Академия сумрачных странников. Кошмары на выгуле

Я никогда не попадала в подобную ситуацию и понятия не имела, как дальше действовать. Но действовать надо было.
Носилась по академии, как сумасшедшая, пытаясь достучаться, докричаться до коллег, студентов – кого угодно, лишь бы кто-нибудь меня увидел, услышал. Ну хотя бы почувствовал мое присутствие, гнарр их всех раздери!
Бесполезно. Я была подобна привидению. Вот только призраков хотя бы чувствуют и часто видят, а меня вообще игнорировали. Меня никто не чувствовал, и я никого не чувствовала. Пыталась хватать за руки, но пальцы задевали только воздух.
Я застряла в сумраке, в пограничной зоне между сном и явью, и не могла из него выбраться. По работе мне приходилось изредка нырять в эту пограничную зону, чтобы вытаскивать оттуда застрявших студентов, например, но всё это были контролируемые ныряния с моей стороны, а самих студентов я прекрасно чувствовала и понимала, что они просто застряли на полпути, не завершив ритуал как надо. Но я сейчас была в каком-то другом слое сумрака. Именно потому что некая беда случилась с моим телом, и возникла энергетическая ошибка при попытке вернуться в него. Как будто были нарушены энергетические координаты, по которым я всегда возвращалась в себя.
Пробовала искать свое тело, носилась по академии и прилежащей территории, но ничего особенного не находила.
Пробовала докричаться до ректора, но Персиваль и бровью не повел, продолжая рабочую беседу с коллегами, которые тоже на меня никак не отреагировали.
Пробовала телепортироваться, чтобы попросить помощи у своих могущественных родственников, но не смогла создать воронку телепортации.
Пробовала послать ментальное сообщение, пыталась активировать связной браслет-артефакт на руке. Хотела даже на досках мелом что-то написать, чтобы привлечь внимание, но не смогла взять мел в руки, как и любой другой предмет, не находящийся на мне. Пыталась даже кинжалом процарапать на каменной стене надпись с криком о помощи, но стена моим кинжалом не царапалась, как будто никакого острого предмета в руках не было.
Ни-че-го.
Меня будто не существовало больше в этом мире. Но я же существовала, я точно знала! И была уверена, что мое живое (пока еще) тело где-то есть, оно существует! И мне необходимо найти его как можно скорее! И надрать зад тому гаду, который посмел так дурно надо мной подшутить.
– Да за что мне всё это, о боги?! – вопрошала я, стоя посреди атриума и усиленно пытаясь оживить связной браслет, достучаться до родственников.
Жутко захотелось плакать, и в попытке заглушить слезы я начала громко и грязно ругаться вслух. Какая разница, все равно меня тут никто не видит и не слышит. Могу хоть голая бегать, эффект будет нулевой.
– Я так понимаю, индивидуальных занятий у нас сегодня не будет? – раздался сбоку от меня мужской голос какое-то время спустя.
Бросила раздраженный взгляд на Рэйеса, который проходил мимо. Он с интересом поглядывал на мои попытки разобраться с артефактом, при этом увлеченно грыз какое-то странное то ли шоколадное мороженое, то ли леденец на палочке.
– Отвали, не до тебя сейчас, – огрызнулась, отчаянно продолжая попытки как-то оживить связной браслет. – Не видишь, что я занята?!
– Ну, нет так нет, – безразлично пожал плечами Рэйес и пошел дальше.
Несколько секунд еще прошло в моих нервных попытках достучаться до Наставника через браслет-артефакт. Без толку. Всё было без толку. Я была в ловушке.
Раздраженно глянула вслед Рэйесу, посмевшему дергать меня, а потом… Потом до меня дошло, что он только что со мной разговаривал. И смотрел при этом мне в глаза.
Так, стоп. Он меня видел, что ли? И слышал?
Я рванула с места, бросившись вслед за Рэйесом с таким отчаяньем, с каким утопающий тянется за спасательным кругом.
– Рэйес! Да стой же ты, Рэйес! Рэй!
Подбежала к нему, с надеждой попыталась схватить за руку… И, о, чудо, удалось!! С такой силой вцепилась в запястье и дернула на себя Рэйеса, что тот чуть не врезался в меня. Лакомство, которое он держал на палочке в этой самой руке, чуть не заехало мне в глаз случайно.
 
– Что, так сильно хочешь? – с лукавой улыбкой спросил Рэйес.
– Кого? – тупо спросила я.
– Я про десерт, – Рэйес кивнул на странный леденец в своей руке. – Могу поделиться.
А… Про десерт…
Мозг мой на нервной почве явно плохо функционировал.
Перевела взгляд на мороженое. Или всё-таки леденец… То, что я сначала приняла за шоколад, оказалось какой-то странной черной посыпкой, которую Рэйес с аппетитом слизывал.
– Что это?
– Соленый чай на палочке.
Я недоуменно похлопала глазами.
– Это как?
– Ну, как мороженое с соленой карамелью, только это не сливочное мороженое, а замороженный чай.
– Что-то вроде фруктового льда?
Рэйес пожал плечами.
– Возможно. Никогда не пробовал фруктовый лед. Он тоже соленый?
– Скорее уж – приторно-сладкий.
– Фу, гадость, – сморщился Рэйес. – Не в моем вкусе. Мне больше такое по душе. Я еще черным перцем сверху посыпал, очень сочно и обжигающе получилось, мне понравилось. Но уже почти весь перец слизал, скудноватую обсыпку сделал. Пойду еще добавлю.
И пошел дальше как ни в чем не бывало, развернувшись в сторону трапезной.
Я мотнула головой, придя в себя. Так, соберись, Фэл! Тебе надо о помощи просить, а не светские разговоры о странных вкусовых предпочтениях вести!
– Эй, стой! – снова дернула Рэйеса на себя. – Мне нужна твоя помощь!
– О, моя госпожа просит о помощи? – издевательским голоском протянул Рэйес. – С чего это я удостоился такой почести?..
Я цокнула языком.
– Слушай, мне не до смеха…
– Это я заметил, с момента нашего знакомства ты еще ни разу не улыбнулась, под неприступную Ледяную королеву косишь, – усмехнулся Рэйес, весело подмигивая мне.
Рздраженно отмахнулась и продолжила:
– Ты же меня слышишь? И видишь? И трогать можешь, да?
– А я могу? – оживился Рэйес, внаглую притягивая меня к себе за талию одной рукой. – А что еще мне нужно проверить? Могу уточнить степень твоей упругости, мягкости…
Зарычала и оттолкнула смеющегося Рэйеса.
– Послушай, я серьезно! Что-то случилось с моим телом, пока мы с группой были в рабочем сновидении. Уверена, что тело пока живое, но…
Я изложила кратко суть проблемы. Рэйес не стал как-то ярко реагировать, всплескивать руками с воплями «О боже мой, что же делать?!», а просто сказал:
– Понятненько. Ну, я не знаю, где твое тело. Мимо меня вроде не пробегало. И где его искать – тоже не имею ни малейшего понятия. Раз мне тебя трогать интенсивнее нельзя, я могу идти?
И он снова развернулся, намереваясь пойти прочь.
– Стой! Ну стой же ты! – я уже двумя руками вцепилась в рубашку Рэйеса, развернув его к себе лицом. – Цену себе набиваешь, что ли?!
– Может, и да, – нахально улыбнулся Рэйес.
– Пожалуйста, помоги мне! Знаю, что ты не справишься сам, но ты ведь можешь позвать на помощь! Я лишь прошу побыть посредником и донести до нужных людей информацию о том, что я в беде.
– Ну, я могу сходить к ректору и попросить как-то вытащить тебя…
– Нужно не к ректору, – прервала, резко замотав головой. – Надо связаться с моими родственниками в инквизиции Генерального Штаба и с моим Наставником. Наведаться прямо к ним, как можно скорее.
– Почему не к ректору? – недоуменно спросил Рэйес.
Я замялась, пытаясь сформулировать свои опасения.
– Не знаю, – ответила честно, обняв себя за плечи в защитном жесте. – Понимаешь, если мое тело пропало прямо из рабочей аудитории, и никто из преподавателей мгновенно не забил тревогу, значит, кто-то сделал это, аккуратно обойдя все защитные блоки. Поверь, их на академии в целом и на каждом зале навешано столько, что я могу твердо говорить: мое тело утащил из аудитории какой-то сумрачный странник. Утащил, мастерски обойдя все блоки… Это кто-то из наших.
– Полагаешь, что в этом ректор как-то замешан? – задумчиво потер подбородок Рэйес. – Но лорд Туареттонг не выглядит человеком, способным на такие интриги.