Падение (ЛП)

Я смотрю на Коди, который тихо сидит под горкой, за миллион миль и миллион лет отсюда, с любимыми фигурками динозавров в руках. В то время как другие дети визжат, бегают, падают и хихикают, он играет один тихо, более чем счастлив погрузиться в свой собственный мир фантазий. Это одна из вещей, которой я восхищаюсь в нем больше всего.
Иногда от понимания того, что он мой сын, у меня перехватывает дыхание. Я сделала это. Часть моей ДНК, часть меня и того, кто я есть на молекулярном уровне, является частью его. Он больше, чем просто десять идеальных пальчиков; он – коллекция из двух человек, все лучшие части свернуты в одно крошечное человеческое существо.
Мне было всего девятнадцать, когда я забеременела, когда я узнала, что больше всего на свете я хочу встретиться с человеком, которого помогала создавать. Конечно, его отец не чувствовал того же, и в то время я не могла понять, почему, но теперь, оглядываясь назад, зная, что я делаю, я вижу в этом только судьбу.
Еще несколько человек приходят и уходят из парка, и день переходит в ранний вечер. Довольно скоро солнце начинает садиться, и в тот момент, когда оно опускается за облако, воздух становится холодным, тепло солнца поглощается горизонтом.
Я встаю и машу Коди через площадку.
— Пора идти, — кричу я, и мгновение спустя он появляется со своего места под горкой. Он покрыт щепками коры и листьями, и так как мы пропустили его послеобеденный сон, он работает на парах, но все еще полон энергии.
— Можно я посмотрю тот мультик? — спрашивает он, когда я беру его за руку, и мы переходим дорогу.
— Опять? Тебе он еще не надоел?
Он качает головой, разбрасывая повсюду сухие листья.
— Это мой самый любимый.
Хотя я могу повторить всю реплику с динозаврами DVD по памяти, я все равно киваю.
— Можешь посмотреть после ужина.
— Да! — он кричит, размахивая кулаком и изображая удар карате.
Мы все еще довольно далеко от входа в подъезд, когда я замечаю группу парней, болтающихся снаружи. Поначалу я не волнуюсь, но по мере того, как мы приближаемся, чувство неловкости начинает увеличиваться. Обычно кучка мужчин меня не беспокоит, мне приходится иметь дело с идиотами, вроде этих парней, на работе постоянно, но я видела некоторых из них раньше, и они не те люди, на виду у которых я хочу быть рядом с Коди. Я пытаюсь придумать другой способ попасть внутрь, другой вход, но ничего не получается. Нам придется пройти мимо них.
Я пытаюсь выглядеть спокойной, но в нескольких ярдах от меня Коди сжимает мою руку сильнее, и я вижу, что он тоже их заметил. Одно дело находиться в окружении детей, но взрослые мужчины всегда заставляли Коди нервничать.
Их было четверо. Они не большие парни, но все равно четверо тупых пьяных парней. Я пытаюсь успокоить нервы, подступающие к горлу, – я не хочу, чтобы Коди чувствовал мои опасения. Я кладу руку ему на плечо, прижимая его к себе, когда мы подходим ближе.
Я надеялась, что смогу проскользнуть мимо без проблем, но, подняв глаза, обнаружила, что все четыре пары глаз наблюдают за нашим приближением. Плечи Коди напряглись под моей рукой, и я успокаивающе погладила его по спине, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно.
— Все в порядке, — тихо говорю я. — Продолжай идти.
Вход в здание окружен высокими садовыми клумбами, и ребята блокируют единственный путь внутрь. Повсюду валяются пивные банки и бутылки, и я чувствую запах дыма еще до того, как вижу окурки на земле. Один из них встает на моем пути, и он так близко, что мне приходится остановиться перед ним.
— Эй, — протягивает он, и ощущение его глаз на мне посылает волну отвращения, прокатывающуюся по мне.
Я пытаюсь обойти его, но он преграждает нам путь.
— Я тебя видел где-то раньше? — спрашивает он, пытаясь наклонить голову, чтобы встретиться со мной взглядом.
Я качаю головой.
— Не думаю. Извините.
Я пытаюсь обойти его, но он снова встает передо мной, и его друзья смеются. На этот раз я смотрю на него, стиснув зубы. Почему-то он не понимает намека.
— Ты уверена, что мы не встречались раньше, красотка?
 
— Сомневаюсь.
— Да-да, — говорит один из его друзей. — Она одна из девочек Маркуса.
Узнавание озаряет его глаза, и хотя он улыбается, это холодная рептилия.
— Точно. Ты работаешь в «Blush», — его глаза медленно путешествуют по моему телу. — Я узнаю эту хорошенькую попку где угодно.
— Я думаю, вы ошиблись, — я снова пытаюсь обойти их. — Можно пройти, пожалуйста?
Я крепко сжимаю Коди, чувствуя, как его рука мягко скользит по моему бедру, когда он прижимается к моему боку.
— Ты здесь живешь? — он спрашивает. — Только ты и ребенок?
Будь я одна, я бы с радостью воспользовалась маленьким перцовым балончиком, который держу в сумке. Но я действительно не хочу пугать Коди. Я просто хочу отвести его наверх, где безопасно.
Я стискиваю зубы, пытаясь стать выше.
— Это не твое дело. Как насчет того, чтобы пропустить нас?
Он делает полшага ближе и поднимает руку к моему лицу. Инстинкт заставляет меня отпрянуть, и в ту же минуту я ненавижу себя за это. Его пальцы касаются моей щеки, и мне приходится сжать челюсть, чтобы не попытаться откусить его пальцы. Вместо этого я сглатываю кислый привкус, который покрывает мой язык, чувствуя, что мой страх уходит вместе с ним.
Я не боюсь, я злюсь.
— Пойдем, — тихо говорит он. — Не нужно все усложнять. Уверен, мы с тобой что-нибудь придумаем, — от него пахнет дешевым бурбоном и несвежими сигаретами. От этого запаха у меня снова сводит живот.
Я открываю рот, чтобы огрызнуться, но меня останавливает приближающийся голос.
— Эй, — гремит голос позади меня. — Она сказала отвалить.
Голос глубокий и требовательный, и я вздрагиваю, когда внезапно появляется черная тень, отталкивая нас с Коди на шаг назад. Он такой высокий и широкоплечий, что я вижу лишь кофту и маленькие татуировки, выглядывающие из-под воротника.
Мне требуется мгновение, чтобы узнать Джастина. Только когда он слегка поворачивается и смотрит на меня через плечо, я понимаю, что это правда он. Я так удивлена его появлением, что мне требуется некоторое время, чтобы прийти в себя.
— Что ты собираешься делать? — усмехается парень, его лицо уродливо контрастирует с почти идеальным профилем Джастина. Вблизи привлекательная линия его челюсти и скул еще более поразительны, чем я думала. — Хочешь, чтобы твое хорошенькое личико разбилось из-за какой-то шлюхи?
Спина Джастина сгибается, и боковым зрением я вижу, как он сжимает кулак, костяшки пальцев побелели от напряжения. На долю секунды другой человек съеживается, его мозг, очевидно, оценивает противника и останавливается.
— Отойди. Назад.
Он не делает ничего, чтобы скрыть угрозу в тоне. Его голос спокоен и тверд, но кулак все еще сжат. Я крепко прижимаю Коди к себе, мое сердце колотится так сильно, что я чуть не задыхаюсь.
После мгновения неловкого молчания парень, наконец, отступает от Джастина, и когда двое справа от меня отходят, я пользуюсь возможностью вытащить Коди через промежуток между ними в подъезд.
Посадив Коди на бедро, я поднимаюсь по лестнице так быстро, как только могу. Я не останавливаюсь. Не оглядываюсь. Я не дышу, пока мы не поднимаемся наверх и не оказываемся в безопасности за запертой дверью.
Глава 4
Скарлет
С Коди на бедре я поднимаюсь по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, мои ноги горят, а руки болят от его веса. Мгновение я вожусь с ключами, сердце бьется миллион миль в минуту, а руки потеют. Наконец дверь открывается, и я толкаю Коди внутрь, закрывая ее за нами и запирая на засов, прежде чем вставить цепочку на место.
Я кладу дрожащую руку на дверь и приподнимаюсь на цыпочки, чтобы посмотреть в глазок. Коридор пуст. Убедившись, что там никого нет, я прижимаюсь головой к входной двери, прерывисто выдыхая.
Ненавижу, теперь эти придурки знают, где я живу.