Май, весна и апокалипсис. Книга третья (СИ)

— Угу, — кивнул Макс, — Понятно!
«Мишенька, ты меня слышишь?» — в голове раздался голос Виктории.
«Конечно!» — так же мысленно ответил я без особой радости. Мы сегодня уже успели потренироваться в использовании колец мыслесвязи, и мне это не очень понравилось. Я бы даже сказал, что очень не понравилось, так как моя здоровая психика как-то болезненно воспринимала появление в голове постороннего голоса. Острое ощущение ненормальности — я бы так назвал тот синдром, который возникал у меня во время мысленного общения. Но всё же для дела эта способность очень нужна, поэтому пришлось смириться. Однако я предупредил девушку, чтобы она не злоупотребляла мысленной болтовней.
«Как дела?» — спросила Вика.
«Нормально, а у вас?» — ответил я с толикой раздражения, готовясь уже напомнить ей, чтобы не болтала попусту.
«Тоже хорошо, но когда мы шли через парк на Гайке, то к нам пристали трое пьяных парней, развлечься хотели», — сообщила она.
«Они живы?» — поинтересовался я без всякого беспокойства о своей подруге. Всё-таки она в состоянии постоять за себя.
«Нет, эти придурки были очень настойчивы, поэтому я решила не рисковать и всех убила», — без каких-либо эмоций ответила она. Странным образом в характере моей подруги сочеталось сострадание и желание помочь страждущим со спокойной деловой жестокостью по отношению к тем, кто стоял у неё на пути.
«Прибралась?»
«Ага, использовала карту разделки, а одежду закинула в хранилище, потом избавлюсь. Свидетелей не было».
«Вера там не сильно переживает?» — я поинтересовался моральным состоянием Лукиной, которой ещё не доводилось сражаться против людей.
«Да нет, вроде бы всё нормально».
«Ну и прекрасно. Я тебя люблю!»
«Я тебя тоже! Пока!»
Вика завершила разговор, и я поделился этой историей с Максом, развеселив его:
— Аха-ха! Хотели чувачки теплого и сладкого угощения, а получили холодное и острое! Молодец Вика!
Шутливое обсуждение данного происшествия заняло у нас практически всё время до улицы Фрунзе, где Макс, пройдя через пару дворов, присмотрел красную «девятку».
— «Шестерок» к сожалению нет, — со вздохом произнёс он, обходя машину кругом, — Так что придётся с этой рискнуть!
— А что, здесь сложнее? — спросил я, так как ранее никогда не интересовался вопросами угона автомобилей.
— Да не особенно, — пожал он плечами, — Те же три провода, но на «девятки» чаше противоугонки всякие ставят, — с этими словами он со всей силы пнул по колесу и потянул меня за руку, чтобы отойти в тень.
— Вроде никто не выбегает и не кричит из окна, — сказал Макс, выждав несколько минут. Затем он вернулся к машине, коротким ударом латной бронированной перчатки выбил стекло и открыл дверь.
Со стороны жителей окружающих домов никакой реакции на эти вопиющие действия не последовало, хотя в большинстве окон всё ещё горел свет, что указывало на то, что люди не спят и могли услышать шум. Макс несколько минут копался с передней панелью, тихонько матерясь себе под нос, после чего двигатель завелся, и я, ещё раз оглянувшись по сторонам, сел в машину, которая тут же тронулась с места.
— Как много у тебя скрытых талантов! — покачал я головой, когда мы выехали со двора.
— Сам удивляюсь! — весело ответил мой друг, прибавляя ход, — Брательник всего один раз показывал, как это делается, ещё перед армейкой. А вот смотри-ка, получилось!
Сразу за улицей Фрунзе начиналась промка, причем дорога на Леспромхоз шла таким образом, что к северу от дороги раскинулась обширная заброшка, а с другой стороны тянулась обитаемая часть промзоны, где и сейчас местами горели фонари.
Сразу за промзоной начинался лес, а проехав ещё три километра мы увидели бы посёлок Леспромхоз.
Однако близко подъезжать к обиталищу культистов было опасно, поэтому я сказал Максу, чтобы он съехал с дороги в лес и остановился.
После того как мы замаскировали машину срубленными деревцами, я активировал на себя карты скрытности и ночного зрения, а затем мы продолжили путь, не спеша двигаясь пешком по лесу вдоль дороги.
  
Логика меня не подвела — через пятнадцать минут неспешного движения я смог разглядеть впереди бетонное ограждение блок-поста, который культисты открыто оборудовали на подступах к посёлку.
Затаившись за кустарником, я с помощью мысленной команды вызвал Викторию:
«Слышишь меня?»
«Да», — немедленно ответила девушка.
«Ты где?»
«Возле управления ФСБ».
«И как там обстановка?».
«Примерно в половине окон горит свет, но близко я не подходила, поэтому не знаю, есть там люди или нет».
«Ты всё правильно сделала, начинаем операцию, сообщишь, если будут изменения!»
После этой мысленной фразы я вызвал из хранилища мобильник, принадлежавший Вике, и набрал номер Сергея Сергеевича, который ответил практически сразу:
— Вика! Девочка моя! Куда ты пропала⁈ — раздался в трубке тревожный голос пожилого врача.
— Да вот, узнала, что вы меня хотите продать, и решила покинуть ваше крайне неприятное общество, — ещё на базе Вовчик установил на этот смартфон программу, меняющую голос, поэтому Сергей Сергеевич сейчас слышал голос моей подруги.
— Ты всё не так поняла! — с жаром произнёс он, — Это же всё для твоего блага, там безопаснее, хорошие условия проживания и работы, да и пользы для нашей страны ты будешь больше приносить именно там! Ты просто не понимаешь от чего отказываешься!
— И тысячу ликтов вы с этих ребят из ФСБ хотели взять тоже для моего блага?
— Нет, это уже для себя, — ответил врач, слегка смутившись, — Но они бы тебя в любом случае забрали, а так хоть какая-то компенсация для меня.
— Что-то не понимаю я вас, это ведь вы меня продали, а теперь говорите, что ни меня в любом случае забрали бы.
— Ну нет, девочка моя, кто тебе такие глупости наболтал? Просто ты показала очень редкие способности, и информация об этом дошла до Москвы. Такое ведь не скроешь, когда ты людей практически с того света вытаскивала. Вопрос был лишь в том, какое из ведомств заберет тебя к себе.
«Сработало, Миша! — в наш диалог с врачом вмешалась Вика, — Четыре машины выехали из ворот».
«Хорошо, смотри дальше!» — ответил я девушке и обратился к Сергею Сергеевичу:
— Вы должны были обо всём мне рассказать!
— Ты бы тогда сбежала, как впрочем и получилось. Интересно, кто это проболтался?
— Сама догадалась, старый козел! — после этих слов я нажал отбой и бросил мобильник на землю.
Возможно, стоило с ним ещё пообщаться, чтобы у тех, кто нас слушает, не создалось впечатления, будто всё это сделано специально с целью выманить их коллег сюда. Но тот старый пердун стал меня уже утомлять. Всё-таки надо будет его убить при удобном случае.
— Сюда едут четыре машины, — сказал я Максу, — Будут минут через десять. Так что отходи дальше и действуем по плану!
— Угу, — кивнул мой друг и направился глубже в лес. Сейчас он должен отойти метров на двести и затаиться в кустах. В предстоящем столкновении мой друг будет бесполезен.
Проводив Макса взглядом, я лёг на землю и потихоньку пополз в сторону блокпоста, стараясь двигаться незаметно и бесшумно. Кто его знает, какие способности у этих сектантов.
Когда до укреплений культистов осталось примерно три десятка метров, я решил, что этого расстояния будет достаточно для претворения в жизнь моего авантюрного плана, и затаился в высокой траве.
Ждать прибытия гостей пришлось совсем недолго — видимо, гэбисты в тщетной надежде изловить молоденькую целительницу, мчались с максимальной скоростью, и вскоре до меня донёсся рев автомобильных моторов.
Сектанты, охранявшие блок-пост тоже услышали приближение машин и засуетились за баррикадой из бетонных блоков, занимая оборону. Насколько я мог видеть со своей позиции, здесь было десятка полтора культистов, большинство из которых были вооружены автоматами Калашникова.
Мне также хорошо было видно и бронеавтомобили «Тигр», на которых прибыли сотрудники ФСБ. Головная машина остановилась неподалёку от того места, где я бросил телефон, после чего из броневика вышло несколько человек, двое из которых заняли боевые позиции, опустившись на одно колено, а остальные принялись осматривать местность в поисках Виктории или хотя бы её следов.