"Полари". Компиляция. Книги 1-12+ путеводитель (СИ)
— Милорд, вы нужны на стене, — сухо отчеканил Хэммонд, поклонившись герцогу.
— Какой тьмы на стене?! Я нужен здесь!
— Атака, милорд. Небывало сильная. Нужны все, кто может держать оружие.
Ориджин почернел лицом.
— Вы не видите, кайр?! Люди нужны здесь!
— Вижу, милорд. Делайте выбор. По мне, стена важнее.
Герцог сжал кулаки, заскрипел зубами от бессильной злости.
— Тьма. Тьма! Тьма!! …Все на стену! К чертям пожар! Воины — на стену!!
Джоакин дернулся в растерянности. Несколько греев помогали тем немногим, кто спасся из огня. Остальные ринулись к стене следом за лордом. Куда бежать? Кому больше нужна помощь?..
Женская рука поймала его за локоть.
— Идите со мной, Джоакин Ив Ханна.
В кабинете покойной императрицы горели свечи. Искровая машина испустила последний дух вчера, и никто даже не пробовал ее починить. Стоял холод, леди Аланис куталась в шубу.
— Садитесь, Джоакин.
Она указала ему на кресло, но сама осталась на ногах, мерила кабинет неспокойными шагами зверя в клетке.
— Как видите, мы погибаем, — сказала Аланис очень ровно, без тени страха.
— Нет, миледи! Мы выигрываем все бои, и потери врага во много раз больше наших!
Она отмахнулась:
— Чушь. К Серпу приходят подкрепления. И на его стороне — трехсоттысячный город. Мещане боятся нас, но в трущобах Фаунтерры полно тех, кто готов рискнуть головой за монету. Нищие, бродяги, воры, подмастерья — все они голодают и мерзнут зимой. Серп даст им пару глорий и миску гуляша — и они возьмут в руки арбалеты. За каждым, кого мы убьем, придут пятеро. Стэтхем обещал привести войско через двадцать дней. Мы не выдержим столько.
— Вы хотите… — Джоакин поискал слово, — …отступить? Я могу вывезти вас на лодке. Ночью мы проберемся так, что не заметят.
— Я не из тех, кто выбирает бегство, — Аланис положила руку ему на плечо. — Но действительно хочу, чтобы вы пробрались на берег. Один, без меня.
Он вскочил:
— Я не брошу вас в беде, миледи!
— Не об этом прошу. Спасите меня, Джоакин! Спасите всех нас!
— Как?!
Леди Аланис подала ему конверт из коричневой бумаги, запаянный сургучной печатью.
— Здесь мое письмо графу Эрроубэку из Альмеры. Доставьте его.
Он нерешительно взял конверт, взвесил на ладони. Письмо казалось слишком легким, чтобы исправить положение.
— И это всех спасет?.. Но как?
— Вы многого хотите, сударь. Не думаю, что должна посвящать вас во все секреты.
На ней не было маски, шрам темнел поперек щеки. Странным образом он помогал Джоакину мыслить трезво.
— Миледи, не поймите неправильно. Спасти вас от смерти — самое отчаянное мое желание. Но я должен ясно понимать, что делаю и для чего. Не хочу быть слепым орудием в чьих-либо руках. Даже — простите, миледи, — в ваших.
— Слепым орудием?
— Да, миледи. Вы во всем доверились герцогу. Связали с ним все надежды и планы, даже свою жизнь отдали в его руки. Но сейчас вы просите не его, а меня. Отчего так?
Она выдержала паузу, чтобы придать веса ответу:
— Вы можете сделать то, Джоакин, с чем не справляется герцог Ориджин.
Какие звучные слова! Они были бы уместны в заброшенном сарае среди полей Альмеры… Но для спальни императрицы слишком много пафоса.
— Я не так наивен, миледи, чтобы поверить в это. Когда-то был, но вы же сами отучили меня от наивности! Мне кажется, все обстоит иначе. Я не стану задавать вопросы, в отличии от герцога. Поэтому вы поручаете дело мне.
Аланис склонилась к нему, сняла с его головы шлем, ласково потрепала по волосам.
— Гордый мой Джоакин! Не хотите быть орудием — это так красиво! И так наивно. Боги, идет война. Каждый из нас — орудие! Если не хочешь или не можешь быть им — зачем ты тогда нужен? Эрвин умеет строить планы, командовать войском и выигрывать битвы. Я умею писать письма и находить союзников, и знаю столицу достаточно хорошо, чтобы найти путь во дворец. Мы — инструменты для этих целей. Без этого — какой был бы в нас толк?! И вы, Джоакин, орудие. Вы — тот единственный механизм, который сможет доставить мое письмо целым и вручить его графу так, чтобы он поверил, что письмо от меня. Вот почему я выбрала вас.
Он почувствовал, как розовеет от смущения. Отвел глаза. Аланис продолжила, понизив голос:
— Я сказала Эрвину о своей задумке, и он ответил: путевец не справится. Кайры не подойдут, поскольку граф Эрроубэк не поверит им, а Джоакин просто не сможет. Его схватят, отнимут письмо, узнают, что леди Аланис Альмера жива. Мы потеряем рычаг влияния на Галларда, и тот пошлет против нас войска. Вот что ответил Эрвин. А теперь…
Она прижала письмо к его ладоням.
— Теперь — выбор за вами, Джоакин. Можете пойти к Эрвину и сказать: «Вы правы, милорд, я не справлюсь. Если поеду с таким заданием, то погублю всех». А можете взять письмо и добраться в Альмеру, и спасти меня, герцога, войско Светлой Агаты, весь мятеж. Что предпочтете, Джоакин Ив Ханна?
Он вскочил на ноги:
— Простите, миледи! Я глуп и ничего не понимаю. Простите меня! Я сделаю все, что нужно! Я справлюсь! Вы можете на меня положиться! На кого еще вам рассчитывать, как не на меня!
Аланис сжала его ладонь обеими руками.
— Благодарю вас, Джоакин. Я очень надеялась на ваше согласие.
— Боги, разве я мог отказать?!
Она погладила его руку.
— Теперь слушайте. Вы должны беречь себя. Рискуйте как можно меньше. Переплывите лодкой на дальний берег — там лес. Пройдите пешком милю вниз по Ханаю, попадете в деревню. Там купите другую лодку и переправитесь назад на правый берег. Через Фаунтерру идите днем, не крадитесь в сумерках, как вор. У вас видная внешность, никто не заподозрит неладного. Придите на вокзал и купите билет до Алеридана, но сойдите с поезда раньше. Замок графа стоит на реке Бэк, вы будете проезжать ее к вечеру следующего дня. Добейтесь встречи с графом, отдайте ему конверт. Он знает мой почерк, но все равно не поверит — подумает, письмо подделано, или я писала под пытками. Тогда убедите его. Расскажите, какая я. Расскажите о своей любви. Говорите так, чтобы граф вам поверил. Если кто и сможет, то это вы, Джоакин!
Он не сдержал прилива чувств и крепко обнял ее. Тут же отдернулся, пылая румянцем.
— Возьмите это с собою, — сказала Аланис. — Вспоминайте меня.
Она подняла рукав шубы и сняла с запястья браслет: ленту синего шелка с одной жемчужинкой.
— Возьмите…
Положив ленту на ладонь Джоакина, леди Аланис горячими пальцами сжала его руку.
* * *
— Уплыть подальше — это вы с миледи хорошо придумали. Очень ко времени, — говорил Весельчак, а Джо отвечал ему:
— Ты не болтай, а греби.
— Одно другому не мешает. Я, знаешь, мог две вязанки дров нести и при этом байки травить. У меня дыхалка что надо.
— Все равно не болтай. Услышат нас со стен — еще свои же подстрелят.
— Ладно уж…
Весельчак умолк, и оба налегли на весла. Посередине русла вода была почти чиста, попадались только редкие льдины. Уклоняясь от них, лодка скользила все дальше, оставляя позади Дворцовый остров, мелькающий тревожными огнями. За полчаса Джоакин с оруженосцем пересекли рукав Ханая и приблизились к берегу, тут стало сложнее. По отмели вода взялась коркой льда — еще не такой, по которой можно пройти, но такой, какую сложно проломать лодкой. Джоакин вышел на нос и стал веслом разбивать лед, Весельчак греб, что было сил. Продвигались на ярд-другой за минуту.
— Виноват, — пробурчал оруженосец, — неправду сказал. Не совсем вовремя вы затеяли побег. Вот еще бы денька четыре подождать, чтобы лед встал — было бы в самый раз. Перешли бы на берег, вот и все.
— Башка твоя ослиная. Мы не бежим, а везем важный пакет. И ждать нельзя никак, доставить самым срочным образом!
— Это зачем?.. Одинаково-то дворцу гробки, что быстро вези, что медленно. Но вот дождались бы ледостава — и не мучились бы, а прошли безо всякой печали.