Моя простая курортная жизнь. Том 2 (СИ)

Я неопределенно пожал плечами.
— Горячее вышло, правда? — хмыкнула эта демоница, дразняще постукивая ноготками по моему плечу. — В общем, прикол у нее такой есть: она может себя контролировать, пока в нее не вставишь, но стоит в нее вставить, так все — у нее сносит крышу. Мимо может пройти парад с барабанами и конями, и ей будет плевать, сколько народа ее увидит и что они будут при этом делать. Вот так ее мозги отключаются…
Признаться, и мои мозги сейчас отключались не меньше. Я даже пожалел, что рассказал ей про Мишеля. Такое чувство, что Марианке не очень понравилась новость, и она начала дразнить меня еще сильнее. Просто если до этого ее сиськи были где-то сбоку, то теперь они покачивались прямо перед моими глазами — она словно намеренно выставляли свои прелести мне на обозрение. И чем больше я старался на них не смотреть, тем больше ее, по-моему, это забавляло. И тем больше ей хотелось, чтобы я смотрел. Ну почему с этой девушкой я вечно оказываюсь в каком-то дурацком положении? Что она сделает дальше? Опять подрочит мне своими дьявольскими ноготками? Судя по ее лукавому лицу, она вполне бы могла.
— И вторая фишечка у нее есть, — протянула эта коварная красотка, — когда нацелилась на парня своей пи…
— Хм! — выразительно кашлянула Амина.
— В общем, когда Инна нацелилась на парня, — продолжила рассказчица, — у бедолаги уже нет шансов. Там просто как экспресс идет, и с этих рельсов уже не съехать. Но если что, я тебе не говорила…
— Какого хрена? — внезапно раздался с лестницы голос той, о ком мы тут только что говорили. — Ты на фига ему сиськами в лицо тычешь?..
 Ep. 27. Несносное величество 
С грозным видом Инна ступила на мраморный пол, оглядывая всех, кто были в подвале, и, встретившись с ее глазами, я будто вернулся из забытья, куда меня погрузили покачивающиеся около лица голые сиськи — плавно и ритмично, как маятник в руках гипнотизера. Марианка реально была как сирена, рядом с которой время текло настолько незаметно, что жизнь можно провести и не понять. Зашел, чтобы просто позвать их наверх к остальным, а вместо этого остался с ними, потеряв счет минутам.
— Ты обалдела? — Инна сурово махнула на ее обнаженные прелести. — Хоть бы прикрылась!
— А чем это отличается от пляжа? — невозмутимо отозвалась Марианка и, словно в издевку, перевела грудь с моего лица в сторону подружки.
— Ну, наверное, тем, что вон там! — капитанша выразительно указала пальцем наверх. — Ты еще в таком виде туда выйди, чтобы она тебя вообще убила!
— С учетом того, что мы слышали, — протянула эта сирена, — Катерина и так сейчас кого-то убивает. И это, судя по всему, надолго. Так что настоящий праздник у нее только начался. Можешь сказать спасибо ее самому дорогому другу — спас он твою шоу-программу… И потом, — голые сиськи снова указали на меня, — разве не видишь? Мы оказывали первую помощь — человек тут чуть не убился.
Инна перевела глаза с подружки на меня, и в ее взгляде внезапно мелькнуло беспокойство — такое очень приятное беспокойство, от которого мне даже стало тепло.
— В смысле? — спросила она. — Что вы тут с ним сделали?
— Да на лестнице упал, — пояснил я, машинально потирая ушибленное бедро, которое противно заныло, как только о нем стали вспоминать.
— Ногу подвернул? Растянул? Вывихнул? — капитанша мигом подошла ко мне, экспертно ощупывая мою ногу взглядом.
— Просто ударился, когда спускался…
— Ну еще бы, — проворчала она, снова обращаясь к подружкам, — наплескали воды. Русалки, блин!.. В общем, одевайтесь и наверх, иначе будете сами с ней объясняться!
Усмехнувшись, Марианка помахала мне дьявольски красными ноготками и неспешно направилась к шезлонгам, где лежала одежда. Амина мгновенно пошла следом за ней. Сурово проводив их глазами, Инна повернулась ко мне — и взгляд опять приятно смягчился.
— Все, Ром, тоже пойдем наверх. Без тебя они быстрее переоденутся. Сам встанешь?
О, кажется, она впервые назвала меня по имени. Кивнув, я поднялся с массажного кресла. Но стоило сделать шаг, как капитанша тут же подперла меня сбоку, как костыль. Одна ее теплая рука обняла мою спину, другая — легла на грудь. Похоже, игра в доктора продолжалась, однако это тоже было приятно.
 
— Да я правда в порядке, — сказал я, наслаждаясь этими касаниями.
— Если мы тут тебя покалечим, нам же Катерина и выпишет. Ты все-таки особый гость, — возразила моя внезапная опора. — Да и вообще, у девчонок в команде постоянно травмы. Так что сейчас главное — покой и осторожность.
Обнимая меня, она медленно пошла вместе со мной вверх по лестнице, ступени которой оказались довольно густо забрызганы водой, чего я не заметил ранее — так что мне еще повезло, что я здесь реально не убился.
— И за собой подотрите! — обогнув особо крупную лужицу, крикнула Инна подружкам. — А то вообще всех убьете!
Чем дальше, тем больше я восхищался этой девушкой. Определенно, она умела решать проблемы.
— Что, соблазняли сучки? — вдруг спросила она, когда мы прошли примерно половину лестницы.
— Просто говорили.
— И о чем же говорили?
Руки собеседницы продолжали крепко поддерживать меня, а глаза внимательно следили, чтобы я ненароком не поскользнулся. Фиолетовые локоны приятно щекотали мое плечо, а нос с удовольствием втягивал ее парфюм — немного резкий, немного дерзкий и вместе с тем будоражаще игривый.
— Когда Инна нацелилась на парня, у бедолаги уже нет шансов…
Хотел бы я оказаться на месте этого счастливого бедолаги.
— О всяком, — неопределенно отозвался я.
— С Марианкой все время так, — посетовала моя провожатая. — Как только на нее начинаешь рассчитывать, она оказывается где-нибудь в подвале, где ничего не ловит. А Амина, она ж такая: куда ее потащат, туда и пойдет… И у нас тут опять ЧП из-за этого дорогого, блин, друга, а они устроили непонятно что. А я верчусь там как бешеная белка!
— Если тебе с чем-то нужна помощь, могу помочь, — галантно предложил я.
— Правда, хочешь помочь?
Да я обожаю помогать девушкам. У Даши спроси.
— А что-то надо сделать?
— Ну посмотрим, — отозвалась капитанша. — Все будет зависеть от того, что там наверху.
А что там наверху? Крики, паника и толпы, бегающие из стороны в сторону? Только от того, что кто-то показал Императрице видеооткрытку?.. С первого этажа сейчас раздавалась только музыка — причем только музыка, что странно: даже болтовни гостей не было слышно.
Инна тоже прислушалась и поморщилась.
— И музыку поменяли. Какой дурак включил это? Такого в программе точно не было!
А музыка и правда была специфическая: быстрая, рваная, немного даже истеричная, но вместе с тем абсолютно контролируемая, как будто кто-то держал кого-то, кого сейчас мучил, но при этом не отпускал, добиваясь нужных звуков — живых до дрожи. Что это? Мэнсон?.. Какой-то тяжелый рок играли на натянутых струнах. Словом, не музыка, а истинный садизм — и это отдавало завораживающим трепетанием внутри, как от озвучки из ужастика, когда захватывает дыхание и ты с напряжением смотришь на экран, не в силах оторваться. Ну что, похоже, кто-то устроил праздник себе по вкусу.
Грозно сверкая глазами, явно еще не различив, что музыка живая, моя провожатая вывела меня в гостиную и растерянно замерла. Гости стояли плотным молчаливым кружком, а в самом центре комнаты сидела именинница и стремительно водила смычком по струнам примостившейся между ее ног красной виолончели, рождая все новые звуки.
— Она играет! — Инна мгновенно оживилась. — А я ведь предлагала! Оценила мою идею!..
Музыка, казалось, забивала собой каждый уголок пространства, вибрируя в воздухе, как порванная струна — дрожащая, агрессивная, очень страстная и даже в чем-то торжествующая. Она причудливым образом совмещала нечто строгое, как виолончель, с чем-то безудержным, как тяжелый рок. Две крайности, которые, объединившись, могли свести с ума — да что там, они могли добраться даже до сердца. Сжимая губы, Катерина одновременно сосредоточенно и отрешенно смотрела прямо перед собой — не на своих гостей, а словно в пустоту — словно в этот миг была не здесь и не с нами. Однако все вокруг как зачарованные глядели только на нее.