Новые Горизонты (СИ)
В голове несколько раз болезненными искрами вспыхивали давно забытые даже в прошлой жизни воспоминания. Я вспоминал павших товарищей во множестве уже безымянных миссиях. Некоторых я пытался вытащить из настоящего Ада, некоторых мертвыми возвращал буквально на своих руках в Академию. Я прошел через множество битв, я должен быть закалён… должен. Но все равно, смотря буквально на горы мертвецов, которых будут через некоторые время сжигать, вызывало у меня неописуемую горечь, грусть, отрешенность. Я понимал, из-за чего все эти жертвы… но так же я понимал, что их можно было минимизировать, если не свести на нет. Не врало бы местное планетарное правительство — все было бы куда лучше и проще. Думаю, твари были бы уже давно уничтожены.
Но чем дольше я нахожусь в этом мире, еще в прошлой жизни я начинал задумываться по этому поводу, сейчас просто вспомнил, тем больше убеждаюсь в том, что это все жестокий социальный эксперимент. В размерах планеты. Зачем, почему, как? Я не знал. Но за эти точно стоял клан Грей. Ему нужны были результаты этого эксперимента… и скорее всего, если бы результат был удачным — они бы весь подконтрольный им мир, все человечество, превратили бы в безвольных рабов.
— И сколько это будет еще продолжаться? — посмотрел я в уже светлеющее небо, на котором временами поблескивали звезды.
Вопрос этот был задан в пустоту. Точного ответа на него никогда не будет получено. Но он мне и не нужен. Ведь не важно сколько это будет продолжаться, тщеславию человеческому предела нет. Но это можно… купировать, хоть временно остановить. Показать тем, кто захочет повторить это в будущем — волю человечества не сломить!
И теперь мне понятно, почему Тьма, этот общий разум ксеноцита, говорил про сильный разум. И понятно, почему люди так спокойно обращаются в монстров. Чипы подавляют их волю же, разум, способность трезво и критически мыслить. Вот и получается, что Тьма приходит на все готовое. Будто людей на это планете готовили к тому, чтобы они стали зараженными инопланетными монстрами.
— Товарищ… — это слово было сказано бойцом осторожно, который подошел ко мне со спины, чувствовалось, что ему не совсем приятно называть такого, как я товарищем, — Нулев. Вас вызывает командующий на срочной совещание. Оно уже идет, некоторые вопросы оговорены, полный протокол вам адъютант будет готов предоставить после. Командующий разрешил.
— Это, как я понимаю, не терпит промедления, да?
— Никак нет! — уже более браво, как там в Уставах, молодцевато ответил боец. — Совещание, как сказал, уже идет. Вас ждут там как можно скорее.
Тяжело выдохнув, я потер переносицу и направился в сторону того самого зала, где я и спасал задницу этому старому командиру. Еще раз осмотрев гору трупов, которую вот-вот должны были поджечь, стаскивали последние тела к ней, я развернулся и побрел к тому самому модульному защищенному зданию.
Внутри меня сначала не хотели пропускать, так как я не бился их системой… но потом подошел человек званием явно повыше, мне было лень разбираться, что-то сказал тихо бойцу и меня пустили. Я не выразил никаких эмоций, но этого явно от меня ждали.
И когда я вошел, начало меня «порадовало».
— Потери! — свирепым голосом и с красным от злости лицом одним словом отдал приказ Трибун своему заместителю предоставить докладывать о том, что сейчас сильнее всего ударило по боеспособности, как оказалось, местного гарнизона.
— Есть! — вытянулся стрункой Опцио Трибун и покосился на меня, в его глазах промелькнула толика страха.
Я лишь усмехнулся его нелепо выглядящей роже. Он пару раз лично видел, как я голыми руками раскидывал этих тварей направо и налево, он видел, как мне удавалось двигаться с нечеловеческой скоростью. И ему было страшно, но при этом в его взгляде читалось презрение. Он считал меня не человеком, которого усилили силой противника, а монстром, которого можно и нужно уничтожить. Но кто за него сейчас это «говорил»? Он сам? Или же это была система, которая прочно засела в его голове?
Сейчас я стоял в углу этой комнаты с большим круглым столом, на котором располагался гало-проектор, отображающий карту местности гарнизона и всех прилегающих территорий к нему. Видимо — вся зона ответственности гарнизона. Вокруг этого стола собрались почти все офицеры, которые были в подчинении Трибуна. По крайней мере те, кто остался в живых, а судя по растерянным лицам некоторых… многие «штатные» погибли. Но видимо был собран экстренный совет, как только выдалась передышка и войска смогли организовать нормальную оборону. Собран из тех, кто смог прибыть и взять на себя хоть какую-то ответственность.
Самое забавное, что из всех, не офицером, по крайней мере действующим, был только я. Меня пригласил лично Трибун. По его же распоряжению мне была выдана повседневная военная форма местного младшего офицерского состава, но при этом на мне не было никаких опознавательных знаков. Командир сам себе. И это еще больше вводило некоторых в ступор.
Чтобы не вызывать лишних подозрений Трибун так же включил меня в систему и самовольно сломал относительно меня систему военных рангов. Если кто-либо прикажет через сканер чипу распознать меня, то перед глазами вместо звания появится помеха, словно сбоит интерфейс. Но ранг через систему могут узнать только командиры подразделений, либо Легаты и Трибуны, а также их Опцио, остальным эта функция просто недоступна. Трибун на всякий случай решил перестраховаться. Меньше вопросов — меньше проблем. Мало ли кто тут может оказаться крысой, который сольет информацию правительству?
Но пока я был в относительной безопасности. Трибун своей волей, своими правами управления этой системой смог отгородиться от общей сети. Так что, даже если есть у кого-то какие-то сомнения, то быстро эти сомнения не выльются в сеть ни в каком виде. Пока. Но нужно думать над безопасностью дальше.
— Так я услышу доклад или нет⁈ — еще громче гаркнул Трибун, сделав это настолько неожиданно в устоявшейся тишине, что Опцио аж слегка подпрыгнул.
— Так точно! — слегка дрожащим голосом ответил Опцио, из-за чего я издал едва слышимый смешок, а потом заместитель командующего взял себя в руки и начал четко чеканить доклад. — Потеряно три аванпоста на западном направлении, два на северо-западном, четыре на юго-западном! На северном направлении практически полностью обескровлены три аванпоста, а на южном четыре! В настоящий момент между перечисленными аванпостами идет перераспределение сил! Потери личного состава составляют шестьдесят два процента! Потери в наземной технике — сорок один процент! Потери в воздушной технике — шесть процентов! При этом из общего числа всей техники в строю требует ремонта пятьдесят один процент!
— Что по зданиям? — уже более спокойно, но с некоторой усталостью спросил Трибун. — Сколько зданий основательно разрушено, сколько требует ремонта? Так же по аванпостам, только в общей сумме.
— Есть! — все так же бодро ответил Опцио. — Зданий в местном гарнизоне уничтожено пять! Восстановлению не подлежат, из них три казармы, один корпус планирования, а также корпус ремонта мелко бронированной техники! Основательно разрушено — три аванпоста, остальные, что подверглись атаке, требуют крупного и мелкого ремонта. Неповрежденных нет.
— Хреново, — потер свое лицо один из офицеров, ранга которого я не знал, а приглядываться мне было лень, чтобы точно узнать, что он из себя представляет. — У нас нет столько материалов.
— Понимаю, — кивнул Трибун и бросил взгляд на меня, но продолжил говорить тому самому молодому офицеру, видимо, новому заместителю по тылу или как-то так, — но нужно те, которые еще пригодны для использования, быстро восстановить. Так что, если нужно, то я тебе выделю примерно пять процентов бойцов из всех, что остались, будете добывать ресурсы вручную. Инструментов у нас хватает для этого. Нужно будет, быстро соорудите новые помещения. В первую очередь, нужно восстановить или построить все казармы, чтобы было где размещать личный состав. И минимум один пункт приема пищи. Понял?