кто жалеет себя, не может совершенствоваться... Именно потому, я советовал бы Вам, действительно, отправиться в путешествие, отдохнуть, а потом навестить меня и мою дочь. Там время пройдёт, ну, Вы понимаете... И уж, коли приглянется искренне, тогда...
-Вы правы, Пётр Сергеевич, - согласился Алексей. - Даже не знаю, как благодарить Вас за сие тепло.
-Лучше расскажите подробнее о цыганах, коне новом, - предложил тот и снова взял кружку чая, слушая рассказ Алексея...
Глава 13
Мой костёр в тумане светит;
Искры гаснут на лету...
Ночью нас никто не встретит;
Мы простимся на мосту.
Ночь пройдёт - и спозаранок
В степь далёко, милый мой,
Я уйду с толпой цыганок
За кибиткой кочевой.
На прощанье шаль с каймою
Ты на мне узлом стяни:
Как концы её, с тобою
Мы сходились в эти дни.
Кто-то мне судьбу предскажет?
Кто-то завтра, сокол мой,
На груди моей развяжет
Узел, стянутый тобой?
Вспоминай, коли другая,
Друга милого любя,
Будет песни петь, играя
На коленях у тебя!
Мой костёр в тумане светит;
Искры гаснут на лету...
Ночью нас никто не встретит;
Мы простимся на мосту.*