Май, весна и апокалипсис. Книга третья (СИ)

Дойдя до домов второй линии, я свернул направо, пересидел пять минут в кустах, пережидая проход очередного патруля, после чего добежал до нужного мне здания. Прочитав на табличке адрес и убедившись, что не ошибся домом, вошел в подъезд, поднялся на третий этаж и позвонил в квартиру слева от лестницы.
— Кто там? — раздался за дверью испуганный женский голос.
— Наталья Андреевна, это я, Миша Корнеев, одногруппник Маши!
— Миша?!!! — дверь распахнулась и я увидел сороколетнюю полнеющую женщину, которая сейчас выглядела значительно старше своих лет. Прищурившись, она внимательно всмотрелась в меня, потом потерла глаза и озадаченно произнесла, — С глазами что-то, всё расплывается!
— Ой, извините! — догадавшись, в чем дело, я поспешно достал смартфон и хотел было отключить ненужные пока карты скрытности, ночного видения и отозвать шлем, но с огромным изумлением обнаружил, что на экране гаджета отсутствует иконка «Игры». Несколько секунд я в полном шоке смотрел на экран, после чего сказал, — Это специальная маскировка так действует.
— О-о-оо! — она ещё более удивленно посмотрела на меня, — У тебя тоже есть эти волшебные штучки?
— Угу, — кивнул я, — Как же без них в наше время, Наталья Андреевна? Может быть, всё-таки впустите меня в квартиру?
— Да! — торопливо кивнула она, и отошла в сторону, бросив испуганный взгляд мне за спину, — Проходи на кухню, можешь не разуваться, я давно не убиралась!
Кухонный беспорядок красноречиво подтвердил слова хозяйки — в раковине гора немытой посуды, на столе крошки, заплесневелая корочка хлеба и несколько грязных чашек.
Зайдя вслед за мной, женщина первым делом задернула штору на окне, после чего, сев на стул, спросила с безысходной горечью в голосе:
— Так ты тоже с ними?
— Не знаю о ком Вы говорите, — ответил я, покачав головой, — Я пришёл узнать, что случилось с Машей. Мы ведь, хоть и расстались, но всё же оставались друзьями. А последнее время она не отвечает на звонки и никаких сообщений в соцсетях не пишет.
— А как же ты смог пройти? Тут ведь кругом патрули? — спросила женщина.
— Как Вы успели заметить, у меня есть некоторые волшебные штучки, — пояснил я.
— Понятно… — протянула она и замолчала, глядя в стол перед собой.
Я подождал некоторое время, предположив, что она собирается с мыслями, но Наталья Андреевна так и продолжала молчать.
Тогда я спросил:
— Ну так что с Машей?
Женщина ещё несколько секунд сидела молча, потом закрыла лицо руками и беззвучно разрыдалась.
Выбрав на столе наиболее чистую чашку, я налил воды из крана и тронул женщину за судорожно подрагивающее плечо:
— Вот, выпейте!
Она не стала отказываться и, стуча зубами по фарфору, сделала несколько глотков, после чего поставила чашку на стол и произнесла, подняв на меня заплаканные, полные боли глаза:
— Они её забрали!
— Наталья Андреевна, — я пододвинул свой стул вплотную к ней и сел, положив свою ладонь в латной перчатке поверх её руки, — Давайте по порядку, кто забрал, куда и когда?
— Служители! — ответила она, снизив голос до шёпота и испуганно осмотревшись по сторонам.
Далее, с помощью моих наводящих вопросов, женщина поведала мне историю местной секты, как она видела её со своей стороны.
* * *
В тот незабываемый день, когда на Землю пришла Система, один из местных предпринимателей — владелец частной лесопилки Голубев Павел Петрович развернул широкую агитацию среди местного населения, рассказывая о том, что прежнему миру пришел конец, и теперь для того, чтобы выжить, жителям поселка необходимо организоваться в военизированный отряд под его началом.
Сразу же рядом с ним оказались два десятка молодых крепких парней, половина из которых были не местными. Эти парни ходили по поселку, проводили агитацию за вступление в организацию, которую они называли «Служители будущего». Кроме того, они активно занимались прокачкой рангов.
И да, несколько приспешников Голубева открыто ходили по поселку с жезлами, на которых были закреплены человеческие черепа. Когда Наталья Андреевна рассказала мне об этом, я пришел к выводу, что Голубев, по всей видимости, уже давно являлся лидером секты сатанистов, про которую ходили слухи в Петровске.
  
Уверенные речи сектантов, помноженные на пугающую неизвестность перемен, происходящих в мире, дали вполне ожидаемый результат — к «Служителям» примкнула значительная часть местной молодежи, плюс к ним присоединились и кое-кто из более взрослых обитателей посёлка. Маша Погодина тоже не осталась в стороне и занималась прокачкой рангов вместе с новоявленными служителями, среди которых было множество её знакомых.
А на пятый день, когда весь мир пребывал в глубоком шоке после первых прорывов, «Служители» без какого либо сопротивления со стороны служителей правопорядка захватили здания отдела полиции и поселковой администрации, а затем Голубев объявил себя новым главой поселения. В тот же день пропали сотовая связь и интернет, на въезде в поселок появились блок-посты под охраной с хорошо вооруженных служителей, а жителям было объявлено о запрете покидать пределы населенного пункта.
Свои действия новоявленный глава объяснил тем, что Система на самом деле поставила своей целью уничтожить всех людей на Земле, но он смог установить контакт с богом Шаргелионом, который пообещал Голубеву и всем его сподвижникам помощь при условии верного служения и взаимодействия. А первым звеном в этой помощи был артефакт, который защищает поселок от пробоев. Побочным действием этой защиты как раз является отсутствие сотовой связи и интернета. Запрет на выезд из поселка был объяснен тем, что таким образом предотвращается утечка информации о Шаргелионе, которая не должна дойти до кровожадной Системы.
Причем у самого главы остались довольно тесные связи с внешним миром — леспромхоз продолжал вырубку, лесопилки исправно работали, а в поселковой администрации многократно видели визитеров из города, часть из которых носили форму офицеров полиции и армии.
Ещё через пару дней Голубев объявил, что поскольку «Служители» охраняют покой и порядок в посёлке, то для них нужно создать комфортные условия. И сделать это должны лучшие местные девушки в специальном храме любви, а простыми словами — в борделе, который он обустроил для своих приспешников в бывшем Доме Культуры.
Сначала новый хозяин поселка предложил юным представительницам прекрасного пола заняться этим «нужным и почетным делом» на добровольных началах, а когда оказалось, что желающих стать жрицами любви набралось всего несколько девиц, к тому же далеко не самой лучшей внешности, то Голубев объявил принудительную мобилизацию и служители силой забрали в бордель несколько десятков девушек, в том числе и Машу Погодину.
Родственники и друзья пробовали было возмущаться, но были сильно избиты, а Данила Агафонова, у которого служители забрали жену, Глава сам прилюдно казнил — махнул рукой, и рослый мужчина буквально превратился в мокрое место, широко разлетевшись кровавыми ошмётками во все стороны. После этой ужасающей демонстрации силы все недовольные сидели по домам и не высовывались.
Про жертвоприношения Наталье Андреевне ничего не было известно, но несколько десятков человек в поселке исчезло. И пропали в основном те, кто активно выражал недовольство новой властью.
Я ещё немного поспрашивал её, но более ничего интересного для меня женщина не знала. Глянув на часы, я увидел, что до окончания действия карт скрытности и ночного видения осталось менее получаса и поспешил распрощаться с собеседницей.
— Ты её спасешь? — с надеждой в голосе спросила Наталья Андреевна, когда я подошел к выходной двери.
— Обязательно! — кивнул я, стараясь демонстрировать уверенность, — Но не сейчас. Для решения проблемы надо хорошо подготовиться. Только Вы никому не должны говорить о нашем разговоре!
Выйдя из квартиры, я подумал о том, что было бы неплохо подождать в подъезде минут пятнадцать, чтобы убедиться в том, что моя недавняя собеседница не побежит стучать в местную администрацию. Однако время действия карт неумолимо истекало, поэтому я и не стал здесь задерживаться, спешно направившись к выходу из поселка.