"Полари". Компиляция. Книги 1-12+ путеводитель (СИ)

– Вот так-то…
Когда стемнело, Эрвин отправился спать. Скинул сапоги за порогом, вошел в шатер и остановился. Что-то было не так.
Томми отходил в греях у Десмонда Ориджина пятнадцать лет. Он отлично знал службу, изо дня в день ставил шатер и стелил постель для своего господина совершенно одинаково, наилучшим и наибыстрейшим способом. Как-то Эрвин засек по часам: Томми затратил на все двадцать одну минуту. Ничто не менялось от ночевки к ночевке: два одеяла под низ, одно наверх, свернутый плащ в изголовье вместо подушки; ночная рубашка – рядом с одеялом: если случится ночная тревога, то лорду не подобает выскакивать из шатра голым. А сегодня что-то лежало иначе.
Эрвин пошире откинул полог, пригляделся в лунном свете. Верхнее одеяло лежало не плоскостью, а было подогнуто на треть, образуя карман. Можно было не обратить на это внимания, если бы не отточенная выучка Томми… и если бы не история с дохлым барсуком, которого подкинули в постель Луису. Зловонная мертвечина под одеялом – Эрвина передернуло при мысли о такой находке. Он не притронулся к постели голыми руками. Не помешало бы копье, но копья у него не было. Вынул меч из ножен, кончиком клинка поддел и распрямил одеяло.
О, нет, это был не барсук. На постели маслянистой лентой извивалась вдовушка – вполне живая, смертельно ядовитая. Эрвин отпрянул, змея подняла плоскую головку и на миг замерла. Он медленно попятился к выходу, держа меч перед собой. Если вдовушка бросится, он не успеет зарубить ее – ни за что ему не сравниться с нею в скорости. Но змея не знала этого. Она провожала глазами клинок и каким-то чутьем понимала, что он опасен. Человек был далеко, а близко – ровный, блестящий, длиннющий коготь, каких вдовушка не видывала прежде. Она не решилась атаковать. Эрвин вышел из шатра и запахнул полог. Рука дрожала, меч плясал в ладони.
Когда он опомнился, то первым делом натянул сапоги. Затем кликнул Томми:
– Приведи ко мне кайра Джемиса.
Грей тревожно покосился на клинок в руке лорда. Убежал.
Спустя минуту подошел Джемис.
– Милорд?..
– Загляните в мой шатер, кайр, и скажите, что вы об этом думаете.
Джемис глянул на меч Эрвина, вынул из ножен свой. Держа его наготове, рывком откинул полог. Вдовушка, встревоженная лордом, была настороже. Едва лунный свет хлынул в шатер, она ринулась в атаку. Мгновенно скользнула от постели ко входу, вскинула головку для удара. Свистнул меч кайра. Змеиное тело конвульсивно свернулось в кольцо, голова откатилась.
– Это вдовья лента, милорд, – сказал Джемис. – Колемон говорит, она смертельна.
– Неужели! А я-то и не знал! – прошипел Эрвин. – Меня занимает вопрос о том, как она попала в мой шатер. Что можете сказать об этом?
– Да тьма ее разберет, милорд, – буркнул Джемис. – Заползла откуда-то… Как она только вас не ужалила!
– По чистой случайности, кайр. По чистой случайности.
– Постойте-ка… – глаза Джемиса налились гневом. – Уж не подозреваете ли вы…
– Милорд! – рявкнул Эрвин.
– Милорд, вы думаете, я подкинул ее вам?! Это оскорбление, милорд! Я не…
– Мне плевать, кайр, потерпите вы или нет. Это вы оскорбляете меня, считая кромешным дураком! Думаете, тварь сама приползла в лагерь и забралась в мою постель?! Да они боятся нас, расползаются за сотню шагов!
Джемис скрипнул зубами.
– Может, и не сама. Может, кто ей и помог. По-вашему, я? Как вы смеете, милорд!
– Вы – единственный в отряде, кому не по душе моя власть.
– Единственный?.. – Джемис издал смешок.
– Ах, вот как! Не единственный, значит! Стало быть, и другие кайры не прочь угостить меня вдовушкой?!
– Нет, нет, что за бред! – выплюнул Джемис. – Кайры – люди чести! Никто из нас…
– Что происходит? – раздался голос капитана Теобарта.
Эрвин указал клинком на мертвую змею.
– Тревога, капитан. Постройте людей.
Отряд выстроился в бледных лучах луны. Все при оружии, все в напряженном недоумении. Многие обнажены по пояс – уже укладывались спать, когда тревога подняла их.
– Томми, покажи, – приказал Эрвин София Джессика.
 
Грей поднял концом копья и пронес вдоль строя черное змеиное тело.
– Я нашел ее в своем шатре, – отчеканил лорд, – тогда она была жива. Хочу знать, кто из вас положил ее туда.
Люди молчали. Стояли навытяжку, смотрели прямо перед собой. Холодные взгляды – тревожные и пустые. Обвинение ошарашило их, это было видно даже в тусклом свете.
– Всем невдомек? Что ж, для начала я бы поговорил с автором дохлого барсука в постели механика.
Кайр Джемис сделал шаг вперед.
– Барсук – моя работа. И колючки под седлом на ослиной спине. А мой Хэнк помочился на Луисову писанину, если уж хотите знать!
Эрвин оскалился.
– Стало быть, я не ошибся? Вы сами признаетесь!
– Я признаю, милорд, лишь то, что сделал с Луисом. Этот южный слюнтяй, этот плакса только то и делает, что лижет вам пятки, милорд! А вы позволяете. Всем, в ком есть благородство, противно смотреть на это!
– Настолько противно, что вы хотели бы видеть своим лордом другого человека? – уточнил Эрвин.
Джемис дернулся, как от пощечины.
– То был всего лишь дохлый барсук и южный простолюдин! А вы – сын моего лорда, наследник. Я принес клятву герцогу! Кто я, по-вашему?! Паскудная крыса? Отребье с большой дороги?! Я – сын барона Лиллидея, милорд! Посвящен в кайры самим герцогом во дворе замка Первой Зимы! Как вы можете…
Капитан Теобарт взмахнул рукой, оборвав его речь. Вдвинулся между Джемисом и Ориджином.
– Милорд, я поручусь жизнью за любого из кайров отряда. Я не взял бы в поход человека, в ком не был бы уверен, как в самом себе. И ваш отец не позволил бы такому человеку пойти с вами.
Эрвин пожал плечами.
– Если не кайр, значит, грей. По закону Первой Зимы, это одно и то же.
– Позвольте напомнить вам, милорд, что не все люди идут с нами от Первой Зимы. Двоих мы взяли в Споте.
Лорд нервно хохотнул.
– Проводники пошли с нами, чтобы убить меня? Не смешите!
Однако он непроизвольно взглянул в сторону охотников, что стояли в хвосте отряда. И не смог отвести глаз от Кида: парнишку била крупная дрожь. Эрвин подошел к юнцу, глянул в лицо – белое, как снег, уродливое от ужаса.
– Ты?.. Быть не может! Не верю! Ты?!
Кид рухнул на колени и зарыдал.
– Это моя… вдовушка… моя…
– Ты хотел убить меня?! Но зачем?!
– Нет… нет, мой лорд… не хотел… змея моя… но не хотел…
Кид не мог связать двух слов. Колемон пояснил:
– Ваша светлость, малыш изловил змею вчера на топи и держал в мешке. Она, видимо, выползла.
– Изловил змею? – поразился Эрвин. – Какого черта она ему понадобилась?
– У нее хороший яд, ваша светлость. Нацедить яду и смазать наконечники – тремя стрелами можно медведя уложить.
– Ты поймал змею ради отравы? – Эрвин потеребил плечо парнишки.
– Да… – всхлипнул тот, – да, мой лорд…
– Верно, так все и было, – подал голос Филипп Лоуферт. – Я видел, как он ее поймал. Накинул сетку – и готово. Вот и Луис видел.
Механик подтвердил, затем двое или трое греев припомнили, что также наблюдали змеиную охоту.
– И как же она выползла из мешка?
– Мальчонка, видать, скверно завязал, – ответил Колемон. – Вы уж простите, ваша светлость. Он мелкий, глупый. По сети ходить умеет, а узлы вязать, оказывается, не обучился.
– И что же, змея выбралась из мешка и прямиком подалась в мой шатер? Не странно ли?
– Ничуть не странно, ваша светлость. Кругом было много людей, все шумели. Вдовушка напугалась, стала искать укромное место. Шатер – самое то, что надо: там тихо и темно, и прохладно. Она, небось, еще и под одеяло заползла, правда?
Эрвин признал, что так и было.
– Вот видите, ваша светлость. Змеи любят тишину.
– А что же Кид сразу не поднял тревогу, как заметил, что она сбежала?
– Так он заметил за минуту перед тем, как вы нас построили! Хотел сказать вашей светлости, да не успел. Простите его, он же мелкий еще, оттого глупый.