Индустриализация (СИ)

Теперь следите за стрелкой часов.
Нефть пошла 16 апреля.
26 апреля геолог Слюсарев добрался до Свердловска и сообщил о находке в Уральский областной совнархоз.
28 апреля 1929 года в Свердловске открылся 7-й Уральский съезд Советов.
В тот же день выступление делегата от Пермского округа началось с торжественного вручения съезду наполненной нефтью бутылки из-под распитого на радостях вина.
Уже 8 мая 1929 года – зацените оперативность тогдашних федеральных структур! - президиум Высшего совета народного хозяйства СССР принял постановление о массированной разведке нефти на Урале.
А 18 мая 1929 года был подписан приказ о создании специальной структуры под названием «Уралнефть» — для руководства всеми работами по разведке нефтяных и газовых месторождений Урала. Причем новосозданный трест получил самые серьезные преференции — вплоть до возможности напрямую работать с заграницей.
Для того, чтобы рассказать о дальнейших приключениях уральской нефти, нам придется вернуться к Алексею Блохину, отправляющемуся в свою первую самостоятельную экспедицию.
Но прежде – пару слов о дальнейшей судьбе профессора Преображенского.
Удача не оставила его до самой смерти. В 1934-м году в Соликамске был построен крупный обогатительный соляной завод, по такому случаю виновнику торжества Павлу Ивановичу Преображенскому вручили орден Трудового Красного Знамени, и он стал одним из первых геологов Союза, удостоенных этой высокой награды.
Любопытно, что темное прошлое профессора-орденоносца нисколько не скрывалось, скорее наоборот. Для примера процитирую статью А.А. Иванова «Герой социалистической стройки П.И. Преображенский» 1934 года издания:
«Страна Советов умеет найти лучших среди лучших представителей трудовой технической интеллигенции, опираясь на знания, руководство и помощь которых она достигает решительных успехов в деле индустриализации страны, освоения техники и новых производств. При этом честные специалисты, идущие единым фронтом с пролетариатом по пути построения социализма в нашей стране, приобретают заслуженное уважение со стороны правительства и всей советской общественности. Это особенно ярко подчеркивается фактом награждения орденом П.И. Преображенского, старого специалиста, выросшего на дрожжах капиталистического строя, в прошлом участника контрреволюционного белого движения и министра народного просвещения в правительстве Колчака.
В настоящее время это прошлое навсегда вычеркнуто из «трудового списка» П.И. Преображенского. Его громадные заслуги перед Страной советов, отмеченные высокой наградой советского правительства, ставят в настоящее время П.И. Преображенского в первые ряды борцов на фронте индустриализации СССР».
После уральских открытий и неформальной «орденоносной реабилитации» Павел Иванович окончательно вошел – и вполне заслуженно - в геологический ареопаг страны.
В 1935 году ему без защиты, по совокупности научных заслуг, присваивается степень доктора геолого-минералогических наук.
С 1937 года он создатель, главный геолог и директор ВНИИ галургии в Ленинграде.
Жил нормально. Поднял детей, почти вырастил трех внуков и внучку.
С началом войны переехал в ставший почти родным Соликамск, где работал на химическом комбинате.
 
В июле 1942 года уже очень больной профессор пишет большой текст - не то научную статью, не то трактат, не то вообще завещание под названием «Мои мечты». В самые страшные военные месяцы, когда уже почти заступили последнюю черту и был издан знаменитый приказ «Ни шагу назад!», Павел Иванович под гудки никогда не спящих уральских заводов писал и размышлял о том, как Родина будет жить после войны, что нам всем надо делать и как развивать отечественную геологию, какие территории исследовать в первую голову.
В январе 1944 года в связи с 70-летием и 45-летием научной деятельности профессору Преображенскому был вручен орден «Знак Почета».
Но уже 10 сентября геолог, «трудовик», колчаковец, министр, передовик, орденоносец и корифей Павел Иванович Пребраженский скончался, всего полгода не дожив до Победы.
Его ангел-хранитель завершил свою непростую работу.
А через три четверти столетия, в 2019 году, Павлу Ивановичу Преображенскому люди поставили памятник в центре Перми.
 Геолог 
Как я уже говорил, открытие профессора Преображенского радикально изменило ситуацию с волжско-уральской нефтью.
Еще недавно над предложением искать нефть в центре Европейской России в Геолкоме смеялись в прямом смысле слова. Павел Иванович Преображенский вспоминал: «Мысль эта была для нас до того необычна и до того не вязалась со всем, что мы привыкли думать о месторождениях нефти, что на одном из заседаний И.Н. Стрижову (наряду с Губкиным - один из главных сторонников волжско-уральской нефти – ВН) был даже задан вопрос, что если уж он собирается искать нефть под Москвой, то не желает ли он заодно и сделаться испанским королем?».
Но после винной бутылки с нефтью на уральском съезде изменилось все. Историей заинтересовались на самом верху. Самом-самом.
Причины изложил сам Алексей Блохин несколько лет спустя:
«Запасы наших крупнейших южных месторождений большие, но в географическом отношении они расположены не совсем удобно, так как находятся вблизи наших границ. Поэтому перед нами поставлена задача – отыскать новые месторождения нефти подальше от границ, поближе к новым индустриальным гигантам».
И действительно – бакинская нефть, конечно же, огромная по запасам, но очень уж неудачно расположена. Большевики еще не забыли, как остались без никакого топлива в Гражданскую, поскольку все на окраинах, которые отберут первыми. И если есть хоть малейший шанс обзавестись собственным месторождением в безопасном центре – ты просто обязан выдоить этот шанс досуха. Именно поэтому в находку профессора Преображенского хваткой бультерьера вцепился Иосиф Косиор, главный нефтяник РСФСР.
Иосифа Викентьевича не стоит путать с другими представителями клана Косиоров, его братьями – с главой Советской Украины Станиславом Викентьевичем, вернувшим советским детям новогоднюю елку, а также с Казимиром Викентьевичем, народным комиссаром лесной промышленности Украинской ССР и с Владиславом Викентьевичем, главным редактором газеты «Труд».
Именно бывший начальник треста «Грознефть» (и студент Московской горной академии) Иосиф Викентьевич Косиор в 1927 году принял пост заместителя председателя ВСНХ СССР, курирующего нефтяную отрасль, у Александра Серебровского (профессора Московской горной академии), уходящего на золотодобычу.
После того, как Павел Преображенский в середине апреля открыл уральскую нефть, уже 8 мая И.В. Косиор созвал совещание, на котором профессор сделал доклад. А 22 мая 1929 года главный нефтяник самолично прибыл в Верхне-Чусовские городки во главе целой делегации нефтяников.
По итогу руководители партии и правительства приняли следующее решение. Отметив, что «нефтяные источники громадного хозяйственного значения не только для края, но и для всей страны, были открыты благодаря случаю, а не в силу планомерных разведок», они указали на «необходимость производства разведок на нефть усиленным темпом и скорейшей организации разведочного треста. Президиум считает возможным проводить их не только в районах с явными признаками нефти, но и там, где месторождения кажутся вероятными благодаря благоприятным геологическим условиям местности».