Моя простая курортная жизнь. Том 2 (СИ)

В этот момент, бодро шлепая кроссовками по полу, к нам подлетела довольная растрепанная Инна.
— Чего ты тут к парню моему клеишься? — весело спросила она, обвивая мою шею обеими руками.
— Да мы так, сплетничаем немного, — с ухмылкой отозвалась оторва.
— О да, ты та еще балабалка… Ну что, — радостно сверкая глаза, капитанша повернулась ко мне, — мы победили!
И жадно прильнула к моим губам, будто забирая самую главную свою награду. Растрепанные фиолетовые локоны дразняще щекотали мое лицо, пальцы возбужденно сминали мой недавно оправленный воротник. Потная, мятая и дико заведенная — в постели она была точно такой же и думала в этот миг явно только о ней.
— Блин, трахнула б тебя прямо сейчас, но у меня до вечера еще до фига дел, — полупрошепатала-полупростонала моя неугомонная спортсменка. — Зато вечером победная вечеринка! И вот там мы с тобой отожжем…
Подарив мне еще один жаркий поцелуй, она нехотя выбралась из моих объятий, по-дружески подхватила под локоть с интересом пялившуюся на нас Валентину и потянула в сторону раздевалки.
— Все, пошли! Дел еще до фига!
— Ну до вечера, романтик, — подмигнула мне та.
Вдвоем, как лучшие подружки, они ушли в сторону раздевалки, а я проводил их глазами, чувствуя что очень хочу на вечеринку, приглашением к которой служил такой горячий засос. Ну и, конечно, спасибо совету Катерины: после него туда хотелось еще больше — место, где она не может скорректировать чье-то поведение, обещало быть реально классным. Так и тянуло посмотреть, как же развлекаются эти спортсменки в свободное время, что у них там за отрывной отрыв. Голые сиськи и задницы команды я уже видел, а еще до сих пор помнил любопытные взгляды девчонок в школьной душевой, их сочные стоны и шаловливые ручки, ласкавшие себя, пока мы с Инной трахались. И я бы точно не отказался потусить с ними немного в одной компании. И может быть, познакомиться чуть ближе.
— Мы победители, и мы крутые, — громко вещала Инна, стоя с бокалом в центре вместительной гостиной. — И никого круче нас нет! Потому что мы победители! Мы — крутые победители!..
Речь она явно не писала, но то, что говорила, точно шло от сердца — и нравилось ее команде.
— Клево! Клево, капитан!.. — хлопая в ладоши, прыгала рядом со мной одна из спортсменок, если не ошибаюсь, та самая, на даче чьих родителей и проходила вечеринка.
А затем на эмоциях она повернулась ко мне и засосала. Ее капитан, не прерывая речь, одарила это действо одобряющим взглядом, а я получил очередной разноцветный поцелуй, уже даже не представляя, какого цвета мои губы. Это было что-то вроде местного прикола, этакой славной командной традиции: девчонки щедро оставляли свои следы на губах парней, наслаивая вишневое на ярко-красное, гранатовое на сочно-розовое. И с каждым смачным чмоком где-то в мире, казалось, грустила одна Императрица, которая никак вот это скорректировать не могла. О ней здесь напоминал лишь огромный торт в виде половинки волейбольного мяча, переданный через Инну в подарок подданным — само же ее величество сюда не явилось. Ну разумеется, вечеринка была вообще не в ее стиле. Достаточно сказать, что главной декорацией тут оказался победный кубок, доверху наполненный лифчиками, которые спортсменки торжественно сбросили в него в самом начале вечера. Так что теперь повсюду: из-под каждой маечки, каждого топика и каждого платья — призывно торчали упругие соски.
— Чувак, это офигенно! — бормотал рядом Саня, взбалтывая в руке пунш.
Инна сказала, что на вечеринку я могу пригласить друга, потому что цитата: «мужиков этим девкам всегда мало». Вот я и позвал Саню, который теперь смотрел на меня как на апостола, проведшего его в рай — с кучей спортивных девичьих задниц и вольно покачивающихся под одеждой грудей.
— Чувак, это офигенно! Спасибо! — только и повторял он весь вечер и периодически себя щипал, проверяя, не спит ли.
А пару раз так и вовсе чуть не брякнулся в обморок, когда получил несколько разноцветных поцелуев. Его губы сейчас были странной смесью розового и нежно-персикового — мои же, по ощущениям, гораздо ярче.
 
— О, тебя еще не целовала, — подошла ко мне еще одна девчонка из команды и без лишних слов чмокнула своей насыщенно-красной помадой. — Мне понравилось дрочить на тебя в душе, — после доверительно сообщила она, — но капитан сказала вести себя прилично. И сказала, что, если что, голову за тебя оторвет. Она, конечно, не всерьез, но в принципе может… Так что веду себя прилично. Хотя в Версале такое же ожерелье можно было собрать на член… В общем, если что, я у нее в друзьях, — и, подмигнув мне, отошла.
Если что, я чувствовал, что здесь каждая могла бы сказать то же самое. По крайней мере, на моих губах сейчас было около десяти оттенков помады. Сначала я считал поцелуи, а потом сбился. Некоторые подходили даже по два раза — и их следы на мне были в два раза ярче.
Гостиная взорвалась громкими овациями, и, сообщив всем в очередной раз, какие они крутые, капитанша закончила речь и, довольно сверкая глазами, вернулась ко мне.
— Ну как, нравится здесь? — спросила она, обвивая мою шею руками.
Саня рядом закивал как болванчик.
— Смотри только не напивайся, — Инна окинула его покровительственным взглядом, — а то еще трахнут…
Друг словно воспринял это как инструкцию к действию и вскоре кинулся играть в пиво-понг — причем играл он очень плохо, заливаясь на каждом коне, зато девчонки радовались. И правда, некоторые уже поглядывали на него как на будущий трофей. Насчет трахнут, не знаю, но, если он тут отрубился, член на лице нарисуют точно.
— Капитан! — крикнула на всю гостиную одна из спортсменок. — В конкурсе участвовать будете?
— Будем! — крикнула Инна и потянула меня.
Моя капитанша была тут номером один, и это автоматически заталкивало под луч прожектора и меня, так что при всем желании отсидеться на этой вечеринке не вышло бы — но я пришел сюда не для того, чтобы отсиживаться. Мы сосались, мы танцевали, мы перепробовали все виды местного пунша и поучаствовали почти во всех конкурсах, которые можно коротко описать одной фразой: «Катерина это не одобрит». Под эротичную мелодию тут облизывали марки, ища самый быстрый язычок, и засовывали огурцы в штаны, предлагая подругам с завязанными глазами найти «свой», и поили девчонок зажатым между ног горлышком пивной бутылки — и чем пошлее становилось очередное задание, тем веселее было вокруг.
Хохот стоял такой, что заглушал порой даже музыку, а ведь это только первая вечеринка в целой череде вечеринок, которые обещал мне грядущий Новый год. И даже то единственное, что могло его омрачить, на эти каникулы заявляться в Карпов не собиралось.
— Ариша, наверное, не приедет, — посетовала на днях Полина. — У нее там какие-то планы…
Ну и отлично! Эта авария обычно приезжала к нам поплавать летом и покататься на лыжах зимой — в смысле, побухать с друзьями летом и побухать с друзьями зимой, пользуясь благовидными поводами. Но в этом году подходящих для веселья друзей у нее в Карпове, видимо, не осталось — зато они появились у меня.
— Мы крутые!.. Мы победители!..
Дом чуть не содрогнулся от дружного девичьего вопля, и под восторженный гул всей гостиной спортсменки начали сочно тверкать задницами, исполняя традиционный танец победителей. Некоторые даже стянули майки, размахивая ими над головой, пока их круглые голые мячики вольно скакали туда-сюда. Любуясь, как Инна танцует вместе со всеми, я стоял неподалеку в полукруге ликующих зрителей, потягивая через трубочку коктейль и время от времени отрываясь на подходящих ко мне девчонок. Со словами «я дрочила на тебя в душе» меня уже перецеловала вся команда: и основной, и запасной состав — все, кроме Валентины. Оторва же, недавно проявлявшая такую похвальную настойчивость, когда просила мой дикпик, сейчас расхаживала где угодно, но только не около меня — потряхивая упругой задницей в узких кожаных брюках и сверкая россыпью татуировок на открытых кружевным топиком плечах и руках. Правда, ее поцелуям здесь никто не радовался, так как ее губы были густо раскрашены черной помадой.