"Полари". Компиляция. Книги 1-12+ путеводитель (СИ)
* * *
Его милость Виттор Кейлин Агна рода Вивиан въезжал в замок около полудня. С ним явилась целая процессия всадников, и двор, казавшийся просторным, вмиг сделался тесен. С Виттором была молодая жена Иона, а также брат Мартин. Мартин находился в собственном имении северней Уэймара, но услыхав, что Виттор возвращается домой, выехал в порт, где и встретил брата. Витторова свита состояла из секретаря и полутора дюжин рыцарей; Мартина сопровождал десяток конников диковатого вида; с Ионой были сорок северян – двадцать кайров и двадцать греев.
Кастелян замка… Мира, наконец, запомнила его имя: Гарольд – вот как его звали. Кастелян Гарольд, со своей стороны, не ударил в грязь лицом и организовал к приезду лорда парадное построение. Сотня пехотинцев в блестящих кольчугах и шлемах выстроилась пятью шеренгами; стрелки салютовали графа со стен.
Инжи Прайса не было во дворе, а вот Эф расположился на шаг впереди Миры. Лорденыш вырядился в черный бархат с золотом, на поясе имел искровую шпагу и искровый кинжал – тот самый. На Миру он глянул лишь раз – исключительно затем, чтобы она заметила презрительную ухмылку на его лице.
Граф с женою сошли с кареты и начали череду приветствий. Граф был улыбчивым, худым и белолицым, каким и помнила его Мира. Северная Принцесса, кажется, изменилась: больше жизни проглядывало сквозь туманную паволоку на лице. А Мартина Шейланда девушка видела впервые. То был невысокий круглолицый человек, не примечательный ни шириною плеч, ни выразительностью черт. Видно, собственная незаметность его расстраивала, так что Мартин оделся в кричаще красный камзол и пурпурные бриджи. Глаза Мартина – блеклые, навыкате – были хищно подвижны: на секунду вцеплялись в человека, проглатывали и тут же перескакивали к следующей жертве. Впрочем, Мире в ее розовом платьице, с ее голыми круглыми плечами, он посвятил секунд пять.
Граф со свитой приблизился к Мире. Эф шагнул навстречу сюзерену, полностью заслонив собой девушку.
– Рад приветствовать вас, милорд. Ваш приказ выполнен, девица доставлена в целости.
– Благодарю тебя, Френсис, – ответил граф и вежливо отстранил лорденыша, отвесил поклон Мире:
– Приветствую ваше высочество.
На языке вертелись два ответа: холодно вежливый и холодно язвительный. Мира подумала о леденце и заставила себя улыбнуться.
– Я так рада гостить у вас, милорд! И очень, очень благодарна вам за помощь.
– Надеюсь, мои люди были обходительны?
– Несказанно, милорд! Это было точно как в сказке! Сир Френсис буквально на руках вынес меня из подземелья, а Инжи Прайс всю дорогу развлекал чудесными рассказами!
– Очень рад это слышать, ваше высочество.
Граф вновь поклонился ей. Леди Иона также учтиво приветствовала Миру, а после добавила:
– Вы изменились со дня бала. Пускай же перемены будут к лучшему.
О, да. Я носила чужое имя и была пленницей, сама не зная того. Теперь зовусь Минервой и точно знаю, у кого я в плену. Можно считать это переменой к лучшему.
– Конечно, к лучшему, миледи! – Мира потеребила прическу. – Короткие волосы – это так удобно!
Вместо улыбки Иона повела бровью.
Подошел и пурпурно-красный Мартин Шейланд:
– Ваше высочество!..
Он не нашел, что еще сказать, но выпучил глаза и принялся рассматривать Миру. Внезапно она ощутила каждый дюйм своего тела. Плечи голые и нескладные, слишком широкие для девицы. Грудь вполне оформившаяся и в этом платье излишне хорошо заметная. Бедра округлые, склонные к полноте, а талия… эпитет «осиная» отнюдь не просится на язык. Кожа в зябких мурашках: как никак, октябрь…
– Хи-хи, – сказала Минерва. Мартин улыбнулся краем рта, обнажив резец.
Паузу очень кстати нарушил кастелян Гарольд: сообщил, что праздничная трапеза готова, столы накрыты, и пиршество начнется, как только милорды переоденутся с дороги.
– Мы завтракали на судне и не успели проголодаться, – ответил Виттор, покосившись на Иону. Она кивнула. – Меж тем есть дело, которое следует уладить поскорее. Отчего я не вижу наших дорогих гостей – графа и лордов Нортвуд?
– Они… э… – кастелян замялся, и встрял Эф:
– Косолапые обнаглели. Засели в норе, не пожелали выйти. Прикажите, и мы проучим их, милорд.
– Не стоит, Френсис. Их можно понять: они потеряли десять дней, ожидая меня. Потому не будем затягивать ожидание. Гарольд, прикажи-ка подать чай и сладости в малый холл, туда же пригласи Нортвудов. Мы побеседуем с ними до пиршества, в узком кругу.
Он обвел глазами свиту, определяя членов «узкого круга»:
– Дорогая… Марти… Френсис… и ваше высочество, конечно же.
В малом холле горел огонь, кругом стояли кресла. Обеденного стола здесь не было, имелись несколько низких чайных столиков. Обстановка выглядела весьма душевной… с ударением на слове «выглядела».
Круг составляли восемь человек: четверо шейдандцев, трое Нортвудов и Мира. Все были безоружны, но у дверей на страже стояли двое мечников Ионы.
Граф Шейланд начал речь, жестом радушия разведя руки:
– Любезный граф, милорды. Прошу простить мою невольную задержку. Надеюсь, что ожидание не стало для вас слишком тягостно.
– Слишком… – буркнул Крейг Нортвуд. Старый граф взмахом руки приказал сыну молчать.
– Оставьте, лорд Шейланд, – скрипуче произнес старик. – Говорите прямо. Чего хотите… за нее?
Глаза Элиаса на миг скользнули к Мире.
– Вы унижаете ее высочество подобными словами, – мягко отметил Шейланд.
Старик оскалился:
– Можно подумать, похищение и плен ее не унизили. И мы с вами оба хорошо знаем, какое она высочество. Так что не тяните, приступайте к делу.
– Что ж, коль вы настаиваете… Прежде всего я хотел бы, чтобы вы, граф Нортвуд, и ваши благородные сыновья ознакомились вот с этим документом.
Шейланд выложил на столик узкую бумажную ленточку – голубиное письмо. Элиас Нортвуд поднес ее к самым глазам, прочел, напряженно щурясь. Мира увидела, как он изменился в лице: углы рта поползли вниз, щеки оплыли.
– Полагаю, граф Нортвуд, вам знакома подпись его величества Адриана. Так что вы можете быть уверены в подлинности письма.
О, да, старик был уверен. Когда передавал ленту сыновьям, она дрожала в руке.
Клыкастый Рыцарь прочел и потемнел.
– Сибил и Глория арестованы?! Раскрыта подмена невест?
– Совершенно верно, – кивнул Шейланд. – И, на случай, если вы не дочитали: Корона вызывает графа и лордов Нортвуд для ответа в суд. Весь Великий Дом Нортвуд обвиняется в заговоре. Мое сочувствие, господа.
Старик Элиас нервно покачал головой, пожевал губу.
– Н… не понимаю, Шейланд. Какой смысл в шантаже, если вы нас уже выдали?! В чем ваша угроза? Эта девчонка… – он кивнул в сторону Миры, – теперь не стоит ничего. Зачем нам платить за нее?
– И снова, граф Нортвуд: будьте вежливы с ее высочеством. А об угрозе я не говорил ни слова, как и о шантаже. Откуда такие черные мысли?
– Зачем мы вам? – сухо скрипнул старик. – Если не шантаж, то что? Просто сдадите императору, чтобы доказать вашу лояльность? Нортвуд не простит вам этого. Столица далеко, Нортвуд близко.
– Любезный Элиас, вы так ошибаетесь!.. Наши намерения совершенно дружественны.
Шейланд бросил взгляд на жену, и та заговорила, обращаясь к старику:
– Милый граф, мы хотели спросить: какого вы мнения об Адриане?
– В каком смысле, миледи?
– Аланис и Айден Альмера. Персты Вильгельма. Упразднение Палаты. Всеобщая обязательная подать. Знакомый нам мир разрушается, граф. Неужели вы этого не замечаете?
Персты Вильгельма?.. Легендарное священное оружие Праотцов? Наверное, Мира ослышалась…
Лицо Элиаса исказилось в кривой усмешке.
– Ах, вот оно что. Нортвуд должен поддержать безнадежный мятеж Эрвина – вы об этом, миледи?
– Нортвуд свободен в выборе, как и любая другая земля. Я уповаю лишь на то, граф, что ваше благородство и достоинство помогут принять верное решение.
– Верное решение – это положить пятнадцать тысяч моих солдат под искровые копья Адриана?