Маленькие властелины (СИ)

— Мой брат тоже говорил что-то в этом роде. Хорошо. — Найт кивает. — На одно колено… Я понял. Насчет кольца… — он опускает голову. — Что, чёрт возьми, я знаю о кольцах? Я собирался пройтись с Шеннон по магазинам и позволить ей что-нибудь выбрать.
Я качаю головой.
— Тебе нужно кольцо. Ты не можешь попросить женщину выйти за тебя замуж без кольца.
— Понятия не имею, чего бы она хотела. — Он потирает лицо, затем опускает руку. — Это большое дело. Для меня очень важно сделать её счастливой
— Знаю. У тебя получится! — заверяю я его. — Ты удивишься, насколько вы с ней подходите друг другу. Ты выберешь что-нибудь потрясающее. Если по какой-то причине кольцо ей не понравится, — я пожимаю плечами, — забери его обратно, и она сможет выбрать что-нибудь другое. Не идеально, но и не катастрофа. Они хотят знать, что ты старался. Конечно, главное — правильно подобрать кольцо.
— Я понятия не имею, какое кольцо она бы хотела. Они с бывшим придурком ходили по магазинам вместе. Она выбрала бриллиант. Возможно, это то, что она хочет… огромный бриллиант.
Я издаю звук несогласия.
— Он также оказался придурком, который обвинил её в убийстве. Я бы не стал слишком вдаваться в подробности того, что произошло между ними. Что подсказывает тебе интуиция?
— Что ей не нравятся большие бриллианты. — Найт звучит не слишком уверенно. — С другой стороны, бриллианты — лучшие друзья девушек. Может быть, мне стоит подарить ей кольцо с тремя бриллиантами.
Я усмехаюсь.
— Ты опять переоцениваешь свои возможности. Шеннон любит тебя… ты любишь её. Это то, что в конечном счёте является самым важным.
Найт кивает. Затем он улыбается и делает большой глоток пива.
— Знаешь что? Ты абсолютно прав. Я серьёзно подумаю над этим и…
— О, Боже мой! — кричит Ава. Она находится на полпути между гостиной и кухней. Её глаза широко раскрыты, в одной руке она держит тарелку с едой, а другой держится за свой маленький живот.
Я и не подозревал, что способен двигаться так быстро, потому что в одну секунду я сижу, а в следующую она уже в моих объятиях.
— Что не так? — кричу я. — Что я могу сделать? Может, вызвать скорую? — Моё сердце выпрыгивает из груди.
Она улыбается.
— Я почувствовала, как ребёнок пнулся, дурачок. — Её глаза снова расширяются, и она делает глубокий вдох. — Там… Я снова это почувствовала. — Она улыбается. — Скорее, это был удар, чем пинок, но я определённо его ощутила.
— Что? — спрашиваю я, отпуская её.
— Вот, — говорит она. — Вот сюда. — Она кладёт руку себе на живот. — Потрогай сам. Надеюсь, он не слишком мягкий.
Я кладу свою руку туда, где секунду назад была её рука, и бах… вот оно. Крошечный толчок! Лёгкое… постукивание. Наша малышка Фасолинка брыкается. Я издаю сдавленный смешок и падаю перед ней на колени.
Ава смеётся вместе со мной.
Я держу руку на её животе.
— Мне казалось, что за последние день или два я что-то почувствовала, — объясняет она. — Что-то… похожее на пузырьки у меня в животе. Я подумала, что это может быть газ, но… это не так.
— Определенно не газ, — говорю я. — Ты была права. Это наш маленький Фасолинка. — Я глажу её по животу и целую в область бедра.
— Поздравляю вас, ребята. — Найт стоит. На секунду я забыл, что он здесь. — Я собираюсь уходить, — он указывает на дверь.
Я поднимаюсь с пола.
— Нет, тебе лучше остаться. Выпей ещё пива.
Он качает головой.
— Нет… Мне нужно кое-что спланировать. И потом, — он смотрит на часы, — мы собираемся навестить родителей Шеннон сегодня днём. Мне пора возвращаться.
— Удачи, — говорю я. Мы прощаемся. Я обнимаю Аву и притягиваю её к себе. — У нас будет ребёнок! — говорю я с улыбкой на лице.
Она смеётся.
— Я всё ещё не могу в это поверить. Нам нужно начать обсуждать имена, и нам нужна детская.
— Нам нужно спланировать свадьбу, а потом мы сможем подумать о детской. — Она выглядит напряжённой. — Что касается имени… — выражение её лица становится напряжённым.
— У тебя есть что-то на уме?
— Есть, — кивает она.
— Как насчет того, чтобы перекусить тем, что ты приготовила? — Я касаюсь губами её губ. — Кстати, спасибо за это, а потом мы сможем всё обсудить. — Я обнимаю её за плечи.
 
Ава кивает, выглядя взволнованной. Я почти уверен, что понимаю, к чему она клонит. По крайней мере, мне кажется, что понимаю. Чего моя женщина, похоже, пока не осознаёт — так это того, что я готов сделать для неё почти всё. К чёрту это, я бы сделал всё что угодно ради своего Орео. Что угодно, чёрт возьми!
Глава 6
Шеннон
Я сама себе досаждаю. Сегодня я впервые за год увижу своих родителей. Я точно знаю, чего ожидать.
Думаю, я воспользуюсь одной из старых привычек Найта. Он часто навещал своего отца в надежде найти с ним связь. Я собираюсь повидаться со своими родителями в надежде, что они будут непредубеждёнными… любящими… заботливыми. В надежде, что они увидят меня такой, какая я есть, и примут меня такой, какая я есть. Что они примут Найта, потому что он тот мужчина, с которым я решила провести свою жизнь. Как итог, он — мужчина, которого я люблю.
Сказав всё это, я не буду ожидать чудес. Велика вероятность того, что всё пойдёт так, как я предсказывала. Велика вероятность того, что, хотя я сильно изменилась за последние полтора года, всё останется по-прежнему. Как говорится, круглый гвоздь в квадратное отверстие не вставишь. Моё обличие изменилась. Всё очень просто.
Я думала о них и о своей прошлой жизни. В конечном счёте, мне нужно покончить с этим. Вот почему мы здесь.
— Мы расскажем им о Комочке? — Найт бросает взгляд в мою сторону, прежде чем снова уставиться на дорогу.
Я издаю неодобрительный звук.
— Перестань называть нашего малыша Комочком.
Это милое прозвище, но я не уверена, что оно мне нравится для нашего драгоценного малыша. Думаю, оно мне не совсем не нравится. Я вижу, Найт старается быть милым. Он уже подружился с нашим малышом.
— Ты бы предпочла Картофелинка? — он улыбается мне. — Или Арахис? Арахис — довольно мило. Но мы не можем говорить «это». Я бы предпочел Комочек или Картофелинка, а не «это». — Его глаза расширяются, когда он произносит слово «это».
— Нет, мы определённо не можем называть нашего ребёнка «это». В таком случае, я выберу Комочек. Картофелинка или Арахис тоже не подходят.
— В том-то и дело, что нам будет трудно сохранять гендерную нейтральность, пока мы не узнаем пол малыша, а это, если нам повезёт, произойдёт на шестнадцатой неделе. Если не повезёт, нам, возможно, придётся подождать до двадцати недель… или дольше. — Найт качает головой. — Это не точная наука. Так получилось, что мне нравится Комочек, но мы можем попробовать что-нибудь другое, если ты предпочитаешь.
Моё сердце тает. Из моих яичников могли бы появиться яйцеклетки, если бы я уже не была беременна. Как это мило со стороны этого мужчины.
— Ты читал о стадиях беременности? — я улыбаюсь. На самом деле это не вопрос, потому что я слышу, что так оно и есть.
Найт включает поворотник и поворачивает. Затем он бросает взгляд в мою сторону, и на его красивом лице появляется ироничное выражение.
— Конечно, читал. Вы, ребята, значите для меня очень много. — Он протягивает руку и нежно сжимает моё бедро, прежде чем снова положить руку на руль.
— Думаю, ты прав насчёт прозвища… — я тихо смеюсь. — Я признаю, что Комочек симпатичный, хотя он или она вскоре не будут выглядеть как комочек.
— Я знаю это.
Я приподнимаю брови.
— Думаю, это лучше, чем Картофелинка или Арахис. Более оригинально.
— Давай просто остановимся на Комочке. Это ненадолго. Меньше чем через два месяца мы узнаем, кто у нас появиться… надеюсь. Тогда мы сможем перейти на «он» или «она». Мы даже можем выбрать имя. — Найт звучит взволнованно.
Я на секунду морщу нос.
— В том-то и дело, я думаю, что хочу, чтобы пол ребенка стал сюрпризом, — выпаливаю я. — Я бы хотела подождать, если ты не против?