Падение (ЛП)

Его прикосновение легкое, как перышко, едва касаясь моей кожи, тыльная сторона его пальцев скользит вверх по моим бокам. Я чувствую, как сжимается мой живот и волосы на руках встают дыбом. Взгляд Джастина мягкий и почтительный, но, тем не менее, стальной, и когда его руки, наконец, широко расставлены на моих бедрах, я не могу не задохнуться, когда мои соски затвердевают под чашечками лифчика.
Его рука движется вверх по моей спине, он тянет меня вперед, пока я не прижимаюсь к его теплой груди, он снова целует меня.
Мы целуемся, кажется, целый час, тесно прижавшись друг к другу, и в его объятиях мое тело расслабляется, мои стены рушатся.
Лифчик остается на мне, и независимо от того, как сильно я хочу, чтобы они двигались, руки Джастина остаются над моей одеждой.
К тому времени, как он уходит, мои губы распухли от поцелуев, а волосы растрепались. Я бы смутилась, но Джастин выглядит все также, шепчу «пока» и закрываю дверь.
Боже. Я глубоко увязла и не знаю, хватит ли у меня сил повернуть всё назад.
***
На следующий день солнце выглядывает из облаков, украшая нас теплом. Последние дни зимы ускользают, и весна скачет на своих фалдах, готовая пролить солнечный свет на зимнюю серость.
— Где твоя машина? — спрашивает Лорен, поворачивая голову и оглядывая парковку.
Я колеблюсь, не желая говорить ей, что у меня нет денег на бензин, чтобы добраться до работы и обратно.
— Решила поехать на автобусе сегодня, — вру я.
— Ты завтра открываешься? — она спрашивает.
Кивнув, я ищу в сумке солнцезащитные очки.
— Да, ты завтра со мной. В смену после завтрака.
Лорен фыркает.
— Клянусь, я забыла бы свое имя, если бы оно не было приколото к груди.
Мы толкаем входную дверь закусочной и выходим на улицу. Теплое солнце приятно ласкает мою кожу, и я поднимаю лицо, чтобы почувствовать его на щеках.
— Эй, — Лорен толкает меня локтем. — Ты знаешь этого парня? — я открываю глаза и вижу, что она смотрит через мое плечо. — О Боже, — выдыхает она, трепеща рукой у декольте. — Он смотрит прямо на нас, — говорит она, не сводя глаз с парковки.
Оглянувшись через плечо, я прикрываю глаза от солнца, но ошибиться в силуэте невозможно. Джастин стоит под поздним зимним солнцем, прислонившись к своей машине.
— Он такой горячий, — шепчет Лорен. — Все эти татуировки…
Я поднимаю руку, чтобы помахать, и Джастин дергает подбородком в мою сторону в знак приветствия.
Рот Лорен практически падает на землю.
— Это…это за тобой? Ты его знаешь?
Мои щеки пылают. Я перекидываю сумку повыше на плечо, сдерживая щекотливую ухмылку.
— Да.
Она выглядит потрясенной, взволнованной и, возможно, немного нервной.
— Неудивительно, что ты не хочешь идти свидание! — она легонько шлепает меня по руке. — Пропавшая девочка. Увидимся завтра, — говорит она с намеком на любопытство и дерганьем бровей «расскажи мне все».
Я киваю, уже пятясь к Джастину.
— До завтра.
Джастин ничего не говорит, когда я подхожу, мое розово-зеленое полосатое платье шуршит вокруг колен. Я улыбаюсь ему, когда он размахивает ключами вокруг своих длинных пальцев и отталкивается от машины. Мы пристегиваемся в тишине, но как только двигатель заводится, Джастин берет меня за руку, сжимая мои пальцы, прежде чем поднести тыльную сторону моей руки к губам.
— Привет.
Моя улыбка становится шире.
— И тебе привет.
Лорен не двигается, когда Джастин разворачивает машину и проезжает мимо, его локоть небрежно лежит на открытом окне, рука нежно сжимает мою на коленях.
***
В четверг вечером раздается стук в дверь.
— Не двигайся, — говорю я Коди, указывая на него пальцем. Он кивает, продолжая играть с пузырьками.
Джастин стоит у входной двери с черной спортивной сумкой у ног, черная вязаная шапочка низко надвинута на лоб.
— Привет.
— Я не могу остаться, — говорит он в качестве приветствия, мгновенно протягивая руку ко мне. — Я уже ухожу, — я приподнимаюсь на цыпочки, чтобы поцеловать его, все еще удивляясь, что могу делать это, когда захочу. — Я вернусь завтра вечером. Поздно.
 
Я вздыхаю.
— Окей.
— Дам тебе знать, когда буду рядом.
— Окей.
Всплеск из ванной отвлекает нас обоих, и он улыбается.
— Пока.
Он снова целует меня.
— Пока.
Я смотрю, как он идет по коридору, испытывая отвращение, что нахожу даже его походку привлекательной.
Поднимаясь по лестнице, он оборачивается, улыбается мне через плечо и уходит. Его тяжелые шаги исчезают на лестнице, и я закрываю входную дверь, слегка приподнимая ее, пока она не встает на место. Улыбаясь, я прижимаюсь лбом к деревянной двери.
Как я переживу это?
Глава 15
Скарлет
— Мне обязательно ночевать там?
— Да, малыш. Будет весело, как и раньше.
Я бросаю ночник Коди в рюкзак.
— Но почему?
— Потому что мама должна работать.
— А где Джастин?
Мой постоянный вопрос.
— Он в отъезде, помнишь?
Коди вздыхает.
— Почему?
— Потому что. Но ты увидишь его в свой день рождения.
— Когда у меня день рождения?
— В воскресенье. Нужно еще два раза поспать.
— Почему не сейчас?
Попытка придумать логичный, но простой ответ на этот вопрос, а также попытка втиснуть четырехлетнего ребенка в пижаму, оказывается трудной.
— Потому что ты родился пятнадцатого, а не тринадцатого.
— Почему?
Я вздыхаю, выпуская весь воздух из легких в попытке не злиться. Это «почему» вещь новая и становится реальной проблемой.
— Потому что в тот день аист решил привести тебя. Ты нашел свои тапочки?
Коди поворачивается и, волоча ноги, плетется в спальню.
Полчаса спустя я стою у двери Неды, слушая, как она кричит Амона, чтобы тот выключил телевизор, когда дверь распахивается.
— Ах, — воркует она, обветренными руками обхватывая мои щеки. — Прекрасная Скарлет, — тепло ее прикосновений, и улыбки, запаха ее домашней кухни успокаивают, давая понять, как сильно я скучала по ним.
— А ты, красавчик мистер Коди? Как дела? — он хихикает, когда она громко целует его в лицо. — Амон! — она кричит ему через плечо, а затем что-то на персидском, на что он отвечает тем же.
Неда издает гортанный звук, махнув рукой в сторону мужа.
— Пойдем, — настаивает она. — Я приготовлю тебе чай, а ты съешь что-нибудь перед уходом.
Бросив сумку Коди к ногам, я качаю головой.
— Спасибо, но мне действительно пора. Извини.
— Нет, нет, нет. Вот… — Неда со всех ног бежит на кухню и через минуту возвращается с чем-то завернутым в фольгу. — Возьми, — одной рукой она протягивает мне еду, другой обхватывает мою руку костлявой ладонью. — Ты слишком худая! — говорит она, дрожа с удивительной силой. — Надо больше есть.
Фольга теплая, и я чувствую запах того, что внутри. Это что-то мясное и острое, мой желудок урчит от голода. Я улыбаюсь, подавляя желание разорвать фольгу и съесть это на месте. Вместо этого я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в тонкую, как бумагу, щеку.
— Спасибо вам.
Я наклоняюсь, чтобы обнять Коди, прижимая его маленькое тело к своему.
— Спокойной ночи, малыш. Увидимся завтра, хорошо?
Он кивает, выглядя немного грустным. Разрывает маленькую дыру в моем сердце.
— Веди себя хорошо, — он кивает. — Я люблю тебя.
— И я, — отвечает он.
Я встаю и достаю из кармана ключи от машины.
— Я зайду завтра и заберу его на день. Ты уверена, что не против взять его на обе ночи?
— Конечно, нет, — говорит Неда. — Но ты будешь здесь на день рождения?
Чувство вины пронзает меня, но я запихиваю его глубоко в себя, вместе с остальными вещами, с которыми я сейчас не могу справиться.
— Обязательно. Я заеду за ним рано утром в воскресенье, — я расправляю плечи. — У меня выходной, но не могу взять два дня подряд. — Я вижу неодобрение на лице Неды, и на мгновение мне кажется, что я рада, что у меня нет семьи. Никто не может дать чувство вины лучше, чем семья.