Сердце вне игры (ЛП)

— Ты не сказала ему, кто я?
— Нет, конечно, — качаю головой и опускаю козырек, чтобы проверить макияж. — Ты шутишь, что ли? Я не могу в последнюю минуту сказать что-то подобное маме. Если бы она знала, что будет принимать у себя дома известного спортсмена, она бы еще больше переборщила с планированием вечеринки. Знаю, что немного неправильно хранить это в секрете, но я, честно говоря, думаю, что ей лучше просто узнать об этом в последний момент. Таким образом, она не сможет слишком сильно переживать по этому поводу.
Глубокий смех Ноа наполняет машину, когда он качает головой.
— Если ты так говоришь. Что еще мне нужно знать?
— На этом все. Мы самая обычная семья.
— Точно, но я не из нормальной семьи, помни, поэтому мне нужно, чтобы ты помогла с этим. Мол, на кого из твоих братьев и сестер мне следует больше всего обратить внимание?
— О, на мою сестру. Очевидно.
— Это очевидно? Вот этого я не знал. Ладно, надо произвести впечатление на Хизер. Как мне это сделать?
— Произведя впечатление на Эйприл.
— Твоя племянница, да?
— Ага.
— Ладно, значит, путь к сердцу Хизер лежит через Эйприл, я понял. Есть ли что-нибудь еще, что мне следует знать о твоих родителях? У твоего отца есть любимый сорт пива, который мне стоит купить по дороге?
Я смотрю на него и замечаю, что он нервно стучит пальцами по рулю, что не входит в число его обычных привычек.
— Ноа, — мягко говорю я, протягивая руку и кладя ему на плечо. — Ты же знаешь, что волноваться не о чем, да? Они полюбят тебя.
— Как ты можешь быть так уверена?
— Потому что все тебя любят! — говорю, ведь это очевидно. — Как человек, который управляет всеми аккаунтами «Денверских Тузов» в социальных сетях, я могу с полной уверенностью сказать, что люди тебя обожают. Каждый раз, когда тебя упоминают в публикации, более половины комментариев — это просто люди, говорящие о том, какой ты крутой, или кто-то отправляет кучу смайликов в виде сердечек.
— Да, но это хоккейные фанаты, — бормочет он неубедительно. — Это другое. Не всем, кого встречаю в реальном мире, я сразу нравлюсь.
— Назови одного.
— Э… ты? — он поднимает бровь и пристально смотрит на меня. — Ты ненавидела меня, когда мы впервые встретились! Ты не хотела иметь со мной ничего общего, помнишь?
Я смеюсь, поднимая козырек обратно.
— Я не ненавидела тебя…
— Хотя я тебе не нравился.
— И да, и нет, — говорю я, пожимая плечами. — Проблема была в том, что ты мне нравился, но мне не нравилось то, что ты мне нравился.
— Повтори?
— Ты уже нравился мне в тот день в лифте, — говорю я ему. — Был таким милым и очаровательным. Но как только я поняла, кто ты такой, и узнала больше о твоей репутации, я испугалась. Не хотела влюбляться в тебя, потому что хотела защитить себя, но влечение не исчезло. Вот почему была такой холодной, когда мы впервые встретились. Я надеялась, что если проигнорирую тебя, проигнорирую то, что ты заставляешь меня чувствовать… возможно, эти чувства исчезнут.
— Я рад, что они не исчезли, — он протягивает руку через среднюю консоль, чтобы взять меня за руку.
— Я тоже, — соглашаюсь я, обхватив его пальцы своими. — Очень рада.
Ноа задает мне еще несколько вопросов о Хизер и Эйприл, и, пока мы едем из Денвера в Боулдер, я рассказываю ему несколько забавных историй из тех времен, когда мы с Хизер были детьми и попадали в самые разные неприятности. Я рассказываю ему о том, как она подначила меня залить суперклей в туфли Джоша, и как наша мама заставила нас отдать все наши карманные деньги, чтобы купить ему новую пару.
— О, и когда мы с Хизер учились в средней школе, — говорю я, — была одна девочка, которая постоянно приставала к Хизер. Она называла ее уродливой и писала о ней гадости на стене в ванной. Мы вместе ходили на физкультуру, и однажды я украла игрушку, которая была у моих братьев — она была похожа на маленькое записывающее устройство, которое издавало пердеж. Я включила один из звуков, пока мы были в спортзале, и сделала так, будто этот звук издала та девчонка.
 
— Ого, напомни мне никогда не связываться с твоей сестрой, — бормочет Ноа, смеясь.
— Да, что ж… Мы с Хизер всегда заботились друг о друге. Вот и все, — я поднимаю палец и добавляю: — И эта девушка заслужила. Я нашла ее после спортзала и пообещала ей, что никогда больше не поступлю с ней так, но только если она поклянется оставить Хизер в покое.
— Это сработало?
Я гордо улыбаюсь.
— Да. Отлично сработало, — замечаю, что мы приближаемся к выезду в район моих родителей, поэтому указываю на следующий знак и говорю: — Сюда заезжай и направо.
Он следует моим указаниям, и вскоре мы едем по знакомым улицам моего детства. Хотя я немного волнуюсь о том, как представить Ноа своей семье, но возвращение домой сразу же расслабляет меня. Мы подъезжаем к дому, и я смотрю в окно на знакомый светло-зеленый заборчик.
— Вот и все, — говорю я.
Ноа нагибается и тоже смотрит в мое окно.
— Выглядит хорошо.
Он выходит из машины и открывает мне дверь, после мы идем к крыльцу. Когда останавливаемся перед дверью, я перекидываю ремень сумки через плечо и поворачиваюсь к нему.
— У тебя все получится, — шепчу я, обнимая его за шею и потянувшись для поцелуя. Ноа целует меня в ответ, его руки скользят по моим бедрам, притягивая меня немного ближе.
Когда мы заканчиваем, я кладу свою руку в его ладонь и тянусь к дверной ручке.
— Готов?
— Да. Давай сделаем это.
Глава 31
Ноа
Как только Марго начинает поворачивать ручку, дверь открывается, и на другой стороне стоит женщина, очень похожая на нее. На ней футболка и джинсы, а ее темно-светлые волосы собраны в небрежный пучок. Она сияет, когда видит Марго, которая сразу же бросается обниматься.
— Мне показалось, что я услышала здесь голоса, — говорит девушка. Она поворачивает голову и кричит в дом — Мама, это Марго!
— Ой! — Марго вздрагивает, вырываясь из объятий. — Ты кричала это мне в ухо.
— Прости, сестренка, — сказала она. Догадываясь, что это, должно быть, Хизер, я расправляю плечи и делаю шаг вперед, чтобы пожать ей руку. Она широко улыбается, когда замечает меня. — А ты, должно быть, тот секретный человек. Добро пожаловать.
— Хизер, — говорит Марго, когда я беру руку ее сестры в свою. — Это Ноа. Ноа, это моя сестра Хизер.
— Приятно познакомиться, — говорю я ей.
— Мне тоже, — отвечает Хизер, прежде чем улыбнуться сестре. Марго в ответ расширяет глаза, и у меня такое ощущение, что здесь происходит какая-то сестринская телепатия, которую я не понимаю. Очевидно, что девушки общались, просто обменявшись выражениями лиц, но поскольку у меня нет возможности узнать, что обо мне говорили молча, я стараюсь игнорировать это и сохранять спокойствие.
— Я очень рад быть здесь, — говорю, переступая порог и закрывая за собой дверь. — Спасибо за приглашение.
— Конечно, — Хизер жестом указывает нам в глубь дом, посмеиваясь. — Спасибо, что согласился стать частью нашего безумия.
В этот момент по коридору выбегает группа непослушных детей. Один из них поскользнулся на носках и чуть не упал на пол. Я протягиваю руку и ловлю его в последнюю секунду, ставя на ноги, а затем он снова убегает, как ни в чем не бывало.
— Прекрасная реакция, — говорит сестра Марго, одобрительно кивая. — У тебя свои дети есть, что ли?
— Нет, — говорю ей со смехом. — В моей работе просто необходимо иметь хорошие рефлексы.
— Чем именно ты занимаешься?
— Боже мой! Это Ноа Блейк!
Вопрос Хизер прерывается звуком мужского голоса, доносящегося из другой комнаты. Я смотрю направо с застенчивой улыбкой, когда подходят двое мужчин примерно моего возраста с шокированными лицами.
— Марго, — говорит один из них. — Не могла бы ты рассказать мне, почему только что вошла в дом, а за тобой — капитан «Денверских Тузов»?
— Дерек, — говорит Марго, указывая на мужчину слева. — Ноа — мой… парень. Ноа, это мой брат Дерек и кузен Фрэнк.