Дым и железо

– Хорошо, – сказала она. – Спасибо за все это. Я ценю доброту.
– Нам всем следует быть добрыми, – сказала Анита. – Пока мы еще можем. Халила? Я не хотела, чтобы все обернулось вот так.
Халила понимала, что ей не следует спрашивать, но ей нужно было знать:
– Ты поможешь нам?
– Нет, – ответила Анита и улыбнулась. – Но отчего-то я уверена, что вас это не остановит.
Халила вышла из каюты и была рада резкому порыву ветра, пронесшемуся по палубе, пусть даже тот и лишил ее почти всего тепла. Ей необходимо было почувствовать что-то будоражащее. Халила готова была взять Аниту в заложники, если потребуется, однако поняла, что Анита хочет помочь. И если обстоятельства сложатся удачно, то у Аниты появится на то шанс.
Оставалось лишь понять, как именно должны сложиться эти самые обстоятельства.
Однако для начала нужно спасти жизнь Глен.
Она плохо запомнила вечер. Есть еду, отравленную снотворным, оказалось трудно, но еще хуже всего было наблюдать за тем, как Глен тоже поглощает ее, сама того не подозревая. На всякий случай Санти с Томасом решили вообще ничего не есть и не пить, хотя отлично делали вид.
Глен ничего не заметила.
К тому моменту, как трапеза подошла к концу, Халила уже почувствовала усыпляющий эффект и с паникой глянула на Томаса, когда Глен зевнула. Дарио съел совсем чуть-чуть, вероятно, из-за своего по-прежнему неспокойного желудка, однако тоже зевал. Сложно было сказать, был ли это рефлекторный позыв или снотворное подействовало и на него тоже. «Неужели Анита мне солгала? Приказала усыпить всех нас? Ну хотя бы Санти с Томасом останутся бодрыми».
Однако это также могло означать и то, что за ними могут наблюдать, а значит, попытаются остановить.
Глен рухнула в постель почти что сразу, когда они добрались до своей каюты, однако Халила изо всех сил пыталась оставаться в сознании, час за часом… ходила, молилась, щипала себя, когда ноги отказывались ее держать. В конце концов она забралась в кровать, и ее веки не смогли больше противиться снотворному.
Халила проснулась с раскалывающейся головой, жуткой жаждой и на корабле, который трясло, как игрушечную лодочку в зубах шторма… и когда она выбралась из постели и осмотрелась, то не нашла Глен.
«Глен рядом нет».
– Нет, – прошептала Халила и откинула одеяло, будто бы юная уэльская девушка могла прятаться под ним. Халила заставила себя подняться на ноги, надеть мантию с флисовой подкладкой, которую одолжила ей Анита. Завязала ее потуже и, пошатываясь, вышла навстречу завывающему ветру. Хиджаб чуть не сорвало порывом, но Халила схватилась за него рукой, пока пыталась разглядеть, что происходит.
На палубе почти никого не было, лишь несколько моряков, которые шагали против ветра по своим делам. Глен она тоже не увидела.
И никого из своих друзей.
Халила юркнула обратно в тепло нижней палубы и поспешила в каюту, которую делили Томас и Дарио. Пустая. Она отправилась к Санти.
И обнаружила всех у него.
Дарио тут же подскочил к Халиле, пока она стояла, тяжело дышала и дрожала, внезапно почувствовав слабость. Он поправил прядь ее волос, выбившихся из-под хиджаба; Халила крепко обняла Дарио и вдруг ощутила такое сильное облегчение, что чуть не подкосились колени. Она попыталась что-нибудь вымолвить, но нахлынувшие слезы задушили все слова. Халила по очереди всмотрелась в лица каждого из собравшихся, особенно в лицо Глен; молодая девушка сидела с напитком в руке и была бледнее, чем обычно. Голова и предплечье у нее были перевязаны бинтами.
И Глен была не единственной, получившей увечья. У каждого были синяки, или же бинты, или и то и другое. Дарио вздрогнул, когда Халила обняла его слишком крепко, и она тут же его отпустила, отступив на расстояние вытянутой руки, чтобы хорошенько рассмотреть.
– Со мной все в порядке, мадонна, – сказал он и положил ей на щеку руку так непринужденно и нежно, что на миг она закрыла глаза, чтобы сдержать бешеное биение сердца. – Мы все в полном порядке.
 
– Говори за себя, – проворчала Глен. – У меня ужасное похмелье, а в ушах до сих пор звенит после удара головой о чертовы перила.
У Халилы перехватило дыхание. Она понимала, на что способен каждый из них, а факт того, что раны получили все… означал лишь, что она упустила нечто невероятно жестокое.
Санти произнес:
– Сядь, пока не упала, Халила. – Он выдвинул вперед стул, и она с благодарностью присела. Стул, на котором до этого сидел Дарио, подумала она; Дарио остался стоять. Халила не была уверена, одолел ли Дарио свою морскую болезнь, однако по крайней мере сейчас он был в состоянии стоять ровно и не выглядел так, будто его тошнит. Маленькая победа.
– Что произошло?
Перебивая друг друга, все начали рассказывать. Сначала Санти рассказал о том, как следил за их каютой, пока Томас его прикрывал. Затем появились четверо моряков, чтобы забрать Глен в темноте ночи, но им помешали, и тогда к ним прибыла подмога, где уже в схватку ввязались все.
Экипаж Аниты схватил Глен и попытался уволочь. Дарио сумел перехватить Глен как раз в тот момент, когда ее собирались перебросить через фальшборт в полностью бессознательном и беззащитном состоянии. Не имея возможности отбиваться, он отделался ушибами ребер, но тем не менее изо всех сил держал Глен, болтающуюся над волнами, пока Томас не пришел на помощь.
Они окружили Глен, которая начала приходить в себя под дождем и холодным ветром, и защищали ее, пока Анита не приказала прекратить атаку, побоявшись, что ценные пленники могут быть убиты в попытке избавиться от одного бесполезного.
– Бесполезного. – Санти покачал головой. – Даже будучи в полусознательном состоянии, она боролась как дьяволица. Да она стоит золота весом со свое тело.
– Капитан, – сказала Глен. – Я боролась как пьяная тряпичная кукла. Но спасибо за добрые слова.
– Ты принимаешь слишком близко к сердцу критику Вульфа. Я профессиональный солдат со стажем в целую жизнь и могу припомнить меньше дюжины человек, с которыми бы пошел в бой. Ты в их числе.
Глен, как подумала Халила, в этот момент выглядела так, будто ей сказал комплимент ее возлюбленный. Взгляд загорелся. Щеки зарумянились. Хорошую драку она бы предпочла вместо любви и денег.
– Это для меня честь, – сказала Глен. – Спасибо вам, что спасли меня. Я не останусь в долгу.
– Мы знаем, – сказал Дарио и посмотрел на Санти. – Они попытаются снова?
– Мы не дадим им возможности, потому что собираемся захватить корабль. – Санти развернул старую карту, которая была нарисована от руки, но выглядела очень точной, как заметили внимательные глаза Халилы; на чертеже был океан, испанское побережье и противоположный берег с Александрией, отмеченной глазом Гора, символом Великой библиотеки. Кадис был отмечен звездой. – Сейчас мы у берегов Португалии, плывем к Гибралтарскому проливу; кораблю приходится бороться со штормом, потому что Анита должна все успеть в срок. Шторм нам на руку, он заставляет бо́льшую часть экипажа сидеть по местам и затрудняет коммуникацию. Однако Анита тоже будет начеку. Она заперлась на капитанском мостике с капитаном и его помощниками. Они вооружены, а мы нет. Меньше чем через день мы будем проплывать Кадис, а затем направимся к проливу. Затем возможность будет упущена.
– Оружие? – поинтересовалась Глен.
– Все пистолеты и ружья под замком в каюте на мостике.
– А замки? – спросил Дарио.
– Джесс мог бы их вскрыть, но сомневаюсь, что кто-то из нас тоже обладает подобным навыком. Может, Морган могла бы сделать что-то с помощью своих сил скрывательницы, но и ее рядом нет.
– А на корабле есть мастерская? – спросил Томас.
– Полагаю, что да. А что?
– Могу найти нам оружие, – сказал он. – Не с пулями, команда не будет столь безалаберна, но у них найдется что-нибудь еще, что я мог бы адаптировать. Может, что-то взрывоопасное. Сварочные инструменты. Все может сгодиться.